Стефани Блэйк - Великолепная страсть

– Не в Китае. – Он обнял ее. – Майра… Я хочу, чтобы ты и дети поехали со мной в Индию. Я хочу жениться на тебе и усыновить и удочерить Пэта и Дезирэ. Обещаю, что от меня они получат такую же любовь и заботу, как если бы были моей плотью и кровью.

Она закрыла глаза и приложила руку ко лбу. Покачнулась.

– За короткое время случилось столько всего! Я не знаю, что сказать.

– Позволь мне помочь тебе, дорогая. Тебе нужно прислониться к крепкому сильному плечу.

– Не могу этого отрицать.

Она изо всех сил, яростно прижалась к нему, будто от этого зависело спасение ее жизни. Именно так она и чувствовала себя, будто, стоя на краю бездонной пропасти, цеплялась за жизнь из последних сил слабеющими руками.

– Ты выйдешь за меня, Майра?

– Не знаю, что ответить.

– Скажи «да». Это так просто. Не отрицай, что любишь меня. Ты ведь говорила мне…

– Говорила, но…

– Никаких «но». Мы любим друг друга и хотим быть вместе до конца жизни.

Слезы вдруг брызнули у нее из глаз.

– Когда мы с Брэдом поженились, мы говорили то же самое.

– Но ведь это было так давно. Жизнь не стоит на месте. Что случилось, то случилось, и твой брак с Брэдом – уже прошлое. Не надо оглядываться назад, любовь моя. Думай о будущем. О нашем будущем.

– Все это так странно. Это неправильно. Я хочу сказать, он ведь еще не похоронен, а мы уже говорим о браке. Мне нужно время, Шон.

Он понимал ее и был полон уважения к ее чувствам.

– Я даю тебе столько времени, сколько понадобится. Мы не поженимся здесь. Мы поедем в Индию, и, когда ты сочтешь время подходящим, мы сочетаемся узами брака в соответствии с законом и обычаями. – Он улыбнулся не без лукавства: – Если захочешь, мы даже спать будем в разных комнатах.

– Поговорим об этом после похорон Брэда. А пока я хочу побыть с детьми и потихоньку узнать, каково их мнение на этот счет. И должна предупредить тебя, Шон, ты никогда не займешь места Брэда в жизни и чувствах Патрика. Он боготворил отца.

– Да, так и должно было быть. У меня нет намерения занять место Брэда, но я думаю, что смогу добиться, чтобы мальчик любил меня как родного дядю.

– Звучит разумно. Я поговорю с ними сегодня вечером перед сном.

– Отлично. Мне пора возвращаться в свою миссию. Мне нужна официальная санкция, чтобы взять тебя с собой в Индию.

Позже, после ужина, Майра заговорила об этом с Патриком и Дезирэ.

– Что вы скажете насчет того, чтобы в нашей семье появился новый отец? – Заметив смятение на лице сына, она поправилась: – Нет, не отец, а добрый дядя.

Пэт смотрел на нее с подозрением:

– Ты говоришь о майоре Флинне?

– Да, майор – хороший человек, и ваш отец был о нем очень высокого мнения. Теперь, когда вашего отца нет больше с нами, он хочет взять на себя заботы обо всех нас.

– Мы сами можем о себе позаботиться, – угрюмо возразил мальчик.

– А мне нравится майор Флинн, – возразила Дезирэ.

– Мало ли что! – огрызнулся он.

– Мы поедем с ним в Индию и будем жить в Калькутте. Вы ведь знаете кое-что об Индии. Это экзотическая страна, полная тайн. Там и тигры, и слоны, и королевские кобры. Ведь это будет интересно, разве не так?

Она обрадовалась, заметив искорку любопытства, сверкнувшую в глазах сына.

– Индия… тигры… слоны… кобры… Я смогу ездить на слоне?

– Уверена, что это можно будет устроить.

– Ты действительно хочешь выйти замуж за майора Флинна или делаешь это только для того, чтобы кто-нибудь заботился о нас? – поинтересовался мальчик.

Майра не знала, как ответить.

– Это сложный вопрос. Нам будет недостаточно пенсии вашего отца. Но кроме того, я восхищаюсь майором Флинном и уважаю его.

Ей не хотелось заводить разговора о любви. Едва ли дети смогли бы понять ее сейчас.

Патрик улыбнулся, и на мгновение она увидела в нем воплощение его отца, и сердце у нее сжалось.

– Думаю, жить в Индии будет интересно. И по правде говоря, мне нравится майор Флинн.

– Конечно, нравится. Я знаю, что он будет хорошим… хорошим дядей для вас обоих.

Брэда похоронили со всеми воинскими почестями в воскресенье утром на маленьком кладбище колонии за пределами северной стены. Когда гроб опустили в могилу, трубач протрубил отбой над местом погребения. Майор Флинн в последний момент снял с гроба американский флаг, и он и майор Шульц сложили его традиционным военным треугольником. Потом Флинн передал его Майре.

В первый раз с того момента, как он узнал о смерти отца, маленький Патрик не выдержал и зарыдал вместе с сестрой. Майра встала на колени рядом с ними и попыталась их утешить как могла. Поддавшись внезапному порыву, она передала флаг сыну.

– Папочка хотел бы, чтобы он был у тебя. Ведь в конце концов, ты его наследник и солдат.

Флинн отвернулся и смахнул слезу.

Когда они приблизились к помещению американской миссии, Майра сказала:

– Одна страница нашей жизни перевернута, мы начинаем новую.

– Хорошо, что ты так смотришь на вещи, – согласился Флинн. – Мы начинаем первую страницу в новой главе нашей жизни. – Он взял ее руку и прижался к ней губами. – Я люблю тебя, моя дорогая.

– А я люблю тебя.

Когда они добрались до дома и дети отправились на кухню и принялись дразнить Лотос, пока та готовила чай и сдобные лепешки, Флинн обнял ее на затененной веранде.

– Не могу дождаться момента, когда мы станем единым целым, мужем и женой.

Они прибыли в Индию в середине сезона муссонов. В первый месяц они были гостями вице-короля лорда Гарри Честертона и его жены в правительственной резиденции, просторном особняке, таком, какой можно увидеть в престижном пригороде Лондона. Майру и ее двоих детей поселили в апартаментах с деревянными перекрытиями на потолках, шелковыми гобеленами и пейзажами, представлявшими английскую сельскую природу.

Большая кровать под балдахином на четырех столбах была центром со вкусом убранной хозяйской спальни.

– Как бы мне хотелось быть здесь с тобой, любовь моя, – прошептал Флинн при виде такого великолепия. – Но пока мы остаемся в правительственной резиденции, руки у меня связаны, а штаны застегнуты на все пуговицы.

Майра игриво хлопнула его по щеке:

– Лишения – это наковальня, на которой выковывается характер.

– К черту лишения и характер тоже! И все же скоро мы станем мужем и женой.

Майра решила, что сначала следует соблюсти двухмесячный траур.

Через неделю после их прибытия лорд Честертон дал бал в честь прибытия майора Шона Флинна и назначения его вице-командором близлежащего форта Уильям, находившегося в ведении генерала Арчибальда Сиднея, кряжистого педантичного человека с глазами навыкате и моржовыми усами.