Коллин Хичкок - Трепетное сердце

– Джексон…

Я повернулась к нему вполоборота. Глаза его были полны желания, а когда я повернулась, он стал рассматривать мое тело.

– Хочет ли какая-то часть вас освободить меня?

– Затрудняюсь сказать.

Он долго молчал, потом вздохнул:

– Николетта, пора заканчивать с ванной.

– Конечно.

Я легла в ванну, но она была мелкой, и Джексон продолжал меня рассматривать. Вода прогрела меня, я была благодарна за это простое удовольствие.

Джексон придвинул стул и помог мне вымыть голову. Взбив немного пены, он начал намыливать мои волосы небольшими кругами. Его прикосновения были чувственными, я закрыла глаза и откинула голову почти ему на колени, но оперлась о край ванны. Я закрыла глаза, чтобы дать понять, что получаю удовольствие. А еще – для того, чтобы дать ему взглянуть на мое тело.

Я чувствовала на себе его взгляд, почти слышала биение его сердца и ощущала, как трется о меня ткань его брюк. Он хотел меня, но не отваживался сделать последний шаг.

Мной тоже овладело возбуждение. Я была объектом его желания. Нагота возбуждала его так, будто я прикасалась к его мужскому достоинству.

Он нагнулся, провел мылом по волосам, затем вокруг груди. Меня дразнили его прикосновения. Я не отвергала его ласки, глаза у меня были закрыты. Джексону были позволены вольности, он позволял себе новые.

Передвинув стул, он продолжал заниматься волосами, теперь спереди. Затем провел мылом по моему животу, приближаясь к неуказанному месту. Я не шелохнулась, не открыла глаз, не издала ни звука.

– Вам больно?

– Нет, очень приятно. Не возражала бы, если бы меня так купали каждый день.

Джексон немного раздвинул мне ноги, потер мылом внутреннюю часть бедра, проник в мое лоно пальцем.

Я хотела этого мужчину. Он скользил пальцем внутрь и наружу, я двигалась вверх и вниз, пытаясь заставить его проникнуть глубже.

Он наслаждался, разглядывая мое тело. Продолжая доставлять мне удовольствие, Джексон не изменил положения. А потом я задрожала и вскрикнула, взлетев на вершину блаженства.

Джексон наклонился и крепко обнял меня. Некоторое время я просидела в воде, потом мы принялись болтать.

О чем только мы ни говорили, Джексон не отрывал от меня взгляда.

Когда вода остыла, я поднялась. Его глаза все еще фиксировали каждую деталь моего тела.

– Джексон, вы не подадите мне полотенца?

Он сходил за полотенцами, обернул мне плечи и начал медленно вытирать меня.

– Джексон, вы – моя последняя возможность побыть с мужчиной. Вы хотели бы этого?

– Нет, Николетта, я не готов умереть.

– Джексон, это жестоко. Вы уже судили и приговорили меня?

Скользнув руками по моей спине, он взял меня за ягодицы, якобы вытирая, но полотенца у него не было.

Джексон скользнул руками по моей груди, по бедрам. Затем, стоя у меня за спиной, накрыл грудь ладонями и стал сжимать. Я молчала, испытывая ни с чем несравнимое наслаждение.

Покидать комнату Джексон не собирался. Мне тоже не хотелось ее покидать. Кое-кто может осудить меня за соблазн полицейского в то время, как любовник томится из-за меня в наручниках под окном.

Отношения между мужчинами и женщинами бывают разные. Нас с Блейком связывает сексуальное и духовное влечение. Джексона и меня – умственное. Наше влечение подобно игре кошки с мышью. Кошка играет с мышью, пока мышь не начинает играть с кошкой.

Однако наше время пришло и прошло. Я оделась в то, что купил мне Джексон: белую романтическую блузу с кружевными манжетами и галстуком, обтягивающие брюки для верховой езды и коричневые сапоги, не доходившие до колен. Мокрые вещи взяла с собой.

Снаружи было темно. Атмосфера была напряженной, даже враждебной.

У Блейка были ко мне вопросы. Пиви и Уилкокс волновались – мы отсутствовали более двух часов.

– После ванны она заснула, я дал ей поспать, – объяснил Джексон.

Взгляд Уилкокса был пронзительным.

– Джексон, все в порядке?

Господи, да! Знали бы вы, что только что вынес ваш коллега.

– Нет, она просто отключилась от переутомления.

– Николетта, это правда? – спросил Блейк.

– Да, я хорошо себя чувствую.

– Надеюсь, ты не спала с ним? Он не домогался тебя?

– Блейк, разумеется, нет.

Мы снова сели на лошадей, я вместе с Джексоном, и поскакали в ночь.

– Проститутка!

– Шлюха!

Восемь часов спустя после отъезда из бристольской гостиницы мы въехали в Лондон. Улицы были запружены народом.

– Она любовница дьявола!

– Мерзавка!

– На проститутке мужские брюки. Что она за женщина?

Я изо всех сил старалась не обращать внимания на разъяренную толпу и высоко держала голову, однако не могла сдержать слез.

Проведя много времени в сельской местности, я забыла о смоге, от которого участилось дыхание. Или это от страха?

Год назад я попала в тюрьму Ниццы по подозрению в убийстве бывших любовников. Я знала, что заточение будет ужасной прелюдией смерти.

В Скотланд-Ярде нас поместили в комнату для допросов и приковали к стульям. Металл впивался в запястья. Мари оправилась от раны лишь частично. Она была бледна, устала от восьмичасовой поездки верхом и очень боялась допроса.

Вошел начальник Скотланд-Ярда.

– Четверо? Слишком много.

Он освободил лорда Бастона.

– Королеве известно о вашем аресте. Ее величество сказала, что вы барристер, уважаемый человек. Что она желает вам успехов на профессиональном поприще. Вы свободны.

– Я уйду только вместе с остальными.

– Лорд Бастон, выйдите в коридор.

Мы слышали разговор через открытую дверь.

– Лорд Бастон, все вы были арестованы за убийство или содействие убийству. Вас могли повесить, но освободили. Завтра утром мы опубликуем обвинения.

– Барт, я не могу жить без этой женщины.

– Если останетесь здесь, вам вообще не жить, – заявил Джексон, вмешавшийся в разговор.

– Тогда отпустите Бертрума и Мари.

– Нет, только вас, – заявил начальник.

Блейку потребовалось пять минут, чтобы выторговать свободу Бертруму.

Нам с Мари предстояло остаться в тюрьме до суда.

– Позвольте мне поговорить с Николеттой.

– Нет. Я освобожу Бертрума вслед за вами.

Блейк промолчал. В открытую дверь я увидела, что он не двинулся места.

– Лорд Бастон, не делайте глупостей, не губите свою жизнь, – уговаривал его начальник. – Пиви и Уилкокс, приведите Бертрума.

Те сняли с Бертрума наручники и вывели его в коридор.

– Проводите этих двоих к лошадям и не поддавайтесь на уговоры, – распорядился начальник.

– Николетта! Я помогу тебе, клянусь! – крикнул Блейк.

Детективы стали выталкивать Блейка, но тот ударил Пиви в левый глаз и швырнул Уилкокса на Джексона. Блейк воспользовался моментом, вернулся и схватил меня за руку.