Элизабет Бэйли - Ради дружбы

Тимотия переплела пальцы и снова уставилась в пол. Похоже, Валентин понял, что она говорила о себе, и донес Лео. Получается, она должна была поступить, как Сюзан? Пойти на такое унижение? Ну уж нет.

– Оставь свои сказки, Лео! – заговорила она возмущенно. – Рассказывай их кому-нибудь другому!

Лео сердито сдвинул брови.

– Черт побери, Тимма, я еще ничего не сказал, а ты уже объявляешь, что не веришь мне!

– Я не хочу ничего слышать, – пробормотала Тимотия. – Молчи, Лео, не надо ничего говорить. Я ведь знаю, в чем дело. Валентин тебе все рассказал.

Лео быстро подошел к дивану и, сев рядом с Ти-мотией, накрыл ладонью ее стиснутые руки.

– Тимма, ради бога, если ты меня любишь, давай со всем этим покончим. Я больше не могу.

– Если ты собираешься снова просить меня выйти за тебя замуж…

– Для этого я и пришел! И буду приходить снова и снова, пока ты не согласишься. Ну как ты не поймешь, дурочка, – я люблю тебя без памяти, жить без тебя не могу!

Тимотия крепко зажмурилась, стараясь выровнять дыхание, а когда она открыла глаза, в них было столько муки, что Лео, чертыхнувшись про себя, схватил ее в охапку, прижал к себе и прильнул к ее губам.

В голове у Тимотии стоял туман, и когда Лео неожиданно отпустил ее, она, хватая ртом воздух, покачнулась и бессильно откинулась на спинку дивана. Как сквозь сон она почувствовала – он берет ее руку, крепко сжимает и торопливо целует. Но вот он вскочил на ноги и заметался по тесной гостиной. Тимотия молча следила за ним.

Наконец он остановился у двери и замер, прислонившись к ней и скрестив руки на груди. Глаза его мрачно смотрели на Тимотию.

– Ну? – Голос Лео прозвучал почти враждебно.

– Что “ну”?

– Люблю я тебя или не люблю?

Тимотию захлестнула обида. Ну как же он не понимает? Она вскочила с дивана, Лео сделал шаг вперед, она взмахнула рукой, останавливая его.

– Не смей ко мне приближаться! Я прекрасно держусь на ногах. И если ты собираешься еще раз накинуться на меня, то я…

– Что? Давай говори быстрее, потому что именно это я и собираюсь сделать.

– … тебя ударю!

– … столько раз, сколько понадобится, чтобы вбить хоть капельку здравого смысла в эту упрямую голову!

Она, сверкая глазами, ждала, пока он умолкнет.

– Если ты думаешь, что вот так сможешь заставить меня поверить, что вдруг в меня влюбился, то, уверяю тебя, это негодный способ.

Лео зло хохотнул.

– Влюбился – не влюбился… Разве об этом речь? Да я люблю тебя бог знает сколько времени. Просто я только что это понял и…

– Ага! – закричала Тимотия. – Он, видите ли, только что понял! Как это мило, Лео, что ты сделал замечательное открытие как раз тогда, когда Валентин сообщил тебе, что я тебя люблю.

– Да я, если хочешь знать, понял это раньше тебя!

– Лео, прекрати и не морочь мне голову! Я не так наивна, чтобы тебе поверить!

Лео беспомощно всплеснул руками.

– Нет, с тобой можно с ума сойти, – пробормотал он.

– И поделом тебе, не будешь врать! Тоже мне, нашел наивную девочку…

– С тобой просто невозможно говорить, – растерянно продолжал Лео. – Чего ты хочешь? Чтобы я пустил себе пулю в лоб? Черт побери, Тимма, если б я не любил тебя так сильно, придушил бы, честное слово!

Тимотии стало совестно. А что, если она ошибается? Зачем ему врать, тем более ей? Собственная правота вдруг показалась ей не столь уж и бесспорной, в душу закралось сомнение, и сквозь царивший в ней мрак вдруг пробился луч надежды.

Лео почувствовал произошедшую в ней перемену. Он и сам пережил нечто подобное после того неожиданного поцелуя в библиотеке. Глупец, он тогда решил не признаваться, что у него на сердце. И из-за этого чуть не потерял Тимму.

– Я должен был сказать тебе уже давно, – взвол-нованно заговорил он. – То, что я чувствовал в тот день… ну, когда ты упала… это была любовь. Хотя понять это меня заставила малышка Пресли. Она так прямо и спросила, я помню слово в слово: “Вы любите ее, мистер Виттерал, да?”

Он умолк, и при взгляде на него, такого растерянного, у Тимотии дрогнуло сердце. Вот так же было и с ней, когда она вдруг поняла, что любит Лео.

– Я ответил “да”.

Эти простые слова подействовали на Тимотию сильнее, чем все, что он с такой горячностью говорил до этого. У нее подкосились ноги, она покачнулась… и в следующее мгновение оказалась в его объятиях и с облегчением прижалась к его груди.

– Тимма, любовь моя, мой милый друг, ты для меня единственная на свете.

– И ты мой единственный, – прошептала она, стараясь не расплакаться, когда он нежно коснулся ее губ.

Прошло какое-то время, прежде чем у Тимотии прояснилось в голове. Она обнаружила, что снова сидит на диване, нога ее покоится на банкетке, а Лео сидит рядом, одной рукой обняв любимую, а другой перебирая ее пальцы.

– Ты правильно сделала, что отказала мне. Меня дрожь пробирает, когда я думаю, какую жизнь тебе предлагал. Как я мог быть таким бездушным, просто не понимаю.

– Меня это тоже мучило, – призналась Тимотия.

– Ты была права, дав мне от ворот поворот.

В глазах Тимотии зажглись насмешливые огоньки.

– Уж не хочешь ли ты сказать, что больше не рассчитываешь на то, что я буду управлять всем и вся, а ты займешься стрельбой и прочими забавами?

– Ни в коем случае! – шутливо запротестовал Лео. – Чтобы я отказался от любимых развлечений только потому, что люблю тебя? Да ни за что! Ты же у меня такая кроткая и послушная, что в мое отсутствие будешь старательно заниматься делами, не помышляя ни о чем ином.

– Правда? А мистер Виттерал забыл о неких воинственных женщинах, к которым он имел обыкновение причислять меня? У них с мужчинами был разговор короткий.

Лео засмеялся и уткнулся лицом ей в шею.

– Амазонка ты моя. – Он потянул ее за косу, заставив запрокинуть голову, и стал расплетать, перебирая пальцами светлые пряди. В голосе его зазвучала страстная хрипотца. – Если б можно было сегодня же увезти тебя в Уиггин-Холл!

– А почему бы и нет? – Тимотия приникла губами к его горячим губам. – Мне очень не хочется сознаваться, – заговорила она, отдышавшись, – но ты был прав, когда ругал этот дом. Я так скучала по Уиггин-Холлу. – И еле слышно добавила: – И по его хозяину.

– А мне было тоскливо там без тебя. Но ради твоего доброго имени, любимая, я увезу тебя туда не раньше, чем мы поженимся. Кстати, ты до сих пор не дала ответа на мое последнее предложение!

Тимотия подняла брови.

– Разве сегодня ты мне делал предложение? Что-то я не припомню.

– Не делал? Как это я забыл? – Лео наклонился и поцеловал ее. – Ты согласна стать моей женой? – Он не дал Тимме ответить, приложив палец к ее губам. – Подожди!