Сандра Дюбэй - Ночной всадник

Где же сейчас Кит… вместе с брачным свидетельством? Блисс задумалась, действителен ли этот документ. Кажется, он подписался «Кристофер Квинн»… или нет? Блисс не могла припомнить. Она подписала свидетельство первой, а затем жена венчавшего их священника отвлекла ее каким-то вопросом. Как подписывал бумагу Кит, она не видела. И не заглядывала в свидетельство после церемонии. Подписанный документ был скреплен печатью, свернут в трубочку и перевязан розовой лентой. Кит вручил его ей, а она просто уложила бумагу в свой дорожный сундук.

Может быть, он подписал документ настоящим своим именем, думала Блисс. Если так, брак законен. Она стала баронессой де Уайлд, а Кит, ее муж, – хозяином не только своего родного дома, но и Барторп-Холла, и Барторп-хауса в Лондоне. И все ее немалое состояние – кроме ничтожной доли, полагающейся ей по закону о вдовьей доле, – оказалось в его руках.

Возможно, думала Блисс, сейчас он подписывает чеки на тысячи фунтов. Явившись к банкирам, торопливо опустошает ее состояние…

«Нет, нет! – остановила она себя. – Кит не такой! Полно, точно ли?» – горько усмехнулась Блисс. Разве могло прийти ей в голову, что Кит выдает себя за другого? Однако он так и сделал. Один бог знает, на что он еще способен. И с чего она взяла, что он чем-то отличается от леди Вилльерс или ее кислолицей дочки? Все они одинаковы: их интересуют только деньги.

– Будь они прокляты! – пробормотала Блисс. – Будь они все прокляты! Как опротивело мне быть предметом купли-продажи! Сначала сэр Бейзил купил опекунство надо мной, надеясь разбогатеть за мой счет. Потом Стивен и его семья пожелали поживиться моим золотом. А теперь и Кит…

Блисс зажмурилась. Сердце ее словно разрывалось на части, и она знала, что эту боль не исцелит даже великий лекарь – время.

Предательство Кита ранило больнее всего – ведь он обернул против Блисс ее собственные чувства. Он знал, что Блисс любит его, и использовал эту любовь, чтобы ее одурачить. Как, должно быть, он сейчас потешается над ней! А она-то… Предлагала ему помощь, уговаривала бросить разбой. Думала, что Кит отказывается из-за гордости – а на самом деле все это было частью хитроумного плана.

Щеки Блисс вспыхнули при воспоминании о том, как она сломя голову примчалась в Четем – к Киту. Сама просила его жениться на ней! Он-то, должно быть, себя не помнил от радости, когда его план принес такие плоды! Ему не понадобилось загонять добычу – дичь сама прибежала прямо в расставленные ловким охотником сети. Господи, какой же она была дурой!!

– Никогда больше!.. – громко воскликнула Блисс. – Никогда больше я не позволю себя одурачить! Я стану холодной, жестокой, бесчувственной! Никто и никогда больше не сможет овладеть моим сердцем и душой!

В этот миг послышался робкий стук в дверь.

– Войдите! – крикнула Блисс, садясь на краю кровати.

В дверях показалась одна из горничных.

– Милорд Холм прислал меня узнать, не требуется ли вашей милости какая-нибудь помощь.

– Где Мерси? – спросила Блисс.

– Внизу, миледи. Боится, что сейчас вы не захотите ее видеть.

«Подумать только, – сверкнуло в мозгу у Блисс, – ведь она с самого начала все знала! Неудивительно, что она так предана Киту: ведь он для нее – законный господин! И в угоду ему она предала меня».

– Она права, – резко ответила Блисс. – Я не хочу ее видеть. Особенно сейчас. – Она окинула служанку взглядом. – Как тебя зовут?

– Пейшенс, с позволения вашей милости.

– Подойди сюда, Пейшенс, – приказала Блисс, – и помоги мне раздеться. Я на ногах не стою от усталости.

Наутро решение Блисс только укрепилось. Спускаясь вниз, она мысленно обещала себе, что отныне станет такой же расчетливой и бессердечной, как леди Дафна. Никогда больше она не станет подчиняться велениям сердца! Все ее действия будут основаны только на холодной, строгой логике.

Выйдя в парк, она сразу увидела на тропинке Стивена. Сейчас он был в простом коричневом костюме и, на взгляд Блисс, выглядел лучше, чем в Лондоне, где наряжался во все цвета радуги.

– Доброе утро, Стивен, – поздоровалась она, приятно удивив его своей приветливостью.

– Доброе утро, – ответил он. – Прости, Блисс, я не хотел натыкаться на тебя. Думаю, сейчас ты предпочла бы побыть одна, так что я…

– Не спеши, – остановила его Блисс. – Мне необязательно быть одной. Почему бы нам не прогуляться вместе? Кроме всего прочего, нам ведь надо поговорить.

Стивен заглянул ей в лицо, пытаясь угадать, о чем она думает, – но широкие поля зеленой бархатной шляпы надежно скрывали выражение ее лица.

– Блисс, мне очень жаль, – произнес он наконец.

– Тебе? – Она с любопытством взглянула на него. – Почему?

– Ты, должно быть, считаешь меня чудовищем, – покаянно проговорил Стивен. – Но, поверь, я сделал тебе предложение не только… и не столько… ради денег. Я… ты небезразлична мне, Блисс.

Блисс хотела ответить резкостью, но ее остановила непривычная нота искренности в его голосе. Может быть, как ни трудно в это поверить, Стивен и вправду проникся к ней нежными чувствами?

– Во всяком случае, – продолжал он, приняв молчание девушки за выражение недоверия, – мне очень жаль, что так получилось. Я знаю, что ты была… неравнодушна к этому… Квинну… де Уайлду… и догадываюсь, как тяжело для тебя все происшедшее.

– Ты прав, – признала Блисс. – Кому приятно вдруг узнать, что он обманут… – Голос ее понизился до шепота: —…Обманут человеком, которого любил?

– Что ты собираешься делать дальше? – спросил Стивен.

– А что я могу сделать? – ответила Блисс. – Сэр Бейзил хочет расторгнуть брак. Но, Стивен, я ведь не видела свидетельства. Если Кит подписался настоящим именем, это означает, что брак законен, не так ли?

Стивен покачал головой.

– Может быть. Но вспомни, что ты была помолвлена со мной. Брачный контракт подписан, помолвка одобрена королем… Твой брак с Китом может быть расторгнут на этом основании. Конечно, для этого потребуется время.

– Это хорошо. Мне нужно время. – Блисс остановилась и обернулась к Стивену. – После расторжения брака мы с тобой снова окажемся на положении жениха и невесты. Или нет?

– Да, – подтвердил Стивен. – Так оно и есть.

– Если ты хочешь разорвать помолвку, я не возражаю. Ведь после… – Она поморщилась: – После свадьбы мы с Китом… – Блисс покраснела, вспомнив, как таяла в объятиях обманщика. – Он… я…

– Понимаю.

Острая боль ревности пронзила Стивена. Проклятый де Уайлд обнимал ее, лежал с ней в постели, занимался любовью – а он, Стивен, был счастлив, когда удавалось сорвать с ее губ случайный поцелуй! И неприязнь к разбойнику Киту Квинну превратилась в его сердце в жгучую ненависть к Кристоферу «Киту» де Уайлду, барону де Уайлду из Четема. Мужу Блисс. Ее возлюбленному.