Джин Плейди - Обреченная на корону

— Мне достаточно того, что я вырвалась оттуда и нахожусь с тобой.

Ричард взял мои огрубелые руки, посмотрел на сломанные ногти. Потом коснулся губами рук.

— Это пройдет, — сказал он. — Ты забудешь о случившемся, Анна. Моей главной задачей в жизни будет забота о тебе.

С этими словами Ричард ушел, а я долго сидела, изумляясь счастью, которым обернулся для меня этот кошмар.

Ричард приехал на другой день. Он виделся с королем и рассказал ему о моем приключении. Эдуард был глубоко потрясен. Не только тем, что случилось со мной, но и тем, что в организации этого подозревается Кларенс.

Он послал за Кларенсом.

Хорошо зная всех трех братьев, я прекрасно представляла сцену, которую описывал Ричард. Ощущала тлеющий гнев Ричарда; слышала вранье Кларенса, неправдоподобность которого он пытался замаскировать подкупающим обаянием; и мысленным взором видела Эдуарда, ненавидящего больше всего на свете распри между родными, стремящегося успокоить сначала младшего брата, потом среднего.

— Я обвинил Георга в этом ужасном поступке, — сказал Ричард, — а он, не моргнув глазом, стал отпираться. Нагло заявил, что ты пыталась бежать из страха передо мной. Не хотела выходить за меня замуж и боялась принуждения. Он даже сам стал понимать, как это нелепо. Утверждал, что о пекарне ему не было известно. Что он твой опекун. Эдуард возложил на него эту обязанность, и отказываться от нее он не намерен.

— А что сказал король?

— Поверить этой лжи он, конечно, не мог, но ты ведь знаешь, как всегда относились к Георгу. Стоило ему попасться на какой-то дурной проделке, он сразу же невинно улыбался Эдуарду или сестре Маргарите, придумывал какие-нибудь нелепые оправдания, и его прощали. Эдуард и на сей раз повел себя так же. Сказал: «Анна теперь в безопасности. Бедное; испуганное, неопытное дитя. Мы должны быть добры к ней». Готов был закрыть глаза на роль Георга в этой истории. Не то чтобы верил в его невиновность, просто не хотел знать о его виновности.

— Но ведь он должен как-то наказать Кларенса? А что люди из пекарни?

Ричард пожал плечами.

— От испуга они были не способны говорить внятно. Эдуард сказал: «Анна в безопасности. Больше нам ничего не нужно». И решил их не наказывать.

— Настоящие виновники все же не они.

— Да. Но они причиняли тебе страдания.

Я содрогнулась. Это было правдой. И спросила:

— А Георга... за его роль в этой истории?

— Дорогая Анна, Георг вместе с твоим отцом сражался против короля, Эдуард даже на время лишился трона, однако стоило Георгу вернуться, попросить прощения, сказать, что ошибался... получилось все, как в притче о блудном сыне. Мы закололи упитанного теленка. Таков мой брат Эдуард, а ведь он король, и его слово закон.

— Значит, от этого дела он отмахнулся?

Ричард кивнул.

— Главное, Анна, что мы хотим пожениться… а Георг будет чинить нам препятствия.

— И Эдуард ему позволит?

— Эдуард хочет оставаться в наилучших отношениях с нами обоими.

— Не трудновато ли это в данных обстоятельствах?

— Очень трудно, но Эдуард мастер подобной дипломатии. Потому-то он и любимый всеми король. Конфликты ему ненавистны. Даже странно, что он находился в центре войны Алой и Белой розы.

— Думаешь, он поддержит Георга и нам не удастся пожениться?

— Думаю, начнет изворачиваться, и мы будем вынуждены повременить со свадьбой.

— Если Георгу сойдут с рук его злодеяния, он примется за них снова.

— Кажется, Георг получил встряску. Я не допущу, чтобы его преступление забылось. Он твердит, будто ты убежала, владельцы пекарни тебя похитили и заставили работать на себя. Это не выглядит совершенно невероятным, но я сказал, что знаю от тебя все подробности, и нелепость его утверждений стала ясна.

— А в результате...

— ...он не хочет оставлять своего опекунства над тобой и не собирается давать согласия на наш брак.

— Но ведь если согласие даст король...

— Георг заявляет, что Эдуард назначил его твоим опекуном, следовательно, согласие Георга необходимо.

— Тогда это означает...

— Это означает, что я не позволю Георгу запретить наш брак, но пройдет какое-то время, прежде чем я разберусь с Георгом и открою глаза королю на его истинное лицо.

— Что с людьми из пекарни?

— Их отпустили. Георг говорит, что это чудовищное обвинение, что они поступили наилучшим со своей точки зрения образом. Увидели на улице бездомную и как будто слабоумную девушку; им была нужна судомойка, поэтому взяли ее к себе. Естественно, благовоспитанная юная леди ужаснулась, попав в такие условия, но, когда она пыталась все объяснить, ей не верили и считали ее ненормальной.

— Поразительно, что в такое можно поверить и счесть подобную историю заурядной.

— Уверяю тебя, не будь Георг королевским братом, дело обернулось бы совершенно по-другому. Он в силе, потому что король не хочет обижать его. У Эдуарда на уме государственные дела. Он сказал, что не может допустить ссоры между своими братьями. Ему нужна наша поддержка — и моя, и Георга.

— Как он может доверять Георгу, уже показавшему, что способен на предательство?

— Король, в сущности, не доверяет ему, однако не признается себе в этом. Эдуард лучший на свете человек, но... сердце у него слишком мягкое. Он предан своим родным. Любит меня, в этом я уверен...

— Еще бы. Разве ты не стоял всегда за него?

— Эдуард помнит об этом. Но любит и Георга. До сих пор видит в нем маленького братишку. Георгу нужно совершить что-то поистине ужасное, чтобы восстановить короля против себя.

— По-моему, он уже это совершил, пойдя войной на Эдуарда.

— Вместе с твоим отцом. Но и граф получил в конце концов прощение. Эдуард таков. И поэтому я его очень люблю. Лучшего брата и желать нельзя.

— Ричард, я знаю о твоих чувствах к нему, но он должен как-то отвечать на твою преданность. Как может король успокаивать Георга в ущерб тебе после того, что он сделал не только нам с тобой, но и ему тоже?

— Эдуард таков, — только и смог ответить Ричард, затем продолжил рассказ. Георг обвинил его в том, что он хочет жениться на мне ради моего богатства.

— Георгу досталось многое, благодаря Изабелле, и он не желает делиться ни с кем. Ему нужно все.

— А моя мать?

— Она, по сути дела, узница.

— Ричард, надо что-то сделать. Покуда она в неволе, я не могу быть счастлива.

— Она в убежище. С ней ничего не случится.

— Но она привыкла жить в семье. И будет тосковать без нас.

— Сделаю что-нибудь. Я знаю, Эдуард пойдет нам навстречу.

— Если только не воспротивится Георг? Ричард задумался.