Бренда Джойс - Прощай, невинность!

— Софи?!

Девушка вздрогнула — это был голос ее матери. По коридору быстро простучали каблучки, и Софи резко повернулась к двери. Все тело ее сжалось.

Сюзанна стояла на пороге, ее темные глаза пылали гневом.

— Мне только что сказали, он здесь! — воскликнула она. Лишь теперь Софи вспомнила, что Сюзанна приказывала ей держаться подальше от Эдварда, и она обещала так и сделать.

— Здравствуй, мама.

Сюзанна дрожала от ярости, ее бешеный взгляд нашел Эдварда.

— Я была права!

Эдвард шагнул вперед и встал перед Софи, словно защищая ее.

— Добрый день, миссис Ральстон.

— О, не думаю, что день сегодня добрый, — огрызнулась Сюзанна.

— Мама! — протестующе воскликнула Софи, искренне расстроенная открытой враждебностью Сюзанны к Эдварду. Ей никогда не приходилось видеть мать в таком гневе.

Сюзанна не обратила на Софи ни малейшего внимания.

— Неужели в прошлый раз я высказалась недостаточно ясно? — заговорила она, обращаясь к Эдварду. — Вы — неподходящая компания для моей дочери, мистер Деланца, даже если ваши намерения вполне честны, но мы с вами оба знаем, что это не так.

Софи едва дышала от огорчения, хотя и знала, что мать сейчас говорит правду.

— Мама, — в отчаянии вмешалась она, пытаясь разрядить обстановку, — ты не поняла. Эдвард пришел не в гости. Он помог мне продать мои картины.

Сюзанна взглянула наконец на дочь:

— Что?

Софи немного пришла в себя.

— Мама, — мягко заговорила она, подходя к Сюзанне и беря ее за руку, — Эдвард договорился с одним из самых известных в мире торговцев картинами, и тот приходил посмотреть мои работы. — Она весело улыбнулась. — И он только что купил для галереи три моих холста!

Сюзанна непонимающе уставилась на Софи, будто слова дочери были для нее китайской грамотой.

— Мама?

— Ты продала свои картины?!

Софи снова улыбнулась:

— Да. Месье Дюран-Ру купил их. Уверена, ты о нем слышала. Бенджамин его хорошо знает.

Сюзанна, до того пунцовая, внезапно побледнела. Ее расширенные глаза обежали мастерскую. Увидев портрет Эдварда, она застыла, не в силах отвести от него взгляда.

Все трое долго стояли молча. Сюзанна, замерев, недоверчиво рассматривала портрет.

— Что это такое?!

— Эдвард в Ньюпорте, разумеется, — ответила Софи, стараясь справиться с дыханием.

— Сама вижу! — Сюзанна резко обернулась к дочери. — Когда ты это написала?

Софи нервно облизнула губы.

— Недавно… — Она колебалась. — Мама… тебе это не нравится?

Грудь Сюзанны поднялась и опустилась в нервном глубоком вздохе.

— Нет! Нет, мне это не нравится. Это отвратительно!

Софи вдруг почувствовала себя ребенком — ребенком, которого ударили по лицу. Она моргнула, и ее глаза наполнились горькими детскими слезами.

Сюзанна повернулась к Эдварду.

— Уверена, именно вы ответственны за это! Я должна попросить вас уйти — немедленно!

— А в чем, собственно, дело, миссис Ральстон? — Неприятная улыбка искривила губы Эдварда, глаза его опасно сверкнули. — Вас страшит успех вашей дочери? Вы боитесь увидеть ее превосходство? Боитесь, что она станет свободной!

— Вы несете чушь! Я не желаю, чтобы Софи встречалась с вами! — закричала Сюзанна. Она стояла напротив Эдварда, впившись в него взглядом. — Как далеко все это зашло?

— Достаточно далеко, чтобы вам все это не понравилось, — спокойно произнес Эдвард.

Сюзанна вздрогнула.

Эдвард снова заговорил, и теперь в его голосе явственно слышалась угроза, опасность:

— Пожалуй, Софи больше не думает, что она такая уж непривлекательная и непохожая на других. Она научится жить так, как должна жить женщина. И ее мечты стать профессиональной художницей начинают сбываться. Что в этом плохого, миссис Ральстон? Почему вам не нравится, что у Софи купили ее картины?

Сюзанна презрительно фыркнула и процедила сквозь зубы:

— Я требую, чтобы вы ушли, немедленно. Или я должна приказать слугам выставить вас вон?

Софи слушала их обоих, смотрела на них, и в груди у нее нарастала боль.

— Мама! — воскликнула она наконец, в ужасе от происходящего. — Эдвард помог мне продать картины! — Немного замявшись и чувствуя, что ее глаза повлажнели, добавила: — И он мой друг.

— Он не друг тебе, Софи! — с силой воскликнула Сюзанна. — Уж в этом можешь мне поверить. Ну, мистер Деланца?

Сюзанна воинственно уставилась на Эдварда, тот, бросив ей в ответ неприкрыто враждебный взгляд, повернулся к Софи. И тут же выражение его лица смягчилось. Когда он заговорил, голос его звучал мягко, и так же мягко и ласково смотрели его глаза.

— Помните, в один прекрасный день к вам придет успех. И помните то, что говорили мне. Ваша мать не понимает современного искусства.

Софи почувствовала, что он хочет утешить ее, и ей захотелось заплакать от радости. Он понимал ее, до конца понимал. Он знал, что слова Сюзанны о картинах ранили душу Софи, и пытался залечить эти раны. Она улыбнулась дрожащими губами:

— Я не забуду.

Эдвард улыбнулся ей и, не обращая внимания на Сюзанну, вышел из мастерской.

А Софи осталась наедине с матерью.

Сюзанна, собрав всю свою волю, заставила себя успокоиться. Но когда она, оглянувшись, увидела портрет Эдварда Деланца, ее охватила новая волна горячего гнева. Боже, она же чувствовала — здесь что-то происходит, и оказалась права. Но главный вопрос в другом: не пришла ли она слишком поздно?..

— Что между вами произошло? — резко спросила Сюзанна. Софи, не двинувшись с места, осторожно проговорила:

— Мама, я знаю, тебе не нравится Эдвард, но, уверяю тебя, ничего плохого не случилось.

Сюзанна проглотила комок, застрявший в горле.

— Так, значит, он для тебя уже просто Эдвард? Не лги мне! Я вижу, что ты лжешь, Софи! Что он с тобой сделал?

Побледневшая Софи молчала.

— Ты еще девственница?

Софи просто не в состоянии была шевельнуться. Прошло несколько секунд, и Сюзанна, не слыша ответа, почувствовала, как ее сердце замирает. Нет, она не может поверить. Неужели и вправду ее драгоценную дочь трогал этот похотливый мошенник — трогал и замарал? Сюзанна слишком живо припомнила, как она сама уступила Джейку, когда ей было всего пятнадцать. Но ведь Софи совсем не похожа на нее, и Сюзанна ухватилась за эту мысль.

Но вот дочь заговорила, и Сюзанне показалось, что прямо возле нее взорвалась бомба, разрушившая все ее надежды.

— Я не ребенок, мама. Ты не можешь задавать мне такие вопросы.

— О Боже! — выдохнула Сюзанна, не в состоянии осмыслить столь открытый вызов, неповиновение. Это просто невозможно понять. И каков смысл слов Софи? Как их истолковать? Утратила ли она девственность? Да и Софи ли это?! — Я лишь пытаюсь уберечь тебя от беды. Я всегда старалась тебя оберегать.