Саманта Саксон - Ключ к сердцу

– О, это же смешно, мама.

Она взглянула на Шеймуса, ее ангела-хранителя, стоявшего на ступенях своего дома. Подняв темную голову, он смотрел на нее не отрываясь, и этот взгляд смутил ее. Карета тронулась, Джульет откинулась на спинку сиденья. В последний раз взглянув на мистера Маккаррена, она увидела, как он развернулся и, взмахнув полами сюртука, исчез внутри дома.

Зачем все это? Почему он не мог войти в дом, как любой нормальный человек? Почему он не мог просто читать книгу, а не следить за ней? Или целовать ее, не пробуждая в ней страсти?

– В чем дело? – спросила графиня. – Ты как будто сердишься.

– Я не ребенок и не нуждаюсь в присмотре.

– Когда приедем домой, ты мне расскажешь, что именно сегодня произошло, и тогда мы обсудим, в чем ты нуждаешься.

Джульет еще не успела выйти из кареты, как Фелисити подбежала к ней. Кузина взглянула на четырех слуг Шеймуса и, обняв Джульет за талию, повела ее вверх по ступеням, как будто у той были сломаны обе ноги.

– Не волнуйся, со мной все в порядке, Фелисити, – заверила ее кузина, когда они вошли в дом. – Мне нужна только ванна и что-нибудь поесть.

Леди Апплтон убежала распорядиться, чтобы повар что-нибудь приготовил, а графиня сказала дочери:

– Когда приведешь себя в порядок, приходи в гостиную.

Джульет кивнула и стала подниматься по лестнице. Она была уже на пятой ступени, когда, оглянувшись, увидела, что четыре слуги следуют за ней по пятам.

– И куда это вы идете?

Самый старший из них выступил вперед.

– Нам приказано ни на минуту не спускать с вас глаз, леди Джульет.

– Это у вас не получится, – фыркнула девушка и продолжала подниматься, но, остановившись, обнаружила, что слуги не отстают. – Послушайте, – вздохнула она, – я дома, жива и здорова, и вы можете подождать меня в холле на случай, если я захочу выйти на улицу, Договорились?

– Мистер Маккаррен предупредил, что вы так и скажете, и велел вам сообщить, что, если мы не выполним его распоряжение, нас всех четверых уволят.

Джульет понизила голос и, сморщив носик, сказала:

– Ну, мистера Маккаррена здесь нет, не так ли? И я не думаю, что кто-то из вас скажет…

– Он также предупредил, что вы скажете и это, и велел передать, что он заедет сюда, и если нас не будет на посту, когда он приедет, нас уволят.

Джульет уперлась руками в бока и, не видя иного выхода, оглядела слуг Шеймуса.

– Тогда пойдемте, – уступила она Мистер Маккаррен знал, что она не захочет брать на себя вину за увольнение слуг и это помешает ей что-либо предпринять.

Они подошли к двери ее спальни, и старший из слуг жестом остановил ее, а двое других проскользнули в комнату, напугав горничную так, что она уронила на пол полотенца.

– Все в порядке, Энн, они со мной, – объяснила Джульет, пока мужчины обыскивали комнату – В некотором смысле.

Обыскав комнату, двое слуг вышли на балкон. Старший задернул за ними занавеси и вернулся к двери.

– Мы будем за дверью, если понадобимся, – сказал он и вышел.

– Энн, отнеси этим беднягам на балконе одеяла, пожалуйста, – попросила леди Первилл и вошла в ванную.

Она разделась, радуясь, что осталась одна в закрытой ванной, вдалеке от озабоченных взглядов, и расплакалась после ужасного испытания, которое только что перенесла. Прошло еще слишком мало времени.

Энигма, кровь которой кипела от гнева, смотрела на валлийца.

– Вы же знали, что я хотела поговорить с ней.

– Я не думал, что такое маленькое существо окажется достаточно сильным, чтобы приподнять кровать.

Мужчины постоянно недооценивали женщин, и Энигму удивляла их глупость.

– Теперь вы это знаете, – усмехнулась она, глядя на повязку на ею тупой голове – Итак, если леди Джульег служит в Уайтхолле и знает о существовании этого кода, а Шеймус Маккаррен ее любовник и тоже служит в Уайтхолле, то какой мы можем сделать вывод?

– Мистеру Маккаррену тоже известно об этом коде, – сказал мистер Коллин, а Энигма улыбнулась, довольная его сообразительностью.

– Однако, – продолжала она, расхаживая по своей комнате, – если леди Джульет расспрашивала клерка из «Геральд», то это значит, что они не очень далеко продвинулись в своем расследовании и не могут связать код с «Данте».

– Тогда почему Маккаррен так часто приходит сюда?

– Он приходит ради меня, – улыбнулась мадам Ришар – Он приходит на состязание наших умов.

Мистер Коллии прищурился, очевидно, поверив в правдивость ее слов. Ведь Шеимус играл только за хозяйским столом.

– Что же мы теперь будем делать, если знаем, что наш код расшифровали? – спросил он.

– Код они не расшифровали, – размышляла она, – только обнаружили сигнальные буквы.

Энигма оглядела стены, думая о своем плане нападения Джентльмены из министерства иностранных дел, какими бы они ни были, никогда не найдут ключа к ее коду. Даже гениальный Шеимус Маккаррен обнаружил всего лишь сигналы.

Пока.

– Продолжайте следить за Маккарреном – сказала она валлийцу.

– Хорошо – Валлиец ушел, и мадам Ришар обратилась к мистеру Колину.

– Пошлите за лордом Харрингтоном. Пусть он как можно скорее вернется в город, а затем мистер Мэтьюз проверит бухгалтерские книги и соберет все долги, причитающиеся нам.

– Эго может занять несколько дней, – напомнил ей Джек.

Энигма кивнула:

– Нам необходимо встретиться с французами до того, как мы покинем Лондон, и договориться о новых шифрах, и это тоже займет некоторое время. Но мы должны быть готовы. – Мадам Ришар подумала об очаровательном Шеймусе Маккаррене и о том, на что он может быть способен. – Возможно, нам придется спешно покинуть Лондон.

Но она еще не закончила их игру.

Глава 27

На балу Джульет смотрела на красивые наряды гостей и чувствовала себя счастливой уже только оттого, что вырвалась из дома.

С неизменной улыбкой она болтала с людьми, которые ей совсем не нравились, сознавая, что отчасти этот бал Дандонеллы устроили ради нее. Но леди Первилл надоело быть вежливой и просить прощения у влиятельных светских матрон зато, чего она даже и не совершала.

Проклятый Харрингтон!

Все же она полагала, что ей следовало бы попытаться восстановить свою репутацию. Отклонять приглашения – это одно, а не получать никаких приглашений – совсем другое. А теперь, когда Шеймус надежно отгородил ее от министерства, леди Первилл необходимо было найти какое-то занятие.

Может быть, ей возобновить контакты с Оксфордом? Но при воспоминании о въедливом профессоре, который цеплялся к каждому ее слову, у нее по коже пробегали мурашки. Нет, если уж она будет вынуждена заняться математическими гипотезами, то пусть эго будут ее собственные гипотезы.