Кристина Додд - Мой верный рыцарь

– Посмотрите на меня, – приказала она. Вглядываясь в его лицо, она искала в нем доказательства его искренности и нашла их в морщинах, избороздивших его лоб, и в его сжатых губах.

– Я принимаю ваши извинения, но я должна сказать вам, что я тоже была в гневе. – Она говорила медленно, стараясь пробраться сквозь лабиринт недоразумений и давних обид. – Вы меня давно знаете. Давала ли я вам когда-нибудь повод считать меня легкомысленной или чувствительной?

– Только когда речь зашла…

– Ш-ш-ш! – она бросила взгляд в сторону слуг, и он понизил голос.

– Есть только одно обстоятельство, миледи, и такое непонятное, не поддающееся разумному объяснению… – Он вздохнул, как человек, терпение которого подверглось суровому испытанию.

Она положила руку ему на плечо и пристально посмотрела в его глаза.

– Единственное наше разногласие затмило все, сделанное мной раньше, все долгие годы, исполненные преданности долгу и служения здравому смыслу. Я надеялась, что вы поймете, что я взвесила все последствия моего единственного безрассудного поступка, но вы не поняли.

Она обычно старалась все тщательно обдумать, прежде чем говорить, но сейчас предусмотрительность ей изменила. Сэр Уолтер много лет был ее самым преданным советником, и теперь его недоверие к ней возмущало ее.

– Из вашей мудрой госпожи я превратилась в глупую женщину, и вы не скрывали своего мнения не только от меня, но и от прислуги, от крестьян и стражников.

– Прошу прощения, миледи. Это я глупец и признаюсь в этом.

– Я рассказала вам о своем поступке не потому, что нуждалась в вашем одобрении, а потому, что считала несправедливым от вас что-нибудь скрывать.

– Я никогда не считал своей обязанностью одобрять или не одобрять ваши поступки, но должен признаться, дорожил теми моментами, когда вы интересовались моим мнением.

Он объяснялся уважительно и в то же время фамильярно, как старый друг.

– Меня взволновало, когда вы сообщили мне о таком важном решении, не спросив предварительно моего совета. – Он засмеялся. – У вас на службе я стал самодовольным и слишком возомнил о себе. У вас не было семьи, и вы с такой готовностью предоставили мне место рядом с собой, что я вообразил себя больше, чем вашим управляющим, а скорее братом.

Он медленно соскользнул со скамьи и опустился перед ней на колени.

– Я только простой рыцарь, миледи, и я присягаю вам на верность. Я молю вас простить мне мою самонадеянность и вновь удостоить меня вашего доверия.

Глядя поверх его склоненной головы, она вспомнила, что он уже много лет не присягал ей. Это было упущение с ее стороны и, возможно, уже не первое.

– Я всегда дорожила вашими советами и тоже считала вас больше, чем управляющим, а скорее другом.

Подняв голову, он улыбнулся, явно довольный ее признанием. Он смотрел на нее ставшим хорошо знакомым за долгие годы взглядом.

– Я по-прежнему не одобряю ваши поступки, но вы – моя госпожа, и я никогда ничего не сделаю вам во вред.

– Я это знаю.

– И поэтому я умоляю вас выйти замуж за сэра Дэвида. Вы всегда отличались здравым смыслом – кроме одного вопроса, по которому мы разошлись во мнениях, – и я убежден, что брак с сэром Дэвидом поможет вам устранить угрожающую вам опасность.

– Почему вы так думаете?

– Негодяй, стрелявший в вас, не отважится более на такой поступок, опасаясь человека, чей главный интерес в том, чтобы сохранить вам жизнь.

– У сэра Дэвида нет денег. Он не получил благородного воспитания.

– Именно он своей жизни не пожалеет, чтобы сберечь вашу. Он не допустит, чтобы кто-то еще покушался на ваше богатство.

Она засмеялась.

– Вы находите его идеальным супругом для меня по той же причине, по какой я отвергла других искателей?

– И он отец вашего будущего ребенка.

– Вы тоже верите в эту выдумку о засухе и моей плодовитости?

Он пожал плечами и ничего не ответил.

– Я вижу, что верите!

– Не то чтобы я верил, но вы спрашивали меня, миледи, доверяю ли я вашему здравому смыслу, и я доверяю. Если сэр Дэвид преуспел в том, что многим не удалось…

– Никто и не пытался, – резко возразила она.

– Многие пытались, уверяю вас. Вы просто не замечали.

Он перевел дух и повторил:

– Если сэр Дэвид преуспел в том, что многим не удалось, значит, вы приняли правильное решение, и я убедительно прошу вас довести это дело до конца.

Она смотрела на него во все глаза. Что она только затеяла!

– Спросите юного Эдгара, и он вам скажет. У каждого ребенка должен быть отец.

Этот его ход достиг цели.

– Я обдумаю ваш совет. – Наклонившись, она поцеловала его в щеку в знак примирения.

Ни он, ни она не заметили наблюдавшего за ними у двери в холл Дэвида.

14

– Вы опять о нем думаете?

Голос Эдлин заставил ее вздрогнуть, и веретено со стуком упало на пол.

– Что?

– У вас такой вид, как будто вы попробовали какое-то новое блюдо и не уверены, нравится ли оно вам или нет. Мы пойдем сегодня опять смотреть, как он упражняется?

Элисон хотела было притвориться, что не понимает, о чем идет речь. Но только новая Элисон была способна на такую трусость, а она всячески избегала этой новой Элисон. Наклонившись, она подняла веретено. Она надеялась, что краску на ее лице можно будет объяснить этим движением.

– Я должна убедиться, исполняет ли сэр Дэвид свое обещание.

– О да, с каждым днем он все больше совершенствуется. Даже сэр Уолтер говорит, что дела идут лучше, а прошел всего лишь месяц.

Элисон с трудом удержалась от вздоха.

– Но сэр Дэвид все же не лучше Хью.

Теперь по цвету лица Эдлин с ней сравнялась.

– Хью моложе и выше, и сэр Дэвид говорил, что еще не встречал такого умелого бойца.

Положив веретено на скамью, Элисон взяла девушку за руку.

– Еще бы ему так не говорить, раз он не может его одолеть.

– Хью де Флорисон не такой, как другие, – с придыханием сказала Эдлин.

Элисон чуть не прослезилась, с таким обожанием девушка произнесла его имя. Приготовления к свадьбе Эдлин шли своим чередом, хотя невеста и вздыхала о другом – о человеке, который почти не замечал ее. Но даже если бы он ее и заметил, это не принесло бы им ничего хорошего. Они оба были бедны. Полюбив друг друга, они все равно не могли бы пожениться. «Хорошо, что Эдлин скоро уезжает в Уэссекс», – подумала с грустью Элисон, собирая шерсть в корзинку.

Эдлин помогла ей встать.

– Сэр Дэвид и Хью будут развлекать всех, кто приедет сюда в базарный день.

– Мне не хотелось бы, чтобы ты появлялась перед посторонними, – сказала Элисон. – На праздники урожая часто являются малопривлекательные личности.