Мэри Грин - Поцелуй незнакомца

В следующее мгновение Бо уже сидел на нем верхом. Однако Раф изловчился и наподдал ему коленом в пах.

Бо вскрикнул и упал на кучу замерзшей грязи. Лошади шарахались в стороны, их копыта угрожающе мелькали над головами противников. Раф вскочил и, ударив по крупу, прогнал их в рощицу. Потом схватил Бо за воротник роскошного синего сюртука и прошипел ему в ухо:

— Я давно мечтал помериться с тобой силами, с той самой минуты, как только тебя увидел.

— Жалкий неудачник! — огрызнулся Бо. — Андриа больше никогда тебя не полюбит. И ты никогда не станешь хозяином Лохлейда. И у тебя не будет ни акра земли, когда я заберу себе Роуэн-Холл. — Бо откровенно издевался над Рафом, расплываясь в самодовольной улыбке.

Раф взревел от бешенства и нанес Бо удар в челюсть. Тот снова кувыркнулся в грязь, но в падении ухватил Рафа за ногу и резким движением вывернул ему лодыжку. Они вдвоем покатились по земле, молотя друг друга кулаками.

Ник, ехавший вдоль берега, увидев эту сцену, поспешил на выручку другу.

— Опомнитесь, черт побери! — закричал он громко, оттаскивая Бо от Рафа. — Я говорю — хватит! Что вы сцепились, как школьники!

Раф потряс головой, чтобы привести в порядок мозги. Все тело его болело. Бо с трудом поднялся на ноги. Раф, сжав кулаки, смотрел, как он отряхивает свой роскошный плащ и напяливает на голову шляпу.

— Ты пожалеешь об этом больше, чем предполагаешь, — прошипел Бокларк, гневно сверкая глазами.

— Меня не пугают твои угрозы. — Раф презрительно ухмыльнулся. — Ты обречен, Бо. Если не я, тебя убьет кто-нибудь другой.

— Ба! Да ты и пальцем меня не тронешь. А когда я заполучу Роуэн-Холл, тебе останется только поскорее уносить отсюда ноги. — Бо выглядел не лучшим образом. Один глаз у него почернел и заплыл, из губы сочилась кровь, но этот человек, казалось, был невосприимчив к боли. Он подозвал свою лошадь и вскочил в седло. — Я уничтожу тебя, Рафаэль Ховард, могу тебя заверить.

Раф бросился к нему:

— За что, черт побери? Что я тебе сделал? Или все дело в том, что ты не можешь жениться на Андрии?

Бо язвительно процедил:

— У Андрии есть своя голова на плечах. Скоро ты потеряешь над ней власть, и она с радостью придет ко мне.

— Разрази меня гром, парень совсем рехнулся, — пробормотал Ник. Он шлепнул Рафа по плечу, призывая его к спокойствию.

Раф, тяжело дыша, наблюдал за удаляющимся противником. Гнев его постепенно стихал. На смену эмоциям пришла страшная усталость. Он сердито произнес:

— Клянусь Богом, я хотел его убить!

— Оставь эти мысли, Раф.

— Ник, ты не знаешь всего. Но как бы то ни было, я рад, что ты приехал вовремя.

— Хорошо, что я успел вас разнять. Расскажи, что произошло.

Раф пожал плечами:

— Он меня разозлил. Мало того что мой отец задолжал ему огромную сумму, так Бо еще этим бахвалится! Пользуясь случаем, я попутно обвинил его в том, что он пытается разорить всех соседей.

— Учитывая наши недавние находки в его письменном столе, возможно, ты во многом прав. Сегодня утром я разговаривал кое с кем из тех, кто значится в его архиве. Все эти люди были вынуждены продать имущество или отдать землю, чтобы заплатить долг. За эти годы Лохлейд увеличил свои владения более чем вдвое. Но я думаю, эта тщательно спланированная кампания проводилась им на законных основаниях. Он имел дело только с отчаявшимися людьми, потерявшими всякую надежду вернуть свою собственность и деньги. Это вынуждало их заключать с ним невыгодные для них сделки. Таким образом Бо постепенно прибрал к рукам ряд окрестных поместий.

— Ничего удивительного, — протянул Раф. — У него мания величия. Ты только посмотри, как он одевается. — Он хлопнул друга по плечу. — Ладно, поехали. Спасибо за помощь. Тебе нет цены, Ник.

— Раф, твоя кровать была пуста, когда я заглянул к тебе утром. У тебя что — бессонница?

— Да, — улыбнулся Раф. — Но я провел несколько дивных часов, отдыхая в Стоухерсте.

Ник понимающе поднял брови:

— С Андрией?

— Да, — кивнул Раф, вспоминая часы блаженства и последующего разочарования. Он знал, что победа после этого не стала ближе. — Я надеюсь завоевать ее сердце, если мне ничто не помешает.

— Андриа твоя жена. Если нам удастся разыскать Бриджит, я не представляю, что она после этого сможет отвергнуть твою любовь.

— Мою любовь?

— Да, старина. Для меня совершенно очевидно, что ты влюблен в нее по уши.

Раф опустил голову. Его жеребец нетерпеливо перебирал копытами.

— Я не хотел признаваться, но это так. Да, я люблю ее, люблю всем сердцем. Но своим отъездом я все испортил. Она перестала мне доверять.

Лицо Ника приняло решительное выражение.

— Мы найдем способ восстановить ее доверие, — пообещал он.

Глава 14

Они ехали вдоль берега, наблюдая, как над горизонтом закручиваются свитки свинцово-серых облаков.

— Бьюсь об заклад, сейчас начнется метель, — поморщился Ник. — В этих краях зима наступает рано.

Раф только что подробно рассказал другу о Бо и долге отца.

— Лохлейд совсем распоясался, — добавил он в заключение. — Скажи, Ник, мы можем как-то призвать его к порядку?

— В данный момент у меня нет готового решения. Здесь не все так просто. Бо слишком хитер, чтобы совершать противозаконные действия.

— Ты прав. Он облекает все свои махинации в респектабельную форму. Даже этот карточный долг. И мой отец не первый, кто проиграл свое поместье.

— И не последний. Но твой отец по крайней мере не пустил себе пулю в лоб, как это делают другие в подобной ситуации. У таких, как Бо, нет ни стыда, ни совести. Меня оторопь взяла, когда ты рассказал, как он обобрал твоего отца.

— И одновременно этим нас сблизил. Таким вот странным, нечестным способом.

— Я полагаю, за это ты должен его поблагодарить, — съязвил Ник.

— Черта с два! — взбеленился Раф. — Я бы с радостью вызвал его на дуэль. Но я должен заниматься поисками Бриджит. В данный момент для меня нет ничего важнее. Иначе я убил бы этого негодяя.

— Пока у тебя нет доказательств его вины. Он будет упирать на то, что все делается по закону. Сейчас перевес на его стороне.

— Твоя правда, — поморщился Раф. — Давай еще раз наведаемся к нему. — Он развернул Грома в направлении Лохлейда. — Может, кто-то из соседей сможет нам помочь. Или выяснится, что чьи-то родственники уезжали в Лондон.

— Это не повредит, поскольку от здешних фермеров мы не узнаем ничего нового, — согласился Ник и пришпорил лошадь.