Ширл Хенке - Глубокая, как река

По традиции его народа, голова и лицо индейца были гладко выбриты, брови выщипаны и лишь с макушки на спину свисала длинная черная косичка с искусно вплетенными ракушками и перьями. Обнаженное по пояс мускулистое тело цвета старой бронзы покрывала синяя татуировка, изображавшая подвиги воина в былых баталиях. Мочки ушей растянулись под тяжестью огромных серег из кости и стекла, а шею украшали несколько рядов тяжелых бус. Железный Коршун являл собой образец варварского великолепия.

В былые времена Оливия бы упала в обморок при виде столь страшного дикаря, а сейчас отнеслась к гостю без тени смущения. С тех пор как она поселилась в хижине Микайи Джонстона, девушка ко многому привыкла и научилась ладить с индейцами разных племен, особенно с осагами, верховодившими в этих краях. Микайя поддерживал добрые отношения с коренными жителями и вел с ними активную торговлю, обменивая стальные топоры, ножи и прочие предметы домашнего обихода, которые производились в мире белых, на всякие полезные вещи, которые ему приглянулись или которые можно было позднее продать за наличные в белых поселениях, — жилеты из мягкой оленьей кожи с вшитыми иглами дикобраза, мокасины, разукрашенные бусинками, керамическую посуду и водонепроницаемые корзины из тростника.

В ответ на приветствие Железный Коршун важно кивнул и искоса глянул на «сына-дочь» Большого Медведя, как называли Джонстона индейцы. Индеец не понимал, как женщина может жить и охотиться по обычаям Длинных Ножей, так как не женское это дело, но готов был смириться с таким поведением из уважения к Большому Медведю. Изъяснялись они друг с другом на чудовищной смеси английского, испанского и языка осагов.

— Рад тебя снова видеть. Ты подготовила свои ножи к большой осенней охоте? — спросил Железный Коршун, в глазах которого плясали смешинки. Он отлично знал, что сын-дочь пойдет на охоту с Большим Медведем и не станет рассиживаться у костра в ожидании возвращения мужчин с добычей, подобно прочим скво, но уж очень хотелось немного поддразнить девчонку.

Оливия не спешила с ответом, наполнила две жестяные миски густым рагу, вручила одну гостю и с улыбкой сказала:

— Большой Медведь и я возьмем с собой не только ножи… нам понадобится и острый глаз, чтобы выследить бизона.

— Я же тебе говорил, что моя Искорка за словом в карман не лезет, — рассмеялся Микайя, звучно хлопнув рукой по бедру. — Да и отваги ей не занимать. Ты бы посмотрел на нее, когда я впервые дал ей карабин и сказал, что пора научиться стрелять.

Джонстон принял миску с тушеным мясом, присел на корточки в тени большого дерева, растущего возле хижины, и продолжил свой рассказ. Вопреки обычаям осагов, Оливия сразу же наполнила и свою миску и присоединилась к мужчинам. Прислушиваясь к словам Микайи о том, как прошлой весной она впервые в жизни взяла в руки ружье, Оливия вновь переживала те события, и прошлое вставало перед глазами.

С самого начала их жизни в хижине Микайя настоял на том, чтобы Оливия не выходила из дома без ружья, хотя оно и не было заряжено. «Привыкай, — говорил он. — Руки должны ощущать тяжесть оружия». Под его руководством она училась целиться в камни, деревья, парящих в небе коршунов и прыгающих с ветки на ветку белок, нажимать на курок и «убивать». Наконец Микайя объявил, что Оливия может сама зарядить гладкоствольный кремневый карабин калибра 0,69 дюйма и выстрелить.

Микайя проследил за тем, как она заряжает, одобрительно кивнул и сказал:

— Пока очень медленно, но быстро получится, когда попрактикуешься. Стрелять будешь вон туда. — И ткнул пальцем в старый дуб примерно в семидесяти пяти ярдах, на стволе которого он вытесал топором белую отметину размером чуть больше своего кулака.

Как только Оливия взвела курок, Микайя остановил ее.

— Погоди, Искорка, — сказал он. — Во-первых, запомни, что при возможности надо подыскать опору, положить ствол на камень или на ветку. Либо прислонись плечом к стволу дерева. Во-вторых, обязательно крепко прижми приклад, чтобы не ударило при отдаче. Вот так. Теперь пали!

Оливия повторяла эти движения уже сотни раз в прошлом и сейчас подняла ружье, прижала к плечу приклад, глубоко вздохнула, выдохнула и навела мушку на мишень. Как учил Микайя, все следовало проделать плавно, одним движением, а когда подведешь мушку под мишень, курок не дергать, а нажимать постепенно. Так и поступила. Раздался грохот, из дула вылетело облачко дыма, и девушка непроизвольно выронила оружие. Она не была готова ни к звуку выстрела, ни к сильной отдаче прикладом в плечо. Смутившись, она украдкой посмотрела на учителя.

— Ну что ж, для первого раза все не так плохо, — подвел итог Микайя, задумчиво почесывая бороду. — В мишень не попала, но дерево все же задела. Я видел, как отлетел кусок коры. — Он перевел взгляд на ружье, валявшееся на земле. — Бросать ружье после каждого выстрела не советую. Больше времени уйдет на перезарядку. И механизм можно повредить.

Девушка закусила губу, чтобы не расплакаться от стыда, и потупилась.

— Не горюй, Искорка, — утешил ее Микайя. — Заряжай, а я пойду посмотрю, куда ты попала. — И медленно пошел к дубу.

Когда он вернулся, ружье было вновь заряжено и готово к стрельбе.

— Видно, глаза у меня уже не те, что раньше, — с улыбкой сказал Микайя, запустив в бороду всю пятерню. — Оказывается, ты не просто задела дерево, а угодила, считай, в самый центр мишени. Я знавал охотников, которым это не удавалось ни разу в жизни. Поздравляю. — Оливия зарделась от похвалы. — Давай еще раз попробуем.

Заученным жестом девушка подняла ружье, прицелилась, выстрелила и… не попала даже в дерево. Удивленно посмотрела на учителя, а тот закатился смехом. Глядя на него, Оливия начала улыбаться, а потом тоже рассмеялась.

— Ладно, Искорка, заряжай снова и помни, что ты еще не настоящий охотник. Не слишком-то зазнавайся.

Тут голос Микайи вернул ее к настоящему:

— Слушай, Искорка. Железный Коршун видел стадо бизонов там, где река Осагов впадает в Миссури.

— Так близко? Я-то думала, нам придется углубляться далеко в прерии, где охотятся индейцы кау, — откликнулась Оливия, радостно возбужденная перспективой принять участие в охоте на бизонов.

— Большая охота начнется, как только соберем урожай, — вставил Железный Коршун. — Место сбора у слияния рек. Может статься, охотникам из племени осагов будет чему поучиться у сына-дочери Большого Медведя, Горячего Уголька.

Оливия знала, что индеец предлагал за нее огромный выкуп, но Микайя вежливо и решительно отклонил его предложение, пояснив, что у девушки есть муж, Длинный Нож, попросивший Большого Медведя присмотреть за ней, пока он служит в американской армии. Это навевало тяжелые воспоминания о Сэмюэле, но Оливия не возражала против такой интерпретации. Ведь надо же было как-то оградить девушку от новых покушений на ее свободу.