Джулия Куин - Подари мне луну

— Боюсь, вы ошиблись, — пролепетала Виктория.

— Брось ломаться, милашка, — вмешался тут второй и грубо схватил ее за руку. — Мы хотим немного поразвлечься. Будь с нами поласковее.

Виктория вскрикнула от неожиданности — его пальцы больно впились в ее тело.

— Нет-нет, — заплетающимся языком проговорила она, чувствуя, как ее охватывает паника. — Я вовсе не… — Она испуганно умолкла: они все равно ее не слушали. — Я замужняя женщина, — солгала она, повысив голос.

Один из громил оторвал мутный взгляд от ее груди и уставился на нее в полном недоумении. Затем моргнул глазом и затряс головой.

У Виктории перехватило дыхание. По-видимому, святые узы брака их не остановят. Вконец отчаявшись, она выкрикнула:

— Мой супруг — граф Макклсфилд! Если вы хоть пальцем меня тронете, он вас прикончит. Клянусь, вам несдобровать!

Это подействовало — они замешкались в нерешительности. Затем один из них спросил:

— А что жена сият… ик!….. ного графа делает на дворе среди ночи?

— Это очень долгая история, уверяю вас, — принялась на ходу сочинять Виктория, продолжая отступать к гостинице.

— А по-моему, она все врет, — заметил тот, что держал ее за руку. Он внезапно резко дернул ее, чего она никак не ожидала, учитывая, что он еле держался на ногах. Он смрадно дыхнул на нее, и Викторию чуть не стошнило. Правда, мысленно она тут же пожелала, чтобы ее именно стошнило — может, хоть это охладило бы его пыл.

— Веселенькая у нас будет сегодня ночка, — просипел он. — Ты, и я, и…

— На вашем месте я бы не строил планов, — протянул у Виктории за спиной хорошо знакомый голос. — Не терплю, когда пристают к моей жене.

Виктория стремительно обернулась. Роберт стоял рядом — он что, из-под земли вырос? — приставив пистолет к виску пьяного гуляки, который все еще не отпускал ее руку. На нем не было ни рубашки, ни сапог, а второй пистолет был заткнут у него за пояс панталон. Роберт взглянул на пьянчугу с мрачной усмешкой и промолвил:

— Она толкает меня на безрассудные поступки.

— Роберт, — дрожащим голосом выговорила Виктория. На этот раз его появление ее несказанно обрадовало.

Он мотнул головой, указывая ей на дверь гостиницы. Она бросилась туда со всех ног.

— Начинаю считать, — угрожающе процедил Роберт. — Если вы двое не уберетесь с глаз моих, прежде чем я досчитаю до десяти, я буду стрелять. И учтите, в ноги я целиться не собираюсь.

Злодеи припустили во весь дух по улице, не успел Роберт досчитать и до двух. Но он тем не менее досчитал до десяти, как и обещал. Виктория наблюдала за ним, стоя на крыльце и мечтая только об одном — броситься наверх в свою комнату и запереть дверь, пока он не закончил счет. Но ноги отказывались ей повиноваться — она словно приросла к полу, глядя на Роберта, как зачарованная.

Роберт опустил пистолет и обернулся к ней.

— Надеюсь, сегодня ты больше не будешь испытывать мое терпение? — поинтересовался он.

Она кивнула.

— Не буду. Я пойду спать. Мы поговорим утром, если хочешь.

Он ничего не сказал, только пробормотал что-то неразборчивое, пока они поднимались в свои комнаты. Полуголый Роберт с пистолетами мог испугать кого угодно, а не только пьяных громил.

Они подошли к его двери, которую он в спешке распахнул настежь. Роберт чуть ли не волоком втащил Викторию в комнату и с грохотом захлопнул дверь. Он отпустил ее лишь на мгновение, чтобы повернуть ключ в замке, и Виктория тут же воспользовалась этим и кинулась к смежной двери в свою комнату.

— Я пойду спать.

— Не так быстро. — Роберт ухватил ее за руку выше локтя и рванул к себе, так что она закружилась, как волчок. — Ты что думаешь, я позволю тебе провести остаток ночи в твоей комнате?

Она растерянно заморгала.

— Да.

Он улыбнулся, но улыбка эта не предвещала ничего хорошего.

— Ты ошибаешься.

У Виктории подкосились ноги.

— Ошибаюсь?

Прежде чем она успела что-то сообразить, он сгреб ее в охапку и швырнул на постель.

— Ты, моя неутомимая искательница приключений, проведешь ночь здесь. В моей кровати.

Глава 15

— Ты сошел с ума! — воскликнула Виктория, вскочив с постели как ужаленная.

Он приблизился к ней медленными угрожающими шагами.

— Если я еще не спятил, то чертовски близок к этому.

Нельзя сказать, чтобы это замечание ее успокоило. Она попятилась назад и с ужасом обнаружила, что уперлась спиной в стену. Так, улизнуть ей не удастся.

— Говорил я тебе, как приятно мне было услышать, что ты выдаешь меня за своего супруга? — спросил он обманчиво-небрежным тоном.

Виктории было прекрасно известно, что означает это напускное спокойствие: он в ярости, но держит себя в руках. Пока. Если бы сейчас она была в состоянии рассуждать здраво, то, наверное, закрыла бы рот на замок и не пыталась ему перечить. Но, к несчастью, в данный момент ее больше всего заботила собственная добродетель, и поэтому она огрызнулась:

— Ты это слышал в первый и последний раз.

— Жаль.

— Роберт, — промолвила она почти нежно, надеясь, что это поможет его смягчить. — Ты имеешь полное право сердиться на меня…

Услышав это, он рассмеялся. Рассмеялся! Виктории все происходящее вовсе не казалось забавным.

— Сердиться? Это не то слово, которое может выразить мое теперешнее состояние, — заметил он. — Позволь, я расскажу тебе кое-что.

— Прекрати свои шутки.

Он оставил ее реплику без внимания и продолжал:

— Я спал и видел сон — и все в нем было почти так же ярко и живо, как наяву… И мне снилась ты.

Виктория вспыхнула. Он мрачно усмехнулся.

— Кажется, одну руку я запустил в твои роскошные волосы, а твои губы… М-м, как бы это сказать?

— Роберт, довольно! — Викторию начало трясти.

Роберт был не из тех, кто позволил бы себе смутить леди подобными выражениями. Должно быть, он и в самом деле разозлился гораздо сильнее, чем она предполагала.

— Так о чем это я? — задумчиво продолжал он. — Ах да. Мой сон. Вообрази же мое разочарование, когда меня разбудили чьи-то крики. — Он склонился к ней, и глаза его сверкали. — Это были твои крики.

Виктория не знала, что и сказать на это. Впрочем, нет, конечно, знала. Мысленно она перебрала более дюжины вариантов ответа, но половина из них была неуместна, а оставшаяся половина — просто опасна, учитывая данную ситуацию.

— А тебе известно, что раньше мне никогда не приходилось натягивать панталоны с такой сумасшедшей скоростью?

— — Наверное, у тебя к этому врожденный талант, — сострила она.

— И я занозил себе ступни, — добавил он. — Полы здесь не предназначены для того, чтобы ходить по ним босиком.

Она попыталась улыбнуться, но обнаружила, что напускная бравада улетучилась, как дым.