Майкл Скотт - Династия Рейкхеллов

Элизабет была загнана в угол, ей необходимо было выпутаться.

— Она чопорная и не очень веселая, — сказала она. — И она важничает перед юными девочками.

Ее родители снова засмеялись.

Но Джонатан остался внимательным.

— Я предусмотрю, — сказал он, — чтобы Луиза по-другому относилась к тебе, когда вы встретитесь в другой раз. Она будет обращаться с тобой с большим достоинством, которое заслуживают только подростки. Понимаешь, ты не была еще подростком, когда вы встречались, но все изменится. Я обещаю.

Элизабет почти ненавидела его в этот момент, и она никогда не чувствовала себя такой несчастной. Только единственное решение пришло ей в голову. Новая одноклассница, дочка недавно ушедшего в отставку генерал-губернатора Ямайки, хвастала, что знает одно магическое средство, используемое местным населением Вест-Индии. Это магия. Очень хорошо, Элизабет подкупит одноклассницу, отдав ей свою любимую камею, она будет надеяться, что мама не заметит ее отсутствие. В обмен подруга научит ее проклятиям и тайным церемониям, которые приводят к бесследному исчезновению человека с лица земли. Дни Луизы сочтены. Никто не выйдет замуж за Джонатана, пока Элизабет не станет взрослой, а он в конце концов поймет, что она является достойной парой. Никто не разрушит ее счастливые мечты, так-то вот!

Чарльз ворвался в комнату, и Джонатан снова был на ногах. Гикая, как индейцы, кузены хлопали друг друга по спине.

Сэр Алан был огорчен. Казалось, что его сын вел себя, как колониальный дикарь, когда находился в компании своего американского родственника.

— Я пошел к причалам Королевской почты, — сказал Чарльз, — но ты уже поехал сюда. Эд Баркер был на борту, он провел меня по «Летучему дракону». Какая красота!

— Тебе он понравился? — Джонатан был доволен.

— Я никогда не видел такого корабля. Какой отвратительный случай с тобой произошел, проигрыш в соревновании…

— Хватит! — убедительно прервала их Джессика. — Иногда я удивляюсь, неужели корабли — единственная тема, обсуждаемая в этом доме. В течение часа никаких разговоров о кораблях. Мне интересны другие семейные проблемы.

Чарльз вынул карманные часы, посмотрел на них и, подмигнув Джонатану, заявил:

— Мы подождем ровно час.

Спустя несколько минут они пошли обедать, и Джонатан снова был поражен различиями между английским и американским образом жизни. Он понимал, что его отец был так же хорошо обеспечен, как и дядя Алан, но этого никогда не скажешь. Дома обслуживание было простое и еда обычная, но здесь упор делался на изысканность. Массивное столовое серебро было начищено до блеска, посуда была превосходного качества, тонкое многоцветное богемское стекло было не только хрупким, но и роскошным. Даже скатерть на столе, очевидно, была дорогой.

Еда соответствовала атмосфере. За столом прислуживали одетые в форму две служанки под началом дворецкого, в Новой Англии это выглядело бы празднеством. Первое блюдо состояло из сырых устриц, поданных на половинках раковин, они немного тоньше, но значительно больше тех, к которым Джонатан привык дома. Суп из бычьих хвостов с ячменем и овощами был вкусным, потом последовало рыбное блюдо из морского языка, оно было потрясающим. Рыба, которую американцы называли морским языком, в действительности была камбалой, подлинный морской язык обитал только в водах Английского канала и был любимым блюдом Джонатана, когда бы он ни приезжал сюда.

Триумфом был ростбиф, с хрустящей корочкой и тонко порезанный. Вместе с ним подали йоркширский пудинг и жареный картофель. У Джонатана был волчий аппетит, сравнимый только с аппетитом Чарльза. Джессика улыбнулась сама себе, наблюдая, как молодые люди съедали по второй и третьей порции.

Салат из огурцов и зеленого салата был свежим, на десерт подали огромные ягоды клубники, обильно политые густыми сливками. Это блюдо не существовало ни в какой другой стране. В конце еды подали пикантную селедочную икру и бекон на гренках.

Разговор не возвращался к кораблям, пока не подали мясо. Посмотрев на часы, Чарльз усмехнулся и заявил:

— Время истекло. Скажи мне, почему ты проиграл соревнования, Джонатан.

— Мы должны были приплыть на несколько дней раньше любого корабля. Но капитан Хартли был настолько осторожен, что не использовал все паруса, когда погода чуть-чуть не дотягивала до идеальной, а клипер рассчитан, чтобы плавать под всеми парусами. Все время. И необходимо удлинить и придать другой угол бушприту.

— Это мне сказал и Эд Баркер, но я едва поверил. Нос у корабля и так далеко вытянут вперед.

— Последние дни я тратил все свое время на расчеты, — сказал Джонатан, — и я уверен, что решу свои проблемы, еще больше вытянув вперед бушприт. Я надеюсь доказать это во время своего обратного плавания в Америку. Если вы позволите использовать сухой док на вашей верфи, дядя Алан.

— Используй, пожалуйста, парень, — ответил сэр Алан. — Мне самому интересны клиперы и хотелось бы его увидеть. Не то чтобы я верил в невероятные предположения о скорости, которую он может достичь.

— Я докажу вам, сэр, так же как и своему отцу, что вы неправы, — спокойно сказал Джонатан. — «Летучий дракон» и другие подобные ему корабли скоро будут проплывать расстояние между Америкой и Англией менее чем за три недели и возвращаться назад за такое же время.

Дядина улыбка была снисходительной.

— А как ты думаешь, сколько времени потребуется, чтобы доплыть до Китая?

Джонатан какое-то время молчал, делая расчеты и не прерывая процесс постоянного потребления пищи.

— Я совершенно уверен, что смог бы доплыть до Кантона из Нью-Лондона, Бостона или Нью-Йорка приблизительно за сто дней.

Сэр Алан приподнял бровь, и даже Джессика наклонилась вперед на своем стуле, когда ее муж спросил:

— А отсюда до Китая?

— Не более чем за три с половиной месяца, — решительно сказал Джонатан.

— Независимо от сезона?

— Я еще так далеко не просчитывал, сэр! Но «Летучий дракон» будет делать более двадцати узлов.

— Я рад, что ты понимаешь, что можешь попасть в период сезонных дождей и неожиданно встретиться с тайфунами в Южно-Китайском море, — сказал с удовлетворением сэр Алан.

Улыбка исчезла с лица Джонатана.

— В плавании всегда присутствует элемент везения, едва ли я должен напоминать вам об этом, дядя Алан. Когда в экваториальной штилевой полосе нет ветра, даже клипер не может сотворить чудо. И установление рекорда зависит от погоды около мыса Доброй Надежды.

Глаза пожилого человека сузились. Каждый капитан, проплывая мыс Доброй Надежды, боролся за свою жизнь и жизнь членов экипажа. Не говоря уже о безопасности самого корабля. Когда штормы бушуют около мыса, корабль вынужден ждать неделями, прежде чем капитан решится на безопасный проход.