Патриция Хэган - Признание в любви

— Сколько можно ждать? — проворчал Пит, допивая кофе. — У нас кончается продовольствие. Еще осталось немного бобов, а потом — зубы на полку, если только мы не начнем есть ящериц или чем там питаются эти краснокожие. И ни на минуту не спускают с нас глаз, черт бы их побрал.

Он злобно покосился в сторону сидевшего на скале и наблюдавшего за ними индейца.

— Ладно, не кипятись, — ответил Майкл. Ему тоже надоело здесь околачиваться, но он готов был на все, лишь бы найти Джеси и вызволить ее из беды.

Джо Клайдер толкнул Пита локтем.

— Мы тут посоветовались, — заявил Пит Майклу, — и решили, что надо все бросать и ехать домой. Хоть ты и обещал нам большие деньги и от таких денег трудно отказываться, нам не хочется ввязываться в индейскую междоусобицу. Нас ведь всего пятеро.

— Я и сам умею считать, — отрезал Майкл. — И мне казалось, что у нас уговор.

— Уговор уговором, но нам надоело ждать у моря погоды. Это действует на нервы. Что-то тут не так.

— Ну тогда уезжай. — Майкл махнул рукой. — Забирай людей и уезжай. Мне осточертело слушать ваш скулеж.

Джо, угрожая, стал подниматься, но Пит велел ему сидеть на месте.

— А ты как же? — спросил он Майкла. — Поедешь с нами?

— Без Джеси я никуда не поеду.

— Но это же самоубийство! Если мы уедем, эти проклятые индейцы просто со злости тебя застрелят. Да и какой им прок от одного человека? Поехали с нами, Майкл. Здесь тебя ждет только смерть.

Майкл пожал плечами:

— Ну и пусть. Все равно мне нет жизни без Джеси.

Раздался недовольный ропот. А Пит воскликнул:

— Да нет такой бабы, за которую стоило бы умереть! В конце концов она убежала от тебя с другим. Она…

Майкл бросился на него, схватил за горло и швырнул на землю.

— Я не позволю так о ней говорить, слышишь? Давайте, уезжайте! Мне такие трусы не нужны.

Сердце бешено колотилось у него в груди от ярости.

Наблюдавшие за ними индейцы переглянулись: чего это белые вдруг учинили драку?

— Деньги свои вы получите, — сказал Майкл. — Мой банкир в Атланте вам заплатит. Но уж никакого дополнительного вознаграждения не ждите — получите, как мы первоначально договорились. Все, я вас больше не держу.

Он пошел от костра, понурив голову, опустив плечи и засунув руки в карманы.

— Совсем спятил, — сказал Уолтерс. — Хочет подохнуть — пусть подыхает. А я уеду хоть сейчас.

Джо Клайдер и Этан Террел пробурчали, что они тоже готовы ехать, но Пит смотрел вслед Майклу и думал о том, как же сильно он любит ту женщину.

— Не знаю, мне не хочется бросать его одного.

Стерн выпучил на него глаза:

— Что ты несешь?

— Я только сейчас понял, что его с места не сдвинешь. А уж теперь, когда мы так далеко заехали, нехорошо его покидать. Да и денег он нам обещал много. Не хотелось бы от них отказываться.

— А если нас убьют? — воскликнул Этан.

Пит покачал головой:

— Не думаю. Мы метко стреляем. Все пятеро.

— Но мы же не знаем, сколько заявится индейцев, — убеждал его Этан. — И потом, мы же вчера договорились, что уедем.

— Но я думал, он поедет с нами. Без нас ему крышка. Так что я считаю, надо остаться.

— А что? — откликнулся Стерн. — Может, подождем еще денек? Если ничего не произойдет, не исключено, что он надумает ехать с нами.

— А если не надумает, свяжем его и увезем силой. Согласны? — спросил Пит.

Но Джо Клайдер его не слушал. Побледнев, он глядел на скалу, где стояли уже не три индейца, а добрая дюжина. Лица у всех были размалеваны желтой и красной краской.

— Кажется, дождались, — тихо проговорил он.

Остальные проследили за его взглядом, и по спине у них поползли мурашки. Когда же один из индейцев, крупный мужчина в головном уборе, украшенном рогами бизона, стал спускаться вниз, они сгрудились вокруг Майкла, держа руки на кобурах пистолетов.

— Это, видать, их вожак, — прошептал Пит.

Черный Змей окинул белых бесстрастным взглядом. В глазах у них стоял страх. Неудивительно — ведь они не знают, чего ждать. Но он углядел в них и мужество — они явно были готовы выхватить оружие и защищаться до последнего вздоха.

— Я — вождь, Черный Змей, — заявил он, прижимая кулак к широкой голой груди. — Кто из вас требует возвращения белой женщины, которую держит в плену мой враг?

— Я, — сказал Майкл и твердо посмотрел в глаза Черному Змею. — И прежде всего я требую ответа на один вопрос. Зачем вы просите у нас помощи, чтобы ее выручить, когда вы сами же ее и похитили?

Мужество Майкла не произвело на Черного Змея особого впечатления, и он глумливо ухмыльнулся:

— Это верно. И если бы ее не украл мой враг, Воющий Волк, который принял имя белого человека, Люк, — пренебрежительно добавил он, — она была бы моей женщиной, и я бы получал удовольствие от нее каждую ночь. Я, а не Воющий Волк.

Майкл понимал, что индеец говорит с ним издевательским тоном, чтобы выяснить, как с ними себя вести. И холодно сказал:

— Тогда я охотился бы за тобой и убил бы тебя.

Черный Змей откинул назад голову и расхохотался.

— Итак, ты хочешь отомстить Воющему Волку. Очень хорошо. Значит, ты будешь хорошо сражаться, когда мы нападем на их становище.

— А как ты докажешь, что не воспользуешься нашей помощью, а потом не заберешь ее себе?

— Зачем мне объедки Воющего Волка? — пренебрежительно бросил Черный Змей. — Мне она больше не нужна. Мне нужна кровь Воющего Волка. Я хочу, чтобы он и его сторонники умерли позорной смертью от рук белых людей. Тогда моя честь будет отмщена. И мое сердце успокоится, А ты получишь свою женщину. Это я тебе обещаю.

Майкл посмотрел на Пита, а Пит на остальных. Все были согласны на такую сделку.

— Хорошо, — сказал Майкл. — Мы поедем с вами.

— Выступаем на заре. Дорога займет несколько дней.

Черный Змей поднял кулак. Он едва сдерживал ликование. Скоро небо заговорит языком дымов, свидетельствующих о том, что он, Черный Змей, отомстил за смерть сына Большого Медведя и других команчей, убив белых людей, осмелившихся на них напасть. В живых останется только белая женщина, которую он сделает своей рабыней. Они снимут много скальпов, и имя Черного Змея будут произносить со страхом и уважением. А главное, другие команчи не будут его осуждать за убийство соплеменников.

— Погоди-ка!

Все посмотрели на Пита.

— Ты хочешь, чтобы мы убили всех? — спросил он Черного Змея. — Женщин и детей тоже?

Глаза Черного Змея сузились.

— Женщины сами умеют убивать. Они выбегут из вигвамов с ножами в руках. А из детей вырастут воины, которые будут мстить. Все должны умереть. Все до одного.