Джулия Куин - Плутовка

Несколько дней спустя Данфорд и Генри уехали с согласия Каролины в Вестонберт, владение Эшборнов в Оксфордшире. По настоятельным просьбам Данфорда Алекс и Эмма поспешно устроили семейный прием для самых близких друзей — Данфорда, Генри, а также Блэквудов, которые пообещали бывать у них каждый день, твердо заявив при этом, что ночевать они будут в своем доме.

В трехчасовой поездке за город Генри и Данфорда сопровождали слуга и служанка. Леди Каролина настояла на этом, заявив, что иначе Генри никуда не поедет. Данфорду хватило ума оставить свои возражения при себе. Он очень ждал этой замечательной поездки, ведь ему предстояло провести с Генри целую неделю. Алекс и Эмма, как семейная пара со стажем, формально вполне годились для роли надзирателей, но поскольку и сами были влюбленной парой, на многое готовы были закрыть глаза. Ведь Белл в свое время встретила и полюбила будущего мужа как раз на их глазах, в условиях не очень бдительного надзора.

Почти всю дорогу Генри молчала, не решаясь заговорить с Данфордом в присутствии слуг. Ей о многом хотелось бы поговорить с ним, но теперь даже самая малость казалась ей очень личной, даже такая, как покачивание экипажа и цвет травы за окном. Пришлось ограничиться лишь частыми взглядами и загадочными улыбками, непременно достигавшими адресата, не сводившего с нее глаз в течение всего пути.

Был полдень, когда экипаж свернул в тенистую аллею, ведущую к Вестонберту.

— Какой чудесный дом! — воскликнула Генри, которая наконец-то обрела дар речи. Огромное здание было построено в форме буквы Е, в честь правящей королевы Елизаветы. Генри всегда нравились дома более скромных размеров, такие, как Стэннедж-Парк, но Вестонберт, несмотря на свою грандиозность, казался очень уютным. Быть может, этот уют создавали окна, радостно сверкающие на солнце, словно приветливые улыбки, или множество цветочных клумб, вдоль дороги к дому. Словом, Генри с первого взгляда влюбилась в него.

Вместе с Данфордом они вышли из экипажа и поднялись по ступенькам к парадному входу. Там их уже встречал Норвуд, преклонных лет дворецкий Вестонберта.

— Как я выгляжу? — шепотом спросила Генри, когда их провели в просторную гостиную.

— Ты выглядишь замечательно! — ответил он, улыбнувшись ее волнению.

— А платье в поездке не сильно помялось?

— Совсем нет. Но даже если бы оно и было мятое, ничего страшного не произошло бы. Алекс и Эмма — свои люди. — Он ободряюще похлопал ее по руке.

— Как ты думаешь, я понравлюсь Эмме?

— Даже не сомневаюсь в этом, — ответил он. — Что на тебя нашло? Мне казалось, ты так ждала этой поездки.

— Так оно и есть. Просто я немного нервничаю, мне очень хочется понравиться герцогине. Ведь она — твой близкий друг, и…

— Это так, но все же ты ближе.

Генри зарделась от удовольствия.

— Спасибо, Данфорд. Но все же, она — герцогиня, и…

— И что же? Алекс — герцог, однако это не помешало тебе очаровать его. Если бы он встретил тебя раньше Эммы, не избежать бы мне дуэли.

Генри снова покраснела.

— Не говори глупостей.

— Думай что хочешь, Генри, но если ты и дальше будешь говорить о своих переживаниях, мне придется поцеловать тебя, чтобы заставить замолчать.

Глаза ее засветились.

— Правда?

Он вздохнул и приложил руку ко лбу.

— Что же мне с тобой делать, плутовка?

— Поцеловать? — с надеждой предположила она.

— Похоже, пока мне придется ограничиться вот этим. — Он наклонился вперед и слегка коснулся губами ее губ, намеренно избегая более близкого контакта. Он знал, что если еще раз коснется Генри, то уже не сможет совладать с собой и заключит ее в свои объятия. Он очень хотел это сделать, но герцог и герцогиня Эшборн могли появиться в любую минуту, а Данфорду не хотелось быть застигнутым на месте преступления.

И тут он услышал негромкий кашель.

Слишком поздно.

Данфорд отпрянул от Генри, заметив, как порозовели ее щеки, и посмотрел в сторону дверей. Эмма с трудом сдерживала улыбку. Алекс даже и не пытался этого сделать.

— О Боже! — простонала Генри.

— Нет, это всего лишь я, — пошутил Алекс, пытаясь развеселить сконфуженную Генри. — Хотя моя жена иногда и обвиняет меня в том, что я беру на себя его функции.

Генри попыталась улыбнуться.

— Рад видеть тебя, Эшборн, — пробормотал Данфорд, поднимаясь с дивана.

Алекс подвел свою — на последнем месяце беременности — жену к удобному креслу.

— Я думаю, что ты предпочел бы лицезреть меня минут через пять, — шепнул он на ухо Данфорду, направляясь к Генри. — Очень рад снова видеть тебя, Генри. Выходит, наш дорогой друг в конце концов не устоял перед твоими чарами. Между нами говоря, у него не было никаких шансов.

— Я…

— Прошу тебя, Алекс, — вступила в разговор Эмма, — если ты и дальше намерен смущать ее, я устрою тебе головомойку.

Одной Генри было видно лицо Алекса, который так преувеличенно изобразил искреннее раскаяние, что девушка еле удержалась от смеха.

— Может, познакомить тебя с мегерой — той, что сидит в желтом кресле? — спросил он, хитро улыбаясь.

— Не вижу никакой мегеры, — ответила лукаво Генри, увидев улыбку Эммы на другом конце комнаты.

— Данфорд, — сказал Алекс, взяв за руку поднявшуюся с дивана Генри, — эта женщина слепа как летучая мышь.

Данфорд пожал плечами, обменявшись озорным взглядом с Эммой.

— Моя дорогая жена, — начал Алекс, — позволь представить тебе…

— Ты хочешь сказать «моя дорогая жена-мегера», — вставила Эмма, весело улыбнувшись Генри.

— Разумеется. Как я рассеян! Моя дорогая жена-мегера, позволь представить тебе мисс Генриетту Баррет из Корнуолла, прибывшую прямо из гостиной твоей тетушки Каролины.

— Я очень рада познакомиться с вами, мисс Баррет, — сказала герцогиня, и Генри, посмотрев ей в глаза, поняла, что та сказала это искренно.

— Пожалуйста, зовите меня Генри. Как все.

— Тогда и ты зови меня по имени.

Генри подумала, что ей очень нравится эта молодая рыжеволосая женщина. Теперь ей казалось странным, что она так волновалась. Эмма — кузина Белл и Неда, что само по себе служит лучшей рекомендацией!

Эмма поднялась с кресла, не обращая внимания на протест своего встревоженного мужа, взяла Генри под руку и сказала:

— Пойдем-ка отсюда. Мне не терпится поболтать с тобой, а без них у нас это получится лучше. — Она кивнула в сторону мужчин.

Генри смущенно улыбнулась:

— Хорошо.

—Ты не поверишь, как я рада наконец познакомиться с тобой, — сказала Эмма, как только они вышли в холл. — Белл обо всем мне написала. Я так рада, что Данфорд в конце концов сделал достойный выбор. Не хочу обидеть тебя, но больше всего меня радует именно это.