Герцог для Дианы - Сабрина Джеффрис
— Стоит мне спрашивать, среди какого еще «прочего»? — протянул он.
— Нет, — сказала мать. — Тебе не нужно знать все, Джеффри.
— Прекрасно. Не хотите говорить, не говорите. Но, возможно, я поеду с вами за покупками. — Что, вполне вероятно, даст ему шанс поговорить с Дианой наедине. — Мне бы тоже не помешали перчатки и туфли.
— Это уж точно. — Рози заглянула под стол. — Вид у твоих гессенских сапог презентабельный с натяжкой, но в клуб «Олмак» в них тебя не пустят, там сапоги запрещены. А туфли, в которых ты был вчера вечером, тебе нельзя надевать на мой бал. Нужно что-то более модное.
Захлопав глазами, Джеффри посмотрел на нее. «Элегантные события» уже научили ее таким словам?
— Даже не представлял, что моя сестра превратилась в эксперта по части мужских сапог. Остается надеяться, что за тобой не ухлестывает тайком никакой башмачник. Не то мне придется принять меры.
Рози весело расхохоталась.
— Единственные башмачники, с которыми я познакомилась, были либо чересчур старыми, либо только что женившимися, и их ревнивые жены торчали рядом, пока они замеряли мои ноги. Так что их к стоящим кандидатам не отнесешь.
— Особенно тех, которые женаты, — заметил Джеффри.
— Когда Рози сказала про «более модные» туфли, — вмешалась в разговор мать, — она имела в виду, что тебе нужно купить обувь для танцев. Туфли, которые были на тебе вчера, для танцев не предназначены.
Джеффри сдержал стон. Когда это его матушка узнала разницу между туфлями для танцев и обычными? Не стоит им рассчитывать, что он будет танцевать. Короткая лекция, преподанная ему Дианой на темной террасе, не сделала из него эксперта.
— Я буду очень рад, когда балы и празднества и приглашения в «Олмак» перестанут диктовать нам, как тратить наше время, — пробурчал он. — И мои деньги.
— Я тоже, — донесся от двери мелодичный голос. — Потому что это будет значить, что вы, ваша светлость, перестанете указывать, как нам поступать. Это будет делать муж Рози. И я, к счастью, не буду иметь к этому никакого отношения.
В дверях стояла Диана. Отлично! По крайней мере, он сможет все уладить раз и навсегда.
Джеффри поднялся, как подобает джентльмену, и отвесил почтительный поклон. Но, выпрямившись, не смог удержаться, чтобы не заметить:
— Разве не вы говорили, что обсуждать денежные вопросы — это бестактно?
— А мы обсуждали денежные вопросы? — Диана принялась стягивать перчатки, неторопливо освобождая один палец за другим. — Не помню, чтобы употребляла слово «деньги». Это вы его произнесли.
— Она поймала тебя на слове, Джеффри. — Рози что-то уж очень развеселилась.
— Да, поймала. — Он позволил своему взгляду опуститься с наглухо — к сожалению! — застегнутого темно-коричневого спенсера к крапчатым муслиновым юбкам. — Согласитесь позавтракать с нами, миледи?
— Я уже позавтракала. Но вот чашку крепкого чая выпью, если есть. Может быть, с медом?
Он махнул рукой лакею, и тот отправился принести все, что было ей нужно.
Диана села рядом с Рози и принялась подробно объяснять, куда они отправятся, после посещения портнихи.
— Кстати, сегодня Джеффри собирается составить нам компанию, — невинно обронила Рози. — Ему нужны перчатки и… Что ты еще хотел, Джеффри?
Он не отрывал глаз от Дианы.
— Туфли. В частности, туфли для танцев.
Она даже не покраснела при упоминании о танцах. Возможно, Диана и вправду была так «холодна», как сама говорила.
Но у него на это счет имелись сомнения.
— В следующую среду в «Олмаке», надеюсь, у меня будет возможность натанцеваться от души. Я говорил вам, леди Диана, что добыл приглашения для себя, мамы и Рози? Кажется, дамы-патронессы рады принять в свой круг герцога.
— Прилично одетого герцога, — отрезала она. — Туфли вместо сапог, бриджи, а не панталоны, а также белый галстук и треуголка.
Он приподнял бровь.
— Вы действительно думаете, что они развернут меня на входе, если чего-то из перечисленного не будет?
— Я знаю, что они так сделают. Уже делали.
— С герцогом?
— С графом. Спросите об этом у своего друга Фокстеда, который намеревался заявиться туда в панталонах.
Это было похоже на Фокстеда. Джеффри покачал головой.
— Прекрасно. Я приду как «прилично одетый герцог». Слава богу, все эти вещи у меня есть.
— Слава небесам, что это так. — Лакей внес ее чай, и она поднялась, чтобы забрать его. Потом поставила чашку на стол. — Ваша светлость, могли бы мы на минутку уединиться? Нужно кое-что уточнить в вашем счете.
Джеффри кивнул.
— Тогда пойдемте ко мне в кабинет.
Стоило им переступить порог, как она взорвалась:
— То вы избегаете меня целыми днями, а теперь вдруг решили уничтожить мою репутацию, упомянув про наш «танец»…
— Во-первых, я ничего не говорил про «наш» танец. Я бы никогда с вами так не поступил. Вот почему сестра и матушка восприняли мои слова о танцах как абсолютно невинные. Во-вторых, я не мог придумать никакого другого способа, чтобы нам поговорить наедине. Сказать вам, что я ничего не желаю сильнее, чем стать вашим «ментором в науке… страсти».
— Как я вам уже сказала вчера, это было бы чудовищной ошибкой. Сейчас я ясно это понимаю. У меня нет никакого желания впутываться в роман с человеком бессердечным, который ввел женщину в заблуждение только потому, что ему не хватило храбрости признаться, почему он не может жениться.
— У меня есть причины хранить свои секреты и избегать женитьбы, о которых я не смею признаться ни вам, ни кому-либо другому. Но это не из-за отсутствия храбрости или сочувствия. Мне хватает и того и другого.
— Не вижу доказательств этому.
— Прекрасно! Тогда я предоставлю вам доказательства. Столько доказательств, что вы от них устанете.
— Поступайте как знаете. Но это совсем не означает, что я изменю свое мнение. По крайней мере, без борьбы, ваша светлость.
— Другого я и не ожидал от моей богини охоты, леди Диана.
— Вашей богини охоты, сэр? Смелые слова для человека, которому нечем похвастаться. Вы весьма нахальны. Этого у вас не отнять.
Он подошел ближе и вдохнул ее земляничный аромат. Безумно хотелось ощутить, какова она на вкус, но не здесь, где их могли увидеть в любую минуту. Он не станет подвергать опасности ее репутацию, если можно этого избежать. Она уже и так настрадалась.
— Вы еще не видели меня нахальным, миледи. Но увидите.
— Вы еще не видели меня упрямой, ваша светлость. Но увидите.
На этих словах Диана развернулась и направилась назад в комнату для завтрака. Джеффри тихо засмеялся. Чего она на самом деле не видела, так это того, как он умеет мозолить глаза.
В первый же день,
