Вирджиния Хенли - Неутолимая страсть

Пока Кэтрин с Мэгги распаковывали вещи, день померк и небо потемнело. Кэтрин посмотрела в окно на засыпанный снегом пейзаж и почувствовала себя отправленной в ссылку. Она представила, сколько полных одиночества недель ждет ее впереди, и ей стало не по себе. Так недолго и свихнуться. Нужно было придумать что-нибудь, чтобы разогнать дьяволов грусти.

— Мистер Бёрк, вы, конечно, в недоумении, с чего это мы свалились вам на голову, — сказала Мэгги.

— Полагаю, что-то произошло при дворе.

— У вас есть виски, мистер Бёрк?

Он поманил ее пальцем за собой в библиотеку, а там налил им по кружечке. Потом придержал для нее кресло, и они уселись у огня.

— За леди Кэтрин ухаживал Уильям Герберт, который недавно унаследовал графство Пембрук. — Бёрк молчал, ничем не выдавая своих мыслей. — Этот распутный мерзавец обрюхатил одну из девушек, приближенных к королеве. За это Елизавета бросила его в тюрьму.

— Как я понял, он придворный до мозга костей. Значит, его не интересовало хозяйство Уилтонов.

Мэгги удивилась, что мистеру Бёрку так хорошо известны повадки знати.

— Теперь у него нет никаких перспектив при дворе и никаких надежд на женитьбу на леди Кэтрин. Мы больше с ним не общаемся.

— Она очень переживает, Мэгги?

— Ничуть! Очень стыдится из-за скандала и в ярости, что мужчина, ухаживая за ней, мог смотреть на сторону. Но наша кроха это переживет. Не забывайте, ведь в ней все-таки течет шотландская кровь.

— О да! В ее характере многое от кельтов. Как у нас с вами, Мэгги.

— Вот-вот. А на днях, я думаю, сюда явится еще один представитель кельтов. Если только мне разум совсем не отшибло. Этот самый упрямый, самый настойчивый и целеустремленный, все остальные ему в подметки не годятся. — Мэгги прищурила один глаз. — Больше не скажу ни слова. Намек вам и так понятен. — Она прикончила свою кружечку и увидела на столе колоду карт. — Я их заберу с собой, а вы отнесите ей этого роскошного солодового виски. Только, ради Бога, после ужина, не то наша госпожа Непредсказуемость за час упьется в стельку.

— Спасибо за доверие, Мэгги.

Благодаря дотошным инструкциям мистера Бёрка на кухне ужин получился на славу. Когда молодая госпожа перешла в гостиную, он принес туда кувшин виски и осторожно поставил его на столик у стены. Потом отправился дать указание слуге приготовить гостевую комнату, предварительно сам осмотрев ее, а уж затем наведался на конюшню, где велел конюху подобрать для леди Кэтрин подходящую лошадь, на которой она будет ездить, пока живет в Спенсер-Парке.

— Превосходно, что стойла содержатся в такой чистоте. Скоро к нам прибудет гость, так что подготовьте еще одно место. — Бёрк поднял голову и прислушался. Издалека донесся стук копыт. — Прибытие, однако, состоится раньше ожидаемого.

Хепберн спрыгнул с Валианта, как раз когда управляющий вышел из конюшни.

— Мистер Бёрк, вы помните меня? — Он протянул ему руку. — Патрик Хепберн. Я имел счастье посетить Спенсер-Парк несколько месяцев назад вместе с братьями Кери.

— Конечно, я помню вас, лорд Стюарт. Ваши земли в Шотландии граничат с землей графа Уинтона, если я не ошибаюсь. Для Спенсер-Парка большая честь вновь принимать вас.

— Это большая честь для меня, мистер Бёрк. Я пригнал из Ричмонда кобылку леди Кэтрин и свой подарок, чтобы, как доброму гостю, не приехать с пустыми руками. Этих жеребят-однолеток я лично отловил в диком табуне в Шотландии. Они улучшат кровь в вашем табуне.

— Они действительно хороши. Конюх сейчас готовит стойло для вашего жеребца. Я скажу ему, чтобы приготовил не одно, а несколько.

— Весьма предусмотрительно. Завтра я на целый день выведу их на выгон. Они привыкли к настоящим морозам, не то, что тут, в Хартфордшире.

Патрик отвязал свой багаж и передал лошадей в руки конюха.

Вместе с Хепберном занося в дом поклажу, Бёрк поинтересовался:

— Вы привезли нам бурю, милорд?

Хепберн усмехнулся:

— Надеюсь, что нет, мистер Бёрк. Так, пара молний со стороны леди Кэтрин, да пара раскатов грома — с моей, вот и все. Скорее всего мы недопустим, чтобы буря разыгралась.

— Вот и прекрасно, милорд. Я отнесу сумки наверх в вашу комнату.

Патрик двинулся на свет и остановился в дверях гостиной.

— Заливаешь горе вином, чертова кошка?

Кэтрин поперхнулась, разбрызгав виски. Она вскочила, глаза засверкали молниями.

— Как ты посмел сюда явиться? — И завопила: — Мистер Бёрк! Мистер Бёрк!

— Бёрк тебя не услышит. Он понес мой багаж наверх.

— Мэгги! — Но стул няньки оказался пустым. Та тихо сложила на столе игральные карты и была такова. Глаза Кэт продолжали полыхать гневом! — Единственное горе, которое хочется залить виски, — это ты!

— Я счастлив, что ты все еще испытываешь ко мне такую страсть.

— Это называется ненавистью! Ты отверг меня, скотина!

— К черту, Кэтрин, у меня и в мыслях такого не было! — прорычал он. — Тебе грозила смертельная опасность. Я отправил тебя домой, где было безопасно.

— Безопасно? Как только ты избавился от меня, меня похитили!

— Ага. И мне пришлось заложить Кричтон, чтобы выкупить тебя. Ни для кого на свете я бы этого не сделал. И какую благодарность я получил? Стоило тебе оказаться при дворе, как ты падаешь в объятия первого попавшегося смазливого аристократишки, который тебя поманил.

— Ты действовал слишком агрессивно.

— Меня вынудили обстоятельства. Но ты же любишь, ты обожаешь все агрессивное… Почти так же, как я.

Кэтрин не могла скрыть изумления. Рот поплыл вбок, и она криво улыбнулась.

— Так-то лучше. — Патрик подошел вплотную. — Теперь я хочу послушать, как ты мурлычешь.

Он обхватил ее и прижался к ней губами.

Она ощутила его потрясающе мощное тело. Колени ее ослабли, а кровь словно превратилась в вино. Пьянящее темно-красное вино. Приоткрыв губы, она впустила в себя его язык и вонзила ногти ему в плечи.

— У тебя на губах вкус виски. Перед этим ароматом не устоит ни один шотландец.

— Ах ты, дьявол! Так бы и выцарапала тебе глаза, но в следующую минуту хочется, чтобы ты меня погладил и приласкал, как какую-нибудь бездомную мурку.

Он подхватил ее на руки, подошел к камину и уселся в кресло с ней на коленях. Прихватил губами ее за ухо.

— Мне нравится, что у моей Кэтрин есть коготки.

— У твоей? — поддразнила она, поелозив ягодицами по его бедрам.

Патрик взял ее лицо в ладони и заглянул в глаза.

— На турнире, когда я увидел тебя в белом бархате с мехом, ты была похожа на призовую персидскую кошку. У меня даже дыхание перехватило.