Элайна Фокс - Танцы и не только

Катра встала и тщательно вытерлась. Бетти уже приготовила платье и повесила его на дверь в гостиную. Затем она достала нижнее белье, украшенное искусной вышивкой, и разложила на кровати.

– Ты права, Бетти, – призналась Катра, усаживаясь за туалетный столик. – Прости, я не должна была так себя вести.

Бетти на миг замерла, молча кивнула и вышла из комнаты.

Опираясь на руку отца, Катра старалась двигаться со всем возможным изяществом и уверенностью. Возле алтаря ее руку принял Феррис. Он ослепительно улыбался, как и положено счастливому жениху. Не чуя под собой ног, Катра встала рядом с ним на колени перед священником.

Сухая и горячая рука Ферриса сжимала ее пальцы с такой силой, как будто он боялся, что невеста может убежать. Голос священника звучал бессмысленным монотонным гулом, и Катра как во сне рассматривала полированную поверхность алтаря. Ей на глаза попалась темная дырка. Разве алтарь запирают на ключ?

Наконец Ферр ис выпрямился, и она позволила ему поднять себя на ноги. Рядом суетилась Мелисса, зачем-то поправляя ее фату и шлейф.

– Берешь ли ты, Кэтрин Энн Мередит, Ферриса Ноэла Честера себе в мужья? – Катре повезло: она вышла из транса как раз в тот миг, когда священник торжественным тоном задал ей этот вопрос. И все равно ей не сразу удалось совладать с судорогой, сдавившей горло.

Феррис почувствовал охватившую Катру панику и еще крепче сжал ее руку.

– Обещаешь ли ты любить его, почитать и повиноваться ему в горе и в радости, в богатстве и бедности, в болезни и в здравии, пока смерть не разлучит вас?

Катре показалось, что тишину, повисшую в церкви, можно пощупать руками. Она представила, как напряглась Мелисса, имевшая понятие о том, что должна сейчас испытывать ее подруга, и готовая всегда прийти на помощь. Она представила, как замер отец в ожидании ее ответа. Катра оглянулась и словно издалека увидела преданный, ищущий взгляд Ферри-са, все еще полный раскаяния за их недавнюю ссору.

А кроме того, Катра не сомневалась, что где-то в укромном уголке стоит Бетти и караулит каждое ее движение в ожидании доказательств, что ее подопечная стала взрослой рассудительной девушкой.

– Да, – промолвила она. Ответ был ясным и четким, но безжизненный, мертвый голос показался Катре чужим. Впрочем, это вполне понятно: ведь ее ответ ничего не менял. Это была лишь строчка в пьесе, где Катра равнодушно играла свою роль, не затронувшую ее сердце.

Настал черед отвечать Феррису, и он без запинки прочел свою роль, и в его звонком голосе была слышна торжественная решимость.

Священник подал им знак повернуться лицом к толпе. Из-за спины новобрачных раздался его ликующий возглас:

– Леди и джентльмены, присутствующие здесь, позвольте мне с радостью представить вам мистера и миссис Честер!

Глава 11

Холодное зимнее светило покинуло бледные небеса над Бостоном, но Райан Сент-Джеймс этого не замечал. Ему вообще ни до чего не было дела. Он убивал время в душном сумраке салуна «Ястреб и голубка», уткнувшись носом в свой стакан с виски. Рядом стояла почти пустая бутылка.

– Райан, ну сколько можно? – в который уже раз спрашивал его Том. Он неловко переминался с ноги на ногу в прокуренном зале, поглядывая на собравшуюся здесь публику и чувствуя себя среди этих людей белой вороной. Бармен спросил, чего он хочет, но молодой человек нетерпеливо отмахнулся от него и снова занялся Райаном.

Последний в отличие от Тома прекрасно вписывался в обстановку дешевого неопрятного заведения, поскольку был растрепан и небрит, а его костюм давно измялся и выпачкался.

– Оставь меня в покое, Том. – Он хотел придать своему голосу уверенности, но был слишком пьян и спотыкался на каждом слове.

– И не подумаю! Ты только посмотри на себя! Во что ты превратился! – Том старался не замечать, с каким любопытством глазеют на них завсегдатаи салуна., – Если тебе не жалко себя, подумай хотя бы об отце! Один он не управится с делами! И вдобавок из-за тебя он совсем извелся от тревоги! В его возрасте это может плохо кончиться! Разве тебя это не волнует? Ты не задумывался над тем, что его сердце может не выдержать? Он не железный, и…

– Он железный и переживет нас с тобой! – взревел Райан, разгневанный новой уловкой Тома! – Я в жизни не видел, чтобы он тревожился о ком-нибудь из нас! Ха! Он скорее лопнет от злости! – Он дернулся за бутылкой, но промахнулся. Бутылка с грохотом прокатилась по обшарпанной стойке бара и разбилась об пол. – Проклятие! Нэйт! Еще одну! – рявкнул Сент-Джеймс, швырнув бармену горсть мелочи.

Том вел себя так, словно не замечал ни бармена, ни очередной бутылки.

– Как я уже сказал, ты можешь считать его железным, но о компании этого не скажешь! Он давно не в состоянии единолично управлять «Стандард шиппинг». – И Том добавил, не скрывая тревоги: – Но самое главное, Райан, я не могу стоять и смотреть сложа руки, как ты убиваешь себя. Что с тобой случилось? Ты сам на себя не похож! Должна же быть какая-то причина? Мы ничего не можем понять! – При виде полного безразличия Райана Том не выдержал и схватил его за плечи. – Ты меня слышишь?! Райан вяло обвис на стуле. Том хотел встряхнуть его еще раз, но тот внезапно вскочил и схватил приятеля за грудки. Сент-Джеймс с трудом держался на ногах, но и теперь грозно нависал над своим противником, будучи на добрую голову выше. Однако Том не испугался и твердо отвечал на его свирепый взгляд.

– Слушай меня внимательно, Том! – произнес Райан. При этом его покрасневшие и опухшие прищуренные глаза оставались на удивление трезвыми и пронзали Тома, как два стальных клинка. – Ты сию же минуту уберешься отсюда подобру-поздорову, пока я сам не вышвырнул тебя вон! Я не хочу с тобой ссориться, но ты мне надоел! А теперь пошел прочь! – Он отпустил Тома, на миг утратившего дар речи.

Однако вскоре Том оправился от неожиданности и спросил:

– Скажи по крайней мере, что с тобой случилось? Ты никогда так не опускался! Могу я хотя бы знать почему? – В его глазах не было гнева – только сострадание и желание помочь.

Райан с размаху опустился на стул, опрокинул в себя остатки виски в стакане и занялся пробкой на новой бутылке.

– Я не желаю с тобой разговаривать! – Судя по всему, ему самому было противно, как тяжело ворочается во рту непослушный язык.

– С какой стати? – Том уперся ладонями в бар, стараясь заглянуть Райану в лицо. – Послушай, пусть я всего лишь муж твоей младшей сестры, и я знаю, что ты относишься ко мне свысока, но тем не менее я знаю тебя едва ли не лучше всех – кроме разве что твоей родной сестры! Почему бы тебе не поговорить со мной? Вдруг это поможет?