Александра фон Лоренц - Влюбленный викинг

— Не бойся, девочка, — прошептал граф, — каждая из женщин проходит через это, и всегда остается довольна. Будет немного больно, но только вначале. Зато потом сплошное удовольствие.

— Я знаю, — чуть слышно пролепетала она, — мне мама говорила…

— Ну, так постарайся не бояться, и не сжимайся так, как будто тебя ведут на эшафот, — Аксель попытался улыбнуться и стал потихоньку развязывать многочисленные шнурки богатого свадебного наряда.

Виолетта почти не помогала ему, но все же пыталась производить какие-то движения. Молодая жена склонила голову, и граф не мог видеть ее лица. Верхнее парчовое платье упало на пол, и граф увидел белые худенькие плечи графини, плотно усыпанные мелкими веснушками. В нос Акселю ударил резкий запах тела незнакомой женщины, смешанный с приторными восточными благовониями. Молодожен стал расстегивать широкий пояс из переплетенных между собой цепочек, богато украшенный рубинами, и вдруг на его руки упали теплые капли. Аксель удивленно взял невесту за подбородок и поднял ее лицо. По щекам Виолетты стекали крупные слезы.

— Что с тобой? — удивленно спросил граф.

— Вы думаете, я ничего не знаю? — сквозь рыдания шептала юная невеста, — вы любите другую женщину, мессир муж, а на мне женитесь из-за приданого, — девушка уткнулась мокрым лицом в плечо Акселя и расплакалась еще сильнее.

Несколько минут мужчина не знал, что сказать, но все же собрался с мыслями.

— Мало ли какие увлечения бывают в жизни мужчины, — заговорил он, поглаживая по волосам невесты, — все это уже в прошлом…

Виолетта вздохнула и глянула на своего мужа красными заплаканными глазами. В них мелькнула надежда.

— Сердцу не прикажешь, — прошептала она, вытирая щеки тыльной стороной руки.

— Ты еще не знаешь, — улыбнулся Аксель, — прикажешь, и еще как!

Наконец ему удалось раздеть жену полностью, он сгреб легкое тело в охапку своими сильными руками и припал к мягким, соленым от слез губам. Правой рукой Аксель подхватил девушку под ягодицы и легко понес к кровати. Он чувствовал, как она сжимается от страха, и старался быть ласковым, и не спешить. Но все же мужчина быстро возбудился и перешел в любовную атаку. Аксель осыпал шею и маленькие груди жены поцелуями, стараясь зажечь в ней хоть какое-нибудь желание, но Виолетта лишь продолжала безропотно подчиняться. Когда граф мускулистым коленом раздвинул ее худенькие бедра, она вдруг отпрянула от него, упершись тонкими запястьями в его широкую грудь, но уже в следующее мгновение обхватила за мощную шею со всей силой, какая у нее была, и с отчаянной решимостью раскинула ноги.

— Вот и хорошо, — прошептал Аксель в ушко жены и осторожно вошел в нее.

Виолетта вскрикнула и обмякла. Аксель почувствовал, как по его ногам потекла горячая струйка девственной крови. Граф стал нашептывать жене ласковые слова, успокаивая ее, и уже через несколько минут с удовлетворением ощутил, что новобрачная помогает его движениям.

Аксель провел вокруг еще сонным взглядом и увидел рядом с собой голую спину Виолетты. Его молодая жена свернулась в клубочек и мирно спала. Посередине узкой веснущатой спины четко обозначился ряд выступающих позвонков. Ягодицы у молодой графини почти не возвышались над талией, и своей худощавой фигуркой юная графиня скорее напоминала мальчика-подростка, чем взрослую девушку. Аксель с тоской вспомнил Шарлотту, ему показалось, что он даже ощущает аромат ее прекрасного тела, дотрагивается до безупречной бархатистой кожи. Вздохнув, Аксель перевернулся на другой бок и постарался снова заснуть.

Рождение Роланда

Прошло немногим больше месяца после свадьбы Шарлотты. Маркиза почти все свое время проводила с мужем, но старалась не разговаривать на опасную тему рождения наследника для рода Иглнест. Однажды утром Арманд сам вызвал молодую женщину на этот разговор. Дождавшись, когда маркиза устроится с вышиванием возле окна, он произнес:

— Я вынужден тебе напомнить, дорогая Шарлотта, о нашем уговоре.

Молодая женщина густо покраснела и опустила голову вниз.

— Насколько я понимаю, ухаживания моего воспитанника безрезультатны, а ведь ты мне обещала родить наследника.

— Я должна признаться вам, мессир муж, — Шарлотта взглянула на Арманда, и он увидел, что ее щеки залиты густым румянцем, — что я уже беременна, — от стыда голос молодой женщины предательски дрогнул и вообще пропал. Можно сказать, что последние слова старик понял лишь по движению ее губ. ― Я сама узнала об этом недели две назад.

К безмерному удивлению Шарлотты, Арманд расплылся в довольной улыбке.

— Так что же, отец ребенка тот самый надменный норманн, что хотел атаковать мой замок?

— Да, это так…

— В таком случае, я доволен, — удовлетворенно хмыкнул маркиз, — я его видел как-то раз, будучи в гостях у герцога Нормандии. Это высокий, могучий мужчина, а если моему наследнику передастся и его дерзость…

― А мне бы хотелось более спокойного ребенка!

— Ты не права, девочка! Граф Иглнест должен быть смелым и отважным! А! Теперь я понял, почему он так бесновался, — старик разразился скрипучим смехом, больше напоминающим кашель, — такая пара: ты редкостная красотка, а он — бесстрашный мужчина! Какой отменный будет мальчик!

— А если будет девочка? — заволновалась Шарлотта.

— Ну, тут уж ты моли бога, а то придется тебе спать с Фаустином, да и мне еще целый год мучиться со своими болячками. Так и знай, — маркиз изобразил возмущение, — я не умру, пока не возьму на руки наследника! То-то взовьется мой племянник Раймонд!

Арманд довольно потирал руки, как будто мальчик уже родился.

Однако мечтам старого аристократа суждено было сбыться. Через полгода Шарлотта заметно округлилась, и ее движения стали более осторожными и женственными. Наблюдая за ней, можно было заметить, что молодая женщина стала как-то больше прислушиваться к себе, к тем процессам, что происходили у нее внутри. От этого Шарлотта, несмотря на большую, чем обычно бледность, стала еще женственней. Старый граф оберегал ее как дочь, боясь даже говорить о беременности. Маркиз всерьез опасался темных сил, могущих испортить все его планы и лишить последней надежды.

— Тихо! — говорил он, поднимая к небу крючковатый палец, — дьявол всегда подслушивает!

Шарлотта смеялась над страхами старика, и про себя считала, что маркиз на старости лет немного стал не в себе. Но все же она тоже опасалась делиться с окружающими своими ощущениями. А малыш тем временем вовсю бушевал у нее в животе, выказывая свой неукротимый нрав. Молодая женщина испытывала то приступы тошноты, а то необыкновенно острое желание что-нибудь съесть. Так прошли оставшиеся полтора месяца, и наступило время родов. Маркиз заранее пригласил самых лучших повитух и держал всех обитателей замка в напряжении.