Герцог для Дианы - Сабрина Джеффрис
Потому что каждый раз, когда она начинала над ним работать, все заканчивалось поцелуем. Или «танцами». Так что он просто позволит ей продолжать, пока они не окажутся у него в постели.
Глава 12
Неделя, которую Джеффри провел, «сопровождая» их повсюду, позволила Диане многое понять. Присутствие огромного герцога на расстоянии вытянутой руки оказалось неожиданно полезным. Любому джентльмену, который прежде вдруг решил бы отпустить непристойное замечание в их адрес, приходилось теперь подумать дважды под свирепым взглядом Джеффри, возвышавшегося за их спинами. Точно так же каждая леди, которая обычно задирала бы перед ними нос, в присутствии герцога вела себя совершенно иначе.
Джеффри даже удалось достать для них приглашения в «Олмак» вместе с билетами на сегодняшний бал, и совсем не потому, что он был герцогом. Дамы-патронессы клуба славились тем, что могли дать от ворот поворот даже самому блистательному аристократу.
В прошлом «Элегантные события» добывали приглашение лишь тогда, когда оказывали любезность одной из дам-патронесс, либо безвозмездно предоставляя одну из своих услуг, либо помогая распространить какой-нибудь важный слух через свои связи. «Элегантные события» всегда могли отказаться… Но это означало, что дамы-патронессы могли отказать им и во входе в клуб. Из-за того, что Диана с сестрами не поддавались на шантаж, они редко получали приглашения, а без приглашений не было билетов. Уж не говоря о позоре, падавшем на голову тех, что оказывался лишен доступа в святая святых.
Джеффри как-то удалось обойти все эти сложности. И теперь Диана и сестры сидели у Элизабет и выбирали аксессуары, которые собирались надеть к новым платьям, чтобы появиться на приеме в «Олмаке» этим вечером. Пока что Джеффри удалось продемонстрировать ей свою храбрость. Потому что у того, кто сумел бросить вызов дамам-патронессам, в душе определенно горел огонь.
А уж бросить им вызов и победить? Такого почти никогда не случалось. С того самого момента она очень старалась не показать ему, насколько впечатлена происшедшим. В следующий раз при встрече она спросит, как у него получилось.
— Где сегодня пропадает твой ухажер? — спросила Верити Диану.
— Какой ухажер? — отозвалась та, пытаясь говорить безразлично.
— Гренвуд, — сказала Элиза. — И не нужно увиливать.
Диана принужденно засмеялась.
— Тогда не нужно шутить. Гренвуд вовсе не мой ухажер. Его не интересует брак. Меня тоже. Так что не называйте его моим ухажером.
— Тогда охранником? — предположила Верити. — Ручным тигром? Талисманом на счастье? Останови меня, когда я обозначу нужное.
— Другом и клиентом, — решительно заявила Диана. — И только. — Хотя он все меньше раздражал ее днем и все больше искушал по ночам во снах. — И герцогом, конечно. А это несовместимо со всем, что ты перечислила. — Взяв в руки шаль фиалкового оттенка, она приложила ее к лицу. — Как считаешь? Фиалковую или цвета слоновой кости?
— Несовместимо? Правда? — проговорил мужской голос от двери.
Сердце Дианы чуть не вырвалось из груди. Она резко обернулась к Джеффри.
— Пожалуйста, прекратите уговаривать нашего бедного дворецкого не объявлять о вашем приходе.
— Почему? Норрис думает, что это забавно.
Вскинув голову, она недоверчиво посмотрела на него.
— Наш мистер Норрис? Нудный, чопорный мистер Норрис?
— Хорошо, допустим, он этого не одобряет, но все равно ведь пускает меня. — Джеффри подмигнул ей, подходя ближе. — Что касается того, с чем несовместим мой титул, я бы предпочел быть вашим охранником. А вот ручным тигром… Не думаю.
— Почему нет? — осведомилась Верити.
— Потому что он хочет, чтобы это я стала ручной, — холодно заметила Диана. — Так ему будет проще держать меня под каблуком.
— Вовсе нет, — возразил Джеффри. — Я не имею желания никого приручать, и уж тем более тигрицу. А вот мысль стать вашим талисманом на удачу мне очень даже понравилась. — Джеффри оглядел ее с головы до ног, и ей сразу захотелось засмеяться. Но она не решилась, потому что тогда он стал бы еще более дерзким, чем обычно.
— Вам стоит надеть фиолетовую шаль, — посоветовал он.
— Почему? — Прищурившись, Диана глянула на него.
— Потому что мне она нравится.
— Значит, решено, надену цвета слоновой кости.
Он расхохотался от души.
— Я знал, что вы так сделаете. Потому и выбрал фиолетовую.
— Она фиалковая, — сказала Диана и посмотрела на него искоса. — И я вас знаю тоже. Вы бы никогда не выбрали слоновую кость. Ваши вкусы склоняются к цветам более… кричащим.
— То есть вы хотите сказать, что одна из ваших шалей — «кричащего» цвета? — Герцог неодобрительно цокнул языком. — А я-то считал, что вы королева моды.
Диана ощетинилась.
— Я никогда не говорила, что я…
— Так вас называет Рози.
— О! — Диана растаяла. — Что ж, это очень мило с ее стороны.
Джеффри скрестил руки на своей широкой груди, неизменно привлекавшей ее внимание.
— Почему, когда я называю вас королевой моды, вы обижаетесь, а когда она говорит то же самое, считаете это милым?
— Потому что вы никогда не бываете милым. — «Неправда! Ты много раз видела, как он бывал мил с Рози и матерью».
— Ну вот, теперь вы меня обидели. — Он вытащил несколько бумажек и помахал ими перед нею. — Пожалуй, раз уж я никогда не бываю милым, возьму и избавлюсь от этих билетов на сегодняшний бал.
Диана не успела ничего сказать, как Элиза подскочила к нему и забрала билеты.
— Только посмейте! Я не позволю, чтобы наши билеты в «Олмак» стали жертвой сражения, которое вы ведете между собой.
— Сражения? — Джеффри уставился на Диану. — Мы не ведем никакого сражения, ведь так, миледи?
— Нет, не ведем, — подтвердила Диана и улыбнулась самой лучезарной улыбкой, на которую была способна. — Не представляю, о чем они, ваша светлость.
— Будь начеку, Элиза, — вполголоса проговорила Верити. — Когда доходит до «миледи» и «вашей светлости», пора под стол прятаться.
Диана решила, что сейчас самое время поменять тему.
— А где же Рози, сэр? Я думала, она приедет к нам сюда.
— Они с матушкой будут с минуты на минуту. После того как они завезли меня сюда, им потребовалось заскочить к перчаточнику. А я за несколько последних недель уже столько наездился по магазинам, что хватит до конца жизни.
— Могу себе представить, — усмехнулась Элиза. — Мой покойный муж ни за что не выдержал бы так долго.
Правдивость слов Элизы окатила Диану, словно ушат холодной воды. Она настолько была погружена в свою обиду на неискренность Джеффри, что словно нарочно не обращала внимания на все прекрасные качества, которые он проявлял в отношениях с сестрой и матерью.
