Элен Бронте - Дом на Фиалковой улице

Джейн поверила, потому что ей очень хотелось в это поверить. Но в глубине души она знала, что в Бромли есть кое-кто, кто не забудет о ее промахах и не даст позабыть другим.

33

Диана Крейтон не застала брата, когда вернулась с прогулки. Ричард был уверен, что сестра примется расспрашивать его о Джейн, и поторопился оказаться подальше от Фиалковой улицы. Увы, куда бы он ни заходил, всюду болтали только о мисс Эванс, и Крейтону оставалось только скрипеть зубами от бессильной злости — он не осмелился вступаться за честь мисс Эванс, понимая, что его вмешательство только еще больше повредит ее репутации. Другое дело, если б он был помолвлен с этой леди…

Но, увы, о помолвке следовало пока забыть. Как надолго, Ричард не знал. Он мечтал оказаться в одиночестве, чтобы обдумать случившееся и найти способ стереть из памяти Джейн дурное впечатление от его слов. А для этого надо сперва постараться лучше понять эту девушку и ее побуждения, не говоря уж о том, что необходимо осторожно разузнать, насколько она задета, и не перевесит ли эта последняя обида ее симпатию к нему, столь открыто проявленную до того, как он начал говорить всю эту чушь о прощении.

Крейтону нужны были союзники. Как бы ни хотелось ему сохранить в секрете свое неудачное сватовство, без помощи не обойтись. Придется привлечь на свою сторону сестру и миссис Эванс. Обе они гораздо лучше сумеют уговорить мисс Эванс выслушать его еще раз, дать ему шанс исправиться.

— Можно подумать, я совершил преступление! — пробормотал Крейтон.

Ноги сами несли его к реке, к мостику, на котором они с мисс Эванс так недавно дружески беседовали. Кажется, это место станет для него особенным. Крейтон наклонился над бурлящим вокруг опор моста потоком, словно пытался разглядеть в воде свое отражение.

«Пожалуй, лучше мне несколько дней не появляться у Эвансов. Попрошу Диану, чтобы пригласила к нам на чай миссис Эванс, и повинюсь перед обеими. Уж лучше я выслушаю все упреки сразу, чем растягивать эти мучения надолго, — решил молодой джентльмен. — Хотя сестрица не оставит меня в покое и после. Едва только миссис Эванс уйдет домой, Диана начнет донимать меня своими советами. Жаль, право, что она не приняла предложение Тейлора, это отвлекло бы ее от моих забот. И все же другого выхода нет, если я хочу вернуть расположение мисс Эванс».

Крейтон бродил по берегу до темноты и вернулся на виллу Лаверна, только когда увидел свет в спальне сестры. Это означало, что Диана отчаялась дождаться брата в гостиной и поднялась к себе, чтобы лечь в постель. Ричард постарался пробраться в свою комнату как можно тише, впрочем, первые раскаты грома поглотили все другие звуки, и Диане оставалось только гадать, успел ли братец вернуться домой до того, как погода окончательно испортилась.

Ричард настолько устал быть одиноким путником, шатающимся в окрестностях Бромли, что уснул, едва добравшись до постели. Его сестра пряталась с головой под одеяло всякий раз, как гром, казалось, раздавался прямо над их крышей. Усталость одолела и ее, но до того Диана успела передумать обо всем, что ее заботило, и пришла к неутешительному выводу — в ее жизни уже никогда не произойдет ничего столь же волнующего, как у Джейн Эванс. Диана была уверена — Джейн пережила сильные чувства, и даже то, что сейчас бедняжке приходится расплачиваться за них утратой репутации, не избавляло ее подругу от легкой зависти. По сравнению с историей о романе Джейн и мистера Роуэна предложение мистера Тейлора казалось насмешкой над мечтами о любви.

Неудивительно, что за завтраком Диана выглядела более бледной, нежели ее отдохнувший братец, хотя должно было быть все наоборот, учитывая несчастливую любовь Крейтона и ее отсутствие у мисс Крейтон.

— Ты так и будешь все утро молчать? — брюзгливым тоном спросила она, едва мистер Уэствуд вышел из комнаты.

— А ты уверена, что хочешь услышать дурные новости? — в той же манере ответил ей брат.

— Дурные новости? — переспросила Диана. — Ты не виделся с мисс Эванс, она не захотела тебя видеть?

— После разговора со мной уж точно не захочет.

— Ричард, что ты натворил? — Диана испуганно охнула.

Крейтон поведал сестре о попытке на свой лад осчастливить мисс Эванс, и Диана, то и дело издававшая подходящие случаю восклицания, не знала, плакать ей или смеяться. В конце концов она остановилась на третьей возможности — как следует отругать брата.

— Даже от матушки я не слышал столько гадких слов, — проворчал Ричард, когда Диана, наконец, исчерпала все нелестные прозвища, придуманные в его адрес. — Ты уже второй месяц находишь во мне одни лишь недостатки, их хватило бы на весь мой клуб.

— Таких же глупых, тщеславных… — вскипела Диана, но Крейтон перебил ее:

— Не начинай снова, бога ради! Лучше помоги мне добиться ее прощения!

— Ты действительно хочешь жениться на ней? — Диана внезапно задумалась.

— Конечно, хочу, иначе я бы немедленно вернулся в Лондон или в объятия мисс Грант.

— Не смей так шутить! — Диана еще не вполне остыла, и упоминание об Августине пробудило ее гнев.

— Ну, не сердись, дорогая, в последнее время я разучился шутить.

— Ты просто наказание господне, а не брат, — проворчала Диана, но ее доброе сердце не позволяло долго сердиться на Ричарда, когда он в беде.

— Значит, ты его заслужила, — пробормотал Крейтон. — Придумай же что-нибудь! Или посоветуйся с миссис Эванс, она хорошо знает свою подругу и подскажет, что мне сделать.

— Мэй сейчас и без того расстроена. Огорчены они обе, а тут еще ты со своими чувствами…

— Я уже понял, что не следовало заходить так далеко, но теперь нельзя ничего изменить в прошлом, остается только не испортить будущее. Я не хочу никакую другую жену, только Джейн Эванс!

Решительность брата удивила Диану, кажется, вчера утром он и не помышлял ни о чем таком, а сейчас выглядит уверенным в своих чувствах.

— Ты правда никогда не станешь напоминать ей о мистере Роуэне? Упрекать ее, даже если она сильно его любила? Ты способен на это, Ричард?

— Не знаю. Я до сих пор не могу представить себе, что там на самом деле случилось с этим Роуэном. А она теперь ни за что не расскажет!

— Расскажет мне или Мэй, как только немного успокоится. Раз она была готова рассказать и тебе, значит, ничего ужасного там не произошло. Скорее всего, Роуэн оказывал ей знаки внимания, может быть, из сочувствия к бедной гувернантке, а эта леди Файдуэлл раздула из искорки целый костер.

— Хотел бы я, чтоб это так и оказалось, но почему тогда она молчит, не скажет ничего в свою защиту? Ведь ее имя треплют сегодня во всех гостиных!