Дороти Гарлок - Ветер надежды

Ванесса заставила себя сосредоточиться на мулах и стегнула по их спинам кнутом. Они быстрее затрусили вдоль бурного потока. Ехалось легко, поскольку дорога была ровной и укатанной. После городского шума здесь казалось невероятно тихо. Впереди показались несколько всадников. Когда они приблизились, то остановились у обочины, с любопытством разглядывая необычный фургон и не менее необычного возницу. Они подняли руки к шляпам, и Ванесса холодно кивнула.

Когда Ванесса заметила белое здание вдали, ей и в голову не пришло, что это и есть дом Кейна. Но вот подъехали ближе, и она увидела, что двери и окна нижнего этажа заколочены досками. Дом оказался больше, чем она ожидала, его новенькая жестяная кровля сверкала. Окруженный огромными дубами, он величественно возвышался в окружении конюшни и нескольких хозяйственных построек. Позади дома виднелись сараи. Перед зданием торчали сухие кустики по колено высотой, а ящики для цветов, стоящие на крыльце и вдоль фасада, были пусты. Место выглядело печально заброшенным. Но если приложить силы, , подумала Ванесса, все здесь может снова радовать глаз.

Джеб проскакал вперед и открыл литые чугунные ворота. Ванесса проехала во двор и натянула поводья, остановив фургон как раз между домом и конюшней. Она растерянно огляделась, не зная, что же делать дальше. Приближался вечер, и холодный ветер задул с гор. Ванесса ощутила озноб, явившийся скорее следствием нервного напряжения, а не холода. Задняя дверца фургона открылась, и раздался голос Элли, звавшей Генри.

– Кейн велел достать топоры и ломик и содрать доски с двери. Сегодняшний ужин мы приготовим на настоящей печке!

Ванесса спустилась на землю и начала выпрягать уставших мулов. Вместе с Мэри Бэн они помогли Джону отвести животных в загон, где те начали щипать скудную траву. Генри позвал Мэри Бэн осмотреть дом.

– Идите. Я разберусь здесь сама.

Ванесса взвалила на плечо тяжелую сбрую и пошла к конюшне. Джон двинулся следом, неся хомуты. Они впервые остались наедине после ранения Кейна.

– Джон, я хочу, чтобы вы знали: я очень сожалею о своем поведении в тот ужасный день. Вы тогда тщетно пытались помешать мне совершить идиотский поступок, но… Видите ли… я считала, что не должна допустить Тэсса до Кейна.

– Все в порядке, мисси. Я понял, почему вы это сделали.

– Я слышала, как вы говорили, что мне должно быть стыдно. Мне очень стыдно, и не только от того, что произошло в результате моего легкомыслия, но и за то, как я разговаривала с вами. Если бы не вы с Мэри Бэн и Кен-ном… – Она замолчала, отвернулась и сморгнула слезы, ненавидя себя за слабость. – Глупо было думать, что мы смогли бы устроиться здесь в одиночку, да, Джон?

– Может, вы и не самая опытная путешественница, но вот что касается запудрить мозги, тут вам нет равных, – ухмыльнулся в ответ старик.

– Не стоит волноваться, мисси. Вы стойкая. Я не знал ни одной горожанки, которой хватило бы духу доехать с такой упряжкой мулов аж до самого Колорадо.

– О, Джон, если вы будете так щедры на похвалы, я, пожалуй, влюблюсь в вас!

– Ну-у, разве ж это не здорово? Давненько за мной не бегали рыжеволосые красотки!

Они вышли из конюшни как раз в тот момент, когда – Элли и Мэри Бэн вылезали из фургона, нагруженные простынями, одеялами и подушками. Девушка возбужденно тараторила, рассказывая о чем-то Элли.

– Надо же! – Джон снял шляпу и почесал затылок. – Когда дело касается устройства гнездышка, женщины все как одна становятся наседками. И не знают никакого удержу, совсем забыв про пустые желудки мужчин.

– Наконец-то тетя Элли в своей стихии! Тут ее никто не перещеголяет! Пожалуй, мне надо пойти помочь им. Джон, еще раз благодарю вас за то, что простили меня.

– Ну, если уж мы заговорили о благодарности, то и вы, мисси, примите мою, от всего сердца. За ваше доброе отношение к моей… Мэри Бэн.

– По-моему, Генри хочет жениться на ней. Что вы думаете по этому поводу?

– Если она не возражает и миссис Хилл не против, то я буду только польщен. Мэри Бэн никому не будет в тягость. Она толковая и станет отличной помощницей для миссис Хилл.

– А Генри всегда будет добр к ней, можете быть уверены.

– Не сомневаюсь. Успел неплохо узнать его. Он будет хорошей парой для Мэри Бэн, а она ему – хорошим подспорьем.

Ванесса взглянула на старика. Он склонил голову набок и внимательно глядел на нее. Ей показалось, что он как бы хотел убедить ее в чем-то. Его морщинистое лицо выглядело на удивление довольным.

Ноги у нее слегка дрожали от усталости, но когда она пошла по тропинке к дому, то держалась прямо. У фургона она остановилась и заглянула внутрь. Кейн сидел на скамье и пытался натянуть ботинки. Она даже не стала предлагать свою помощь – еще одной отповеди с его стороны она престо не вынесет. Он поднял голову и… взглянул в ее глаза. Оба застыли, не двигаясь и не говоря ни слова. Молчание затягивалось. Ванесса выискивала в любимых чертах хоть какой-то намек на примирение, но не увидела. Она отвернулась и медленно побрела к дому.

Ванесса шагнула на крыльцо, ощутила себя незваным гостем и замерла в нерешительности, но опомнилась и прошла на кухню. В большом квадратном помещении у одной стены выстроились шкафы с посудой, вдоль другой тянулась обитая железом печь. В дальнем конце стоял длинный стол, рассчитанный не менее чем на дюжину едоков. Одна из приоткрытых дверей вела в кладовую, а вторая выходила в холл. Где-то внутри дома раздавался стук молотка и слышались мужские голоса.

Из холла зашла Элли, вслед за ней тут же появилась Мэри Бэн.

– Чудесный дом, правда, Ванесса? Мы с Мэри Бэн приготовили постель для Кейна. Здесь одна спальня внизу и пять наверху, да еще несколько комнат устроено на чердаке. Ты когда-нибудь видела что-нибудь подобное? Этот дом вдвое больше нашего в Миссури.

– Ох, какое же счастье снова оказаться в настоящем доме! Я даже и не представляла себе, до какой степени мне надоел фургон!

– А что мне теперь делать, миссис Хилл?

– Ты можешь развести огонь в печке, Мэри Бэн. Дом стоял закрытым так долго, что повсюду чувствуется сырость.

– Но я еще никогда не видела такой большой печки. Думаете, я справлюсь?

– Ванесса, помоги, пожалуйста, Мэри Бэн растопить печь. Кейн совершенно без сил, надо немедленно уложить его в нормальную мягкую постель.

– Я уже здесь.

Ванесса резко повернулась. Кейн стоял, прислонившись к дверному косяку. Лицо его, покрытое отросшей щетиной, казалось болезненно бледным, под глазами темнели круги.

– Ради Бога, Кейн! – всплеснула руками Элли. – Зачем вам понадобилось идти самому? Неужели мы не помогли бы? Мэри Бэн, давай отведем его в спальню.