Жаклин Рединг - Белый рыцарь

Мужчины представляли собой весьма своеобразную картину, оба задрапированные в разные поношенные тартаны, у обоих носы давно приобрели красный цвет под частым воздействием морских ветров, а нижнюю часть лица каждого прикрывала косматая борода — у одного ярко-рыжая, у другого с густой проседью. Единственный способ, благодаря которому Грейс могла успешно различать их во время поездки, это напоминание себе раз за разом, что у Макфи борода была огненно-рыжая, а у Макги — с проседью. Немудрящий способ, конечно, но он сработал.

С ними пришла и дородная Флора, женщина, у которой всегда было серьёзное выражение лица под грязно-каштановыми волосами, зачёсанными назад и покрытыми некрашеным льняным платком. Она была сестрой одного из мужчин, или сразу обоих, и едва ли вымолвила хоть слово с тех пор, как двумя днями ранее вся их компания покинула Маллейг. Макги и Макфи позаботятся о том, чтобы снабдить замок достаточным количеством торфа для разведения огня и закупить необходимый скот, а Флора возьмёт на себя необходимые домашние обязанности, пока не будет нанят другой персонал.

— Пожалуйста, миледи, — обратилась Лиза к Грейс, — пожалуйста, скажите, что они ошиблись. Скажите, что эта разбитая груда камней не может быть тем самым местом.

Грейс взглянула на Лизу, перед тем как вежливо спросить:

— Извините, господа, вы точно уверены, что это Скайнигэл?

Макги усмехнулся ей, почёсывая седеющую голову под своей вдрызг изношенной синей шапочкой:

— Ага, миледи, уверен. Он самый и есть, Skee-na-gall, это он.

Макфи, окутанный клубами дыма, струящимся из его глиняной трубки, кивнул, соглашаясь, и, поглаживая свою огненную бороду, сказал:

— Не думаю, что он изменился ни с того ни с сего. Он был Skee-na-gall без малого шесть веков.

— Ага, и выглядит так, будто в нём не жили, по меньшей мере, столько же, — пробормотала Лиза.

Флора, конечно же, ничего не сказала.

Грейс повернулась ещё раз, чтобы рассмотреть здание, теперь воспринимая его как дом, в котором её бабушка провела детство, разбирающимся взглядом человека, которому раньше уже приходилось оценивать немало строений.

Это строение, конечно, крайне нуждалось в ремонте, и в самую первую очередь надлежало привести в порядок кровлю, которую, по крайней мере, необходимо сделать сплошной — сейчас же та, казалось, была испещрена заплатками. Стены требуется безотлагательно отремонтировать там, где они крошатся, а окна надобно заменить. Грейс не могла разглядеть ничего дальше представшего перед нею сооружения, потому что солнце уже садилось за их спинами, и башня погружалась в неясный сумрак. Бульшая часть того, что она могла видеть, было покрыто разросшимся тёмным плющом, который всползал по повидавшим виды, побитым ветрами и непогодой, каменным стенам. Грейс, нахмурив брови и наклонив голову немного в сторону, неодобрительно смотрела на места, где камень отваливался от несущей стены. Она гадала, не плющ ли удерживал замок от разрушения.

— Оттого, что вы на него так смотрите, лучше он не станет, — заметила Лиза.

— Что ж, не может быть, чтобы он был полностью необитаем. Мистер Дженнер сказал, что здесь постоянно живёт дворецкий. Наверно, пришло время познакомиться с ним.

Грейс направилась к ближайшей обнаруженной ею двери, маленькой и неприметной в таком большом строении, с тяжёлым железным кольцом посередине. Когда она подняла кольцо, оно заскрипело, будто бы его не трогали с тех пор, как заложили первый камень этого замка, и крупинки чёрной краски слетели с него на носки её полусапожек.

«Нехороший знак», — подумала она, опустив дверное кольцо, издавшее при этом щелчок.

Они ждали под аккомпанемент моря и раздававшийся над ними беспрерывный ок-ок-ок птиц, рассевшихся в щелях и проёмах стены. Когда на стук никто не ответил, Грейс взглянула на Лизу. Горничная скептически приподняла бровь, но мудро промолчала. Грейс постучала ещё, на этот раз сильно колотя кольцом о твёрдую деревянную дверь. Тянулись минуты. Опять никакого ответа. Грейс услышала, как позади неё шевельнулись Макфи и Макги.

— Странно, — пробормотала она. — Я уверена, что мистер Дженнер сказал, что…

Но тут дверь со скрипом растворилась, и в проёме возникла фигура человека. Это был низенький толстячок и, честное слово, совершенно лысый. Он всем своим обликом сразу же напомнил Грейс детскую сказку о Шалтае-Болтае[36] — Шалтае-Болтае в тартане, поправила она себя, в красно-белую клетку, перетянутый громадным поясом, и в клетчатых штанах, плотно облегающих его тощие ноги до кожаных туфель с пряжками.

Человек кинул на них один взгляд и сразу повернулся спиной.

— Эй, Дейдре, — прокричал он внутрь замка, — ты была права! Кто-то пришёл нас навестить. Иди-ка, помоги мне поприветствовать наших гостей!

К нему присоединилась изящная женщина, возможно, четырёх с половиной футов ростом, одетая в земляного цвета плед, чересчур длинный для её хрупкого тела, обёрнутый вокруг плеч, с окаймлёнными бахромой концами, волочащимися по каменному полу. Лицо её было одним из тех, по которому трудно определить возраст — ей, наверное, предположила Грейс, между двадцатью и сорока. Одетая в выцветшие юбки, бывшие когда-то чёрного цвета, и голубоватую рубашку, скроенную наподобие мужского жилета, с полностью укрытыми искусно завязанным платком волосами, женщина стояла, как заметила Грейс, босыми ногами прямо на каменном полу.

— Добро пожаловать, добро пожаловать в Скайнигэл, — из этой пары вышел вперёд мужчина, чтобы поприветствовать их. — Я Аластер Огилви, дворецкий замка, а это Дейдре Уайли. Дейдре — вдова одного из прежних арендаторов замка, она приходит, чтобы вести домашнее хозяйство в Скайнигэле.

Грейс кивнула, улыбнувшись женщине.

— И с кем мы имеем удовольствие познакомиться? — спросил мистер Огилви, его пухлое лицо прямо-таки лучилось любопытством.

— Да это ж новая леди Скайнигэла, — ответила Дейдре, прежде чем Грейс успела отозваться.

Аластер с выражением удивления повернулся к маленькой женщине:

— Ты узнала об этом до того, как она сама сказала, да, Дейдре? Как ты это сделала? Это твоё зрение, Дейдре? Тебе сказали об этом духи, девонька?

Дейдре покачала головой.

— Нет, Аластер. Я говорила тебе, и не раз, что нет у меня никакого «зрения», о котором ты постоянно бубнишь. — Она сунула руку в свой плед и выудила оттуда сложенное письмо. — Вот письмо, что намедни доставили в замок.

Аластер взял и быстро прочитал письмо. Тёмные глаза округлились над пергаментом.

— Ох, Дейдре, почему ты не сказала мне заранее, что ожидается приезд леди Скайнигэла? — и прежде чем та успела ответить, он почтительно склонил голову перед Грейс: — Миледи, прошу простить меня за то, что не приветствовал вас должным образом до того, как вы дошли до двери. Я был в неведении относительно вашего приезда, иначе я не спускал бы глаз с озера, пока вы не прибудете.