Эмилия Хендриксон - Красавица

— Я знала, — похлопала она себя по лбу, — вы заблистаете, это только вопрос времени.

Когда Гарриет заикнулась о платье из золотой ткани, мадам бросила на нее заинтересованный взгляд.

— Этого желает ваш жених, да?

— Да, его особая просьба.

— Пойдемте, я покажу вам, что мы сделаем.

Когда через два часа Гарриет покидала заведение мадам Клотильды, у нее кружилась голова. Что она наделала! Она заказала себе чудесные наряды, лучшие, что она когда-либо видела. Но, философски размышляла она, ей не придется покупать новую одежду несколько лет, даже если она выйдет из моды. Да все равно, кто увидит ее, когда она уедет в уединенный Манден к тете? Для Гарриет было совершенно очевидным, что ее ждет именно такая судьба.

Прошло много лет с тех пор, как она видела тетю, и она знала о ней только со слов домашних — что могло совсем не соответствовать действительности. Возможно, старая женщина совсем не такая ведьма, как они говорят. А может быть, не бывает ни приливов, ни отливов.

Когда она вернулась домой, отец стоял в прихожей. Он собирался выходить, поэтому Гарриет поспешила к нему, едва веря, что осмелится спросить его о чем-то. Ее тревога за Ферди была сильнее страха перед отцом.

— Папа, все прошло хорошо, когда вы встретились с мистером Эндрюсом? — Она заволновалась, когда увидела, как его лицо принимает самодовольное выражение.

— Да, моя девочка. Ты просватана окончательно и бесповоротно мистеру Эндрюсу. Осмелюсь заметить, что не существует лучшего брачного контракта. Мой поверенный умный малый. Он поработал с поверенным мистера Эндрюса, и получился документ, который может служить образцом. — Лорд Мейн помолчал, озадаченно глядя на своего младшего ребенка. Потом добавил: — Создается впечатление, будто мистер Эндрюс боится, что ты можешь разорвать помолвку. Он попросил добавить несколько пунктов, что значительно усилило вес договоренности.

— Ох! — На несколько мгновений Гарриет приросла к полу, потом напомнила себе, что Ферди, несомненно, сам очень умный. Он обещал, что предусмотрит все, и, конечно, его собственный поверенный включил повод для расторжения помолвки, который решит все проблемы.

— Ты получишь обещанное приданое, а мистер Эндрюс весьма щедро обеспечивает тебя. В общем и целом, из всех девочек у тебя самый лучший контракт, — судя по выражению его лица, лорд Мейн казался очень удивленным этим обстоятельством.

— Спасибо, папа, — вежливо сказала Гарриет и спокойной походкой направилась к лестнице.

В тот вечер Ферди и Оливеры рано заехали за Гарриет. Они должны были пообедать у Эммы, а потом отправиться в оперу.

— Ты прекрасно выглядишь! — воскликнул Ферди, когда Гарриет встретила его в платье из зеленого крепа.

Страстно желая не покраснеть, она разрешила ему набросить на себя шаль, которую он когда-то купил, и они присоединились к Оливерам.

Обед проходил намного веселее, чем проходили трапезы в доме Мейнов. Здесь было и дружеское подтрунивание, и умные замечания по поводу происходящих событий. Разговор искрился, как хрустальная люстра. Превосходная еда и общество успокоили Гарриет и привели ее в хорошее настроение.

Несмотря на праздничную обстановку, обед закончился быстро. Гарриет, Ферди и Оливеры поехали в оперу в ландо Ферди, а Уинстеи отправились в своей карете. Оказавшись в ложе Уинстеев, они продолжили разговор в чудесной дружеской атмосфере.

— Как хорошо, что Гарриет будет членом нашей семьи, — заявила Эмма.

— Да, — поддержала ее Диана, — как приятно, что у нашего брата есть здравый смысл!

— Я бы не могла пожелать лучшей родни, — с некоторой осторожностью заметила Гарриет.

— Подождите, когда увидите Клер, Аннис и Беллу. Они приедут на свадьбу и, несомненно, привезут всех своих отпрысков. Мы очень плодовитое семейство, так что имейте в виду, — с лукавством в глазах сказала Диана.

Гарриет знала, что теперь покраснела. Кажется, не было никакого способа убавить веселости у Дианы. Гарриет рассеянно оглядывала театр, надеясь, что за это время побледнеет румянец. Если она сосредоточится на чем-то, это должно помочь.

Она обнаружила, что пристально смотрит на прелестную молодую женщину с темными волосами и красивыми чертами лица. То, что она сидела в ложе, а не танцевала на сцене, не имело значения. Гарриет знала, кто это. Лафлер украшала ложу напротив в обществе человека, которого описали Гарриет как одного из первых повес Лондона. Хотя Гарриет не была хорошо осведомлена о подобных делах, она подозревала, что это связь между покровителем и любовницей.

Бедный Ферди! Как тяжело, должно быть, ему видеть это прекрасное создание с другим мужчиной. Но, может быть, это только временно? Гарриет испытала предательское желание, чтобы это было настолько постоянно, насколько возможно в подобных обстоятельствах.

Чувствуя себя виноватой из-за этого желания и жалея любимого Ферди, Гарриет старалась развлекать его остаток вечера. Она улыбалась, поддразнивала его, вспоминала забавные истории и всем сердцем надеялась, что так же утешала его, как он ее.

Позже, когда они уходили из театра, Эмма тревожно выдохнула.

— Ох, смотрите, кто здесь! — прошептала она украдкой Гарриет.

Гарриет остановилась бы, если бы Ферди не направил ее вперед. Она храбро встретилась с человеком, который приближался к ним.

— Ха, так вы здесь, как сказал ваш отец, и с Эндрюсом, — громко заявил лорд Помрой. — Я хочу, чтобы вы знали, что как бы то ни было, я буду ждать. Нет объявления в газетах? — он посмотрел на руку Гарриет — под перчаткой не было видно обручального кольца. — И кольца нет? Что-то не так, мисс. Ха! Мне нравится немного перца в жизни. Я буду следить за вами, — с этим странным предупреждением он направился к выходу.

— Какой чудной человек, — хмуро глядя ему вслед, заметила Диана.

— Он же предварительно договорился с отцом, что я должна выйти за него, — слабым голосом проговорила Гарриет, когда они тоже пошли к своим экипажам.

— В это нельзя поверить! — ужаснулся лорд Уинстей.

— Пожалуй, Ферди, — воскликнула Диана, когда они садились в ландо, — ты в каком-то смысле герой, спасший деву от несчастья и все такое, как принцы в старых сказках.

— Ферди мой герой, но только потому, что он самый хороший человек, которого я когда-либо знала, — тихо подтвердила Гарриет.

Ферди был страшно доволен этими восхвалениями, но что-то было не то. В ее словах звучала какая-то печальная обреченность. Он решил подумать об этом позже.

Молодой человек испытал облегчение, когда увидел Лафлер с ее новым покровителем, лордом Гриноном. Очевидно, этому джентльмену не хотелось, чтобы его любовница танцевала на сцене. Ферди слышал, что он поместил Лафлер в красивый домик в Ганс-Тауне с полным штатом слуг. Он не скучал по ней. Столько дел, что некогда было бы подумать о любовнице.