Стефани Блэйк - Великолепная страсть

– Я надеялась, что эта неприятность не станет общим достоянием.

– На это нет никакой надежды. Мандарины из Запретного города изо всех сил трубят об инциденте, чтобы подстегнуть ненависть китайцев к нам.

– О, Шон, что мне делать?

Она подошла к нему, позволила обнять себя и стояла, прижавшись щекой к его груди.

– О, я знаю, что Брэд беспринципный негодяй, но он не может изменить себя, когда в дело вступают политические интриги и когда он получает возможность играть в политику.

– Да, уж на сей раз он сунул голову в петлю.

– О, не говори этого даже в шутку, – возразила она.

– Дорогая, я не думаю, что дело зайдет настолько далеко, что его казнят. Это было бы слишком рискованно. Такое могло бы привести к еще одному серьезному конфликту вроде Опиумной войны. Его могут отправить в тюрьму. Но, как я предполагаю, его просто депортируют назад, в Штаты.

– О Господи! Хотелось бы надеяться, что дело закончится этим.

Весь день и часть следующего она жила этой надеждой. Позже посланник вернулся из Тяньцзиня. Еще до того как он заговорил, по его лицу она поняла, что он привез скверные новости.

– Что случилось с Брэдом? – Майра вся дрожала от волнения.

– Самое худшее, миссис Тэйлор. Вчера ночью у меня еще была слабая надежда на то, что мои переговоры с китайской военной полицией и другими официальными лицами в Тяньцзине принесут плоды. Когда у нас началось совещание, я думал, что они проявят к нему снисходительность. Но то, что случилось ночью, вышло из-под контроля местных властей. Огромные толпы мятежников ворвались в тюрьму, смели стражей и потащили полковника Тэйлора в холмы. – Он тяжело вздохнул и покачал головой: – Боюсь, что это суд Линча.

Майра упала на диван и закрыла лицо руками. Тело ее сотрясалось от рыданий. Посланник положил руку на ее вздрагивающее плечо.

– Мне очень жаль, миссис Тэйлор. Это поистине настоящая трагедия. Полковник Тэйлор был блестящим человеком с благородным характером, отважным и с недюжинными способностями. А если говорить о его адюльтере, то тяжело думать, что одна человеческая слабость могла повлечь за собой такие ужасные последствия. Да, это трагедия.

Она подняла голову и посмотрела на него сквозь слезы.

– Неужели совсем не осталось надежды? Может быть, они удерживают его, потому что надеются на выкуп?

– Некоторое время и я так полагал, но китайские официальные лица заверили меня, что надежда эта необоснованна. Эти бунтовщики не заинтересованы в деньгах. Они жаждут крови. Послушайте, я должен вернуться в миссию и телеграфировать в Вашингтон. Если есть что-либо, что я или моя жена можем сделать для вас, пожалуйста, дайте знать. Когда ваши дети возвращаются с каникул?

– Послезавтра.

– Вы, наверное, хотели бы вернуться пароходом в Штаты как можно скорее?

– Я не уверена. Я ни в чем не уверена. Внезапно весь мой мир перевернулся с ног на голову. Скорее я предпочла бы остаться в Пекине до тех пор, пока не получу бесспорных доказательств гибели Брэда, если это возможно, сэр.

– Моя дорогая, оставайтесь здесь сколько пожелаете, но я думаю, что детям будет много легче оставить Пекин и поскорее забыть о случившемся. Да и вам тоже, миссис Тэйлор.

– Конечно, вы правы. Мне нужно совсем немного времени. Если ничего не станет известно о Брэде в течение следующей недели, мы уедем как только будет можно.

Он нежно похлопал ее по руке и, ссутулившись, прошел через холл и вышел из дома.

Глава 16

В оставшуюся до отъезда неделю жизнь для Майры стала настоящим кошмаром. Она пыталась рассказать детям о захвате отца мятежниками так тактично и нежно, как только могла.

– Ваш отец – отважный человек, служивший своей стране честно, преданно и бескорыстно, как и мой отец. Быть солдатом нелегко.

Дезирэ была безутешна, и Майра ничем не могла успокоить ее.

– Мой папа умер! – причитала она, заливаясь слезами. – Мы никогда не увидим его снова, Пэт.

Патрик был несгибаемым маленьким солдатом и старался достойно перенести испытание. Иногда глаза его увлажнялись, а в горле стоял ком, но он не позволял себе заплакать.

– Никто не может быть уверен, что он погиб, Дези, – успокаивал он сестру. – Возможно, его просто держат в плену.

Майра поддерживала в них эту надежду, хотя сама уже почти примирилась с жестоким фактом: она втайне считала, что потеряла Брэда навсегда. Несколькими днями позже эта крохотная искорка надежды угасла окончательно, когда к ним пришел Шон Флинн. Он серьезно кивнул Майре, взъерошил непокорные волосы на голове Патрика и подбросил маленькую Дезирэ высоко в воздух.

– Точно так, как это делал папочка! – фыркнула она.

Патрик неодобрительно и хмуро взглянул на нее.

– Никто ничего не делает точно так, как папа.

– Никаких сомнений в том, что ваш папа был замечательным человеком, – согласился Шон. – И вы вырастете похожими на него. Ты – живой его портрет, – сказал он Патрику и опустил Дезирэ на пол. – А вы, юная леди, станете пленительной особой, когда вырастете. От кого вы унаследовали свои медно-рыжие волосы и зеленые глаза?

– От моей матери, – ответила за дочку Майра.

Флинн повернулся к ней:

– Могу я поговорить с вами наедине?

– Дети, идите поиграйте в саду. Майор Флинн и я должны обсудить кое-какие дела.

Они неохотно подчинились, и Майра смотрела теперь на него затаив дыхание.

– Ну что? Дурные новости?

– К несчастью, это так. – Он закрыл глаза и с видом глубокого отвращения потер переносицу. – Власти нашли тело Брэда в холмах. Я не хочу вдаваться в мрачные детали. Его военная форма, его документы… Боюсь, что ошибки тут нет. Это Брэд… Это очень тяжелое испытание. И в конце концов он был опознан самой Сунь Ин.

Майру охватили глубокая ненависть и ярость.

– Черт бы побрал эту суку! Самая большая несправедливость и гнусность заключается в том, что он опознан женщиной, из-за которой погиб.

– Я понимаю твои чувства. Все это дело – гнусность.

Он попытался обнять и утешить ее, но она отступила.

– А его останки?

– Они отправляют его тело обратно, в Пекин, поездом, где он будет погребен как военный и герой. Гроб останется закрытым. Его тело страшно изуродовано.

Майра закрыла рукой рот.

– Чем скорее это произойдет, тем лучше, чтобы дети и я могли вернуться в Соединенные Штаты, – проговорила она наконец.

– Это как раз то, о чем я собираюсь поговорить с тобой. Я не хочу, чтобы ты возвращалась в Соединенные Штаты.

Она была сбита с толку:

– А что, черт возьми, я буду делать в Китае?

– Не в Китае. – Он обнял ее. – Майра… Я хочу, чтобы ты и дети поехали со мной в Индию. Я хочу жениться на тебе и усыновить и удочерить Пэта и Дезирэ. Обещаю, что от меня они получат такую же любовь и заботу, как если бы были моей плотью и кровью.