Андреа Кейн - Эхо в тумане

— Нет… — задыхаясь, пробормотала она, обвивая его тело руками. — О Трентон, нет.

Много часов спустя, укрывая одеялом их переплетенные обнаженные тела, Трентон пробормотал в спутанные волосы Арианы:

— Ты сможешь подождать до утра, чтобы увидеть скотный двор и посмотреть Спрейстоун.

— М-м-м… — сквозь сон отозвалась она. Если бы ее глаза были открыты, она увидела бы непривычное выражение нежности на лице мужа. Но Ариана, прильнув к нему, сквозь сон размышляла о том, как она может чувствовать себя в безопасности с безумцем… и как может так сильно хотеть его… любить его.

— Спокойной ночи, туманный ангел, — тихо прошептал Трентон, перебирая пальцами густые каштановые пряди. Он долго смотрел на нее, погруженный в свои мысли. Затем, заключив ее в объятия, закрыл глаза.

К Ариане постепенно возвращалось сознание. Удовлетворенно вздохнув, она повернулась на мягких подушках и инстинктивно прижалась к сильному теплому телу, лежавшему рядом.

— Ты проснулась?

Вопрос, сопровождавшийся властным объятием сильных рук, обхвативших ее талию, ускорил ее пробуждение. Тотчас же вернулась реальность.

— Да. — Голос ее прозвучал тихо и слегка взволнованно. То, что казалось таким привлекательным в ранних сумерках — вставать вместе с Трентоном, теперь, при ярком свете дня, выглядело ужасно неловко, особенно после ее распутного поведения сегодня ночью. А это определенно был яркий свет дня. Солнце потоком струилось в комнату, омывая ее лимонным великолепием. Стрелки часов сообщили ей, что близится полдень. Ариана вздрогнула:

— Я проспала полдня!

Трентон, уткнувшись подбородком в ее волосы, кивнул:

— Действительно.

Что-то в его тоне насторожило Ариану.

— А ты давно проснулся?

— Час назад. Может, больше.

— И не вставал с постели?

— Ты же хотела, чтобы мы вставали вместе, — напомнил он ей. — Кроме того, — добавил он, поцеловав ее в плечо, — я боялся, что ты потеряешься, если станешь бродить по дому одна.

Ариана повернулась и посмотрела на него.

— Ты ничего не показал мне вчера вечером, — напомнила она.

— Если мне не изменяет память, вчера вечером я был занят другими делами.

Она вспыхнула.

— Мы оба были заняты.

— Да, — усмехнулся он. — Знаю. — Его оценивающий взгляд скользнул по ее обнаженной груди, и резкие морщинки вокруг глаз на время разгладились. — И я помню каждое из них… во всех подробностях.

Вспыхнув еще ярче, Ариана проследила за направлением его взгляда и с трудом сдержала желание прикрыться. Увидев, как Трентон приподнял брови, она вздохнула, понимая, как по-ребячески ведет себя, учитывая ее раскованность несколько часов назад.

— Прости мою наивность.

— Мне нечего прощать. — Он уткнулся лицом ей в шею. — А тебе нечего скрывать… Твое тело прелестно.

Ариана схватилась за простыню и почувствовала необходимость объяснить свою, казалось бы, неоправданную застенчивость.

— Лежать обнаженной… даже просто быть обнаженной — непривычно для меня.

— Знаю.

— Я чувствую себя неловко.

— И это тоже знаю. — Трентон хрипло откашлялся, как бы готовя Ариану к серьезности своих следующих слов. — Если я еще не говорил этого, позволь сказать сейчас. Для меня много значит сознание того, что я единственный мужчина, которому ты позволяешь такие вольности… единственный мужчина, с которым ты когда-либо была.

Ариана моргнула.

— Какие странные вещи ты говоришь! — выпалила она, не подумав. — Ты мой муж. С кем же еще мне быть?

Тотчас же ей захотелось пнуть себя ногой, осознав и глупость своего вопроса, и опасное направление, которое принимает разговор…

Как она и предполагала, лицо Трентона стало суровым, мрачные морщинки снова пролегли вокруг глаз и рта.

— Действительно, с кем? Твой вопрос, Ариана, демонстрирует доверчивость и сентиментальность, которые мало кто разделяет.

На этот раз Ариана заговорила осторожно, зная, что вступает на запретную территорию.

— А многие женщины спят с другими мужчинами, не только со своими мужьями?

На лицо Трентона опустилась тень. Печаль ли то была или цинизм, она не знала. Он пожал плечами.

— Некоторые.

Ариана долго обдумывала ответ мужа и наконец спросила:

— Ты думал, я одна из них?

Выражение лица Трентона смягчилось. Он покачал головой и ласково провел по нежной щеке Арианы кончиками пальцев.

— Нет, мой чистый туманный ангел, я знал, что ты девственница. — Проницательный взгляд его кобальтовых глаз скользнул к ее губам. — Невероятно страстная девственница, — хрипло добавил он. — И поразительно чувственная, если бы я не изнурил тебя так до зари, то, несомненно, продержал бы в постели до ночи. — Он медленно склонился к ее рту. Губы их будто сплавились воедино с неистовой силой, поцелуй опалил Ариану, словно Греческий огонь.

Внезапно Трентон отпустил ее, его пылающий беспокойный взгляд и прерывистое дыхание ясно говорили, чего ему стоило сдержаться.

— С мыслью об этом, — выдавил он, вставая, — нам лучше подняться и что-нибудь поесть, пока мы не умерли от голода.

В мгновенье ока чары рассеялись.

Ариана непроизвольно подтянула колени и закуталась одеялом, охваченная тем внутренним холодом, который часто сопровождал их физическое разобщение. Она почувствовала, что его эмоциональное отдаление непосредственно связано с высказыванием о неверных женщинах. Он, несомненно, имел в виду Ванессу и свою уверенность в том, что она обманывала его.

Обманывала ли?

Знакомое смешанное чувство смятения и страха забило ключом в душе Арианы, призраки прошлого нависли, словно темный туман, над ее счастьем.

— Хочешь осмотреть Спрейстоун сейчас?

Ариана села, отбросив с лица пряди волос, и увидела, что Трентон уже полностью одет.

— Да, но мне хотелось бы сначала принять ванну, — неуверенно ответила она, пытаясь разобраться в настроении мужа. Он казался погруженным в свои мысли, отстраненным, но все же в нем не было той ярости и грубости, которые он обычно проявлял после долгих часов, заполненных любовью. — Это возможно?

— Конечно.

Трентон не пошевелился, его внимательный взгляд задержался на ее шее и обнаженных плечах, затем, судорожно сглотнув, он показал рукой на ванную.

— Я буду ждать тебя в гостиной. Это этажом ниже, первая комната направо.

Ариана снова кивнула и опустила глаза. Что же ей делать теперь? Подождать, пока не уйдет Трентон? Или подняться абсолютно обнаженной, в то время как он стоит рядом с ней?

— Ты найдешь свою одежду в гардеробе, — сказал Трентон. — Я послал сюда вещи заранее, и Клара распаковала их до нашего приезда.

Клара. Ариана тотчас же вспомнила это имя. Трентон упоминал, что она была женой его слуги Гилберта. Это воспоминание натолкнуло ее на мысль: