Эйна Ли - Мой нежный враг

— Мне бы не хотелось пропустить столь знаменательное событие, ваше величество, — ответила Бриандра.

Довольный, Карл прижал ее к себе.

— Меня очень радует ваш интерес, дорогая.

— Ваше величество, я думала, вам нравятся скачки, — без всякой задней мысли заявила Джин Флеминг.

— Конечно, моя дорогая девочка, именно поэтому я внес одно предложение в парламент. Как монарх Англии и Шотландии, я официально объявил скачки королевским видом спорта.

Его слова еще сильнее озадачили девушку.

— Но, ваше величество, вы же сказали, что сегодня скачете в последний раз.

— Нет, дорогая, я сказал, что сегодня в последний раз скачет Старый Гуляка.

Бриандра слишком поздно сообразила, что именно имеет в виду Джин, чтобы остановить ее.

— Но… я думала… я хочу сказать… я слышала… как ваше величество называли Старым Гулякой.

Карл спокойно отреагировал на ее заявление, лишь веселые огоньки в глазах выдали его реакцию. А вот два его приятеля, Бэкингем и Рочестер, громко расхохотались. Барбара Палмер загородилась веером, чтобы скрыть улыбку.

Стараясь спасти несчастную от дальнейших промахов, Бриандра схватила кузину за руку.

— Джин, дорогая, мне нужен шарфик. Одолжи мне один из своих. — И потащила девушку прочь из зала.

Дэвид и Джеймс обменялись понимающими взглядами и последовали за ними.

Оказавшись в пустом коридоре, все трое окружили Джин.

— Что такого я сказала? — недоумевала та, едва не плача.

Джеймс Дуглас первым сжалился над ней и объяснил:

— Леди Джин, короля называют Старым Гулякой по имени его любимого скакуна.

У Джин от изумления расширились глаза.

— По имени лошади? Да кто же смеет называть короля по имени лошади?

Чувствуя свою беспомощность, Джеймс устремил умоляющий взгляд на Дэвида и Бриандру, но те опустили головы, скрывая улыбки. Джеймс густо покраснел.

— Ну, Старый Гуляка — это очень плодовитый жеребец. А король, известный волокита, стал… стал отцом нескольких…

Наконец-то Джин поняла весь смысл прозвища.

— Вы имеете в виду… — пролепетала она. — О Боже, мне кажется, сравнивать их — преступление! Его величество так добр. Нельзя злословить о нем за его спиной.

— Его прозвали так не из злобы, миледи, — вмешался Дэвид. — Это ласковое прозвище. Карл наделен огромным чувством юмора и не обижается. Между прочим, ему это даже льстит. Это прозвище нравится ему больше, чем Петушок, которым многие тоже пользуются.

Джин все еще владело возмущение.

— Многие! Уверена, Бэкингем и Рочестер — волокиты еще похлеще короля. Что касается меня, то я никогда не буду думать о нем как о старом гуляке.

Джеймс Дуглас подмигнул Дэвиду.

— Надеюсь, у вас, миледи, никогда не будет для этого повода.

Джин грустно вздохнула.

— Я выставила себя перед всеми в глупом виде. Прежде чем Джеймс успел ответить, Дэвид взял Бриандру под локоть и силой увел прочь.

Когда они отошли на довольно значительное расстояние, она оттолкнула его руку.

— Зачем ты это сделал, Дэвид?

Он развернул Бриандру так, чтобы та видела Джин и Джеймса. Молодой человек как раз утешал девушку, обнимая ее.

— Разве у тебя не хватает мозгов, чтобы понять, когда нужно оставить людей наедине?

— Хватает. И еще у меня хватает мозгов на то, чтобы понять, когда людям не следует оставаться наедине. Так что прошу меня простить: я присоединяюсь к остальным.

И решительно двинулась вперед.

— Куда ты идешь? — с веселой усмешкой осведомился Дэвид, не отстававший от нее ни на шаг. — Все остальные во дворце.

— Я не могу вернуться той же дорогой, так как помешаю Джин и лорду Клейбурну. — Внезапно Бриандра остановилась и, уперев руки в бока, повернулась к Дэвиду. — Позволь узнать, почему ты идешь за мной? Мне кажется, я вчера вполне ясно выразилась.

— Ты же сама сказала, что невежливо мешать юным влюбленным. А я добавлю, что при дворе короля Карла каждый волен делать то, что пожелает, если его действия находятся в рамках закона. Насколько мне известно, закон не запрещает прогуливаться.

— Ты неисправим.

Возмущенная до глубины души, Бриандра ускорила шаг.

— Но ведь ты любишь меня именно таким, — коротко засмеялся Дэвид.

Бриандра заскрежетала зубами от досады. Не обращая внимания на своего спутника, она повернула к конюшне.

Конюхи готовили лошадей к путешествию в Ньюмаркет. Девушка остановилась перед денником любимого жеребца короля.

— Так вот он каков, Старый Гуляка, — восхищенно проговорила она. Несмотря на свое раздражение, девушка не могла не рассмеяться. — Бедная Джин. Сумеет ли она пережить свой промах?

— О, Джемми утешит ее, — ответил Дэвид и погладил коня. — Старый Гуляка очень красив.

Несколько мгновений Бриандра наблюдала за рукой Дэвида.

— Как поживает Вихрь?

— Без тебя он был так же несчастен, как и его хозяин. — Дэвид улыбнулся. — А почему бы тебе самой не спросить у него?

— Вихрь здесь? — Бриандра огляделась по сторонам и, заметив жеребца, поспешила к деннику.

Вихрь приветственно закачал головой.

— Карл просил меня участвовать в скачках на Вихре против его жеребца. Он хочет, чтобы Старый Гуляка соревновался с лучшим.

— В Ньюмаркете? — удивление проговорила Бриандра, считавшая, что соперники неравны. — Неужели ты поскачешь на Вихре? — Дэвид кивнул, и девушка добавила: — Но ведь он не скаковая лошадь, а тебе не хватает опыта настоящего жокея.

— Я знаю. Я значительно тяжелее и крупнее, чем королевский жокей, но Вихрь не позволит кому-либо другому скакать на нем, поэтому участвовать придется мне. Не бойся, он сильный конь с отважным сердцем.

— Ну, тогда удачи тебе, дружище, — сказала Бриандра, ласково погладив жеребца.

— Разве ты не собираешься поцеловать всадника перед суровым испытанием и пожелать ему удачи? — поинтересовался Дэвид и потянулся к ней.

Бриандра отпихнула его и попятилась.

— Вам, лорд Гордон, и без того будет сопутствовать удача. Не сломайте себе шею. — Девушка повернулась и пошла прочь.

Дэвид прислонился спиной к стене денника и смотрел Бриандре вслед до тех пор, пока она не скрылась за углом. Громко фыркнув — это фырканье больше походило на ехидный смех, — Вихрь так толкнул носом своего хозяина, что тот едва не упал.

— Я знаю, мальчик мой, — тихо сказал Дэвид. — Ты считаешь, что я глупец, раз не пошел за ней. Но тебе не хуже меня должно быть известно, что иногда нужно скакать медленно, чтобы выиграть соревнование.

Когда Бриандра вернулась из конюшни, у дверей Уайтхолла царила страшная суета. Вдоль широкой подъездной аллеи стояли кареты, нагруженные сундуками. В каждый экипаж была впряжена четверня. Один кучер сидел на козлах, а двое — на заднем сиденье за каретой. Приказания капитана, командовавшего кавалерийским отрядом, перекрывали страшный гвалт, в котором смешивались голоса и смех пассажиров, рассаживавшихся по местам, ржание лошадей и скрип седел.