Ширли Басби - Шепчи мне о любви

Ройс, размышляя о чем-то, не спеша налил себе бренди и вновь встал перед камином.

— Итак, на чем мы остановились? — Взглянув на Джако, он продолжал как ни в чем не бывало:

— Мне кажется, ты говорил о вашем приезде сюда. Вы собирались повидаться с сестрой, перед тем как покинете Англию, так?

— Э, да, — ответил Джако. — Мы планировали, сэр, добраться сюда до темноты и остаться здесь, пока не наступит время отправляться в доки, на корабль. — Джако бросил на Ройса острый взгляд. — Мы были уверены, что вы не откажетесь подбросить нас до Лондона, а что до одноглазого, мы и думать не думали, что он заметит наше отсутствие. А когда заметит — ищи ветра в поле!

— И что же? — осведомился Ройс. — Что-нибудь пошло не так?

Подняв на него голубые глаза, исполненные беспокойства, Джако кивнул.

— Совсем не так! — произнес он наконец низким, прерывающимся голосом. — Одноглазый явился к нам накануне ночью и заявил, что у него есть для нас несложная работенка. Он рассказал какая, и она не показалась нам слишком трудной, а поскольку мы боялись возбудить его подозрения, мы и не пытались отвертеться от нее.

— Я предполагаю, что эта небольшая работенка обернулась ловушкой?

— Да! Мне, черт возьми, здорово повезло, что я в эту минуту не в Ньюгейте вместе с Беном, — хриплым голосом отозвался Джако. — Одноглазый хотел, чтобы мы ограбили одного джентльмена. Мы должны были стянуть у него большой фамильный рубин, которым тот якобы очень дорожит. Он сообщил нам, что клиент прибыл из деревни — уладить ч свои дела перед тем, как уехать из города на все лето. А еще он сказал, что дает нам последний шанс исправить все наши промахи. — Джако почесал в затылке. — Дело казалось нам пустяковым: мы занимались подобным всю свою жизнь.

— И тем не менее вы наткнулись на неприятности, — прокомментировал Ройс кратко.

— О да, наткнулись, — с горечью ответил Джако. Сморщившись как от боли, он продолжал:

— Владелец рубина был предупрежден, он был готов к встрече с нами еще до того, как мы подошли. Мы и не прикоснулись к нему, а он уже нанес Бену страшный удар кулаком по голове, а затем в мгновение ока выхватил шпагу и пошел прямо на него! Бен после удара нетвердо держался на ногах, спотыкался, и я все пытался заслонить его как-то, отвлечь от него парня со шпагой, но тут как из-под земли появились четверо полицейских, размахивая своими палками. — С отчаянием в голосе Джако признался:

— Все, о чем я думал, — это поскорее унести ноги! Я помчался во все лопатки, пока не понял, что преследователи потеряли мой след. Когда я остановился, Бена не было со мной, но я не беспокоился: мы часто удирали врассыпную. Я подумал, что он, наверное, ждет меня дома. — Джако замолчал. После минутной паузы он снова заговорил:

— Его не было дома, но вместо него был кое-кто другой — стража! Я чуть было не попал к ним в лапы, но в последний момент заметил, что они устроили засаду возле нашего крыльца. Тут только я понял, что одноглазый предал нас. Я покрутился поблизости — а вдруг я добрался до дома раньше Бена, но, подождав немного, понял, что дела наши плохи. Я продолжал прятаться, но сомневаться уже не приходилось: с Беном беда. Тут я предпринял несколько осторожных вылазок и обнаружил, что его забрали в Ньюгейт. Как только я узнал об этом, я кинулся сюда. — Он прерывисто вздохнул. — Большую часть пути я шел пешком, правда, раза два-три фермерские повозки подвозили меня немного…

— Хотел бы я знать, — начал Ройс медленно, — связано ли предательство одноглазого с тем, что он каким-то образом понял, что вы следите за ним, или же он узнал о вашем с Беном отъезде из Англии?

Джако растерянно пожал плечами:

— Какое это имеет значение? Бен в Ньюгейте, и, пока он не выпутается, мы, само собой, никуда не поедем!

— Моя точка зрения такова, — объявил Ройс. — Отправив Бена в тюрьму и зная, что вам уже не покинуть Англию, он продумывает очередной план похищения Морганы.

В комнате наступила тишина, добавить к сказанному было нечего. Наконец Захари спросил:

— А как нам вызволить Бена из Ньюгейта?

Допив свое бренди, Ройс ответил будничным голосом:

— Мы справимся с этим без всякого труда, я надеюсь. На рассвете я еду в Лондон. Джордж Понтеби наверняка знает, какого члена магистрата или судью мне следует повидать, и, если все пойдет как надо, Бен уже завтра будет с нами.

— А если нет? — спросила Моргана с беспокойством.

Ройс улыбнулся ей:

— Милая, пожалуйста, хоть немного поверь в мою способность убеждать! Если я не смогу добиться, чтобы Бена освободили под мое поручительство, я полностью уверен, что найду кого-нибудь, кто — за приличное вознаграждение, разумеется, — приищет другой способ, и Бен удерет оттуда. Поверь мне, так или иначе я освобожу твоего брата. Это может потребовать большего времени, чем хотелось бы, но Бен будет свободен — клянусь тебе!

— Я с тобой! — заявил Захари тоном, не допускающим возражений.

— И я! — Джако был краток, но столь же решителен.

Моргана открыла было рот, но Ройс бросил на нее яростный взгляд и прорычал тихо:

— Даже не думай!

Ее подбородок воинственно поднялся.

Взглянув на обоих молодых людей, Ройс подытожил:

— Я поеду один — вы останетесь здесь, с Морганой, оба, и будете охранять ее. Не вижу причины дробить наши и без того небольшие силы.

Захари и особенно Джако были склонны оспорить его точку зрения, но в конце концов Ройсу удалось убедить их.

— Разве вы не видите! Он все продумал — мы должны броситься спасать Бена и оставить Моргану одну. Тут-то он и заявится. Я совершенно в этом уверен: если мы все отправимся в Лондон, одноглазому это будет только на руку!

Логика была безупречной. Никто не возразил Ройсу.

— Я думаю, всем нам следует отправиться в свои спальни и хорошенько выспаться. Джако, выбирай любую из спален для гостей, устраивайся поудобнее и постарайся заснуть!

Джако с гримасой оглядел себя: его, с позволения сказать, одежда разительно не вязалась ни с одной из «спален для гостей».

— Мне бы какой-нибудь сеновал… — пробормотал он, запуская пятерню в давно не мытую голову. Ройс улыбнулся:

— Я уверен, наш предусмотрительный Чеймберс уже все приготовил: и теплую воду, и мыло. Больше того: подозреваю, он терпеливо ждет за дверью, чтобы сообщить нам о своих намерениях. Хочешь пари?

Джако внезапно широко зевнул и, торопливо прикрыв рот рукой, покачал головой:

— Вы, безусловно, выиграете: моя жизнь не очень схожа с жизнью джентльмена.

Все четверо вышли из гостиной. Как Ройс и предсказывал, Чеймберс уже ждал их в прихожей. Дворецкий выглядел не менее важным в своем ночном фланелевом халате, чем в парадной ливрее. Поклонившись, он произнес невозмутимо: