Джулия Берд - Полуночный Ангел

Входная дверь распахнулась, позволяя Софи увидеть хмурое серое небо и силуэты растущих неподалеку деревьев. Бедная девушка не понимала, что происходит. С какой целью ее похитили? Поначалу Софи решила, что ее хотят лишить невинности. Но почему в таком случае ее похититель так долго ждет, чтобы осуществить то, ради чего он замыслил свое гнусное дело?

– Мисс Парнхем! – До слуха Софи донесся незнакомый голос.

– Что вам нужно? – осторожно спросила она. Девушка села на кровати и заправила за ухо прядь светлых волос, упавших ей на глаза.

По лестнице застучали шаги, и Софи увидела незнакомого мужчину с фонарем в руке.

– Кто вы? – спросила она.

Он поставил фонарь на стол и улыбнулся. Улыбка его показалась ей доброй, едва ли не виноватой.

– Я доктор, – последовал ответ.

– Доктор?

– Меня зовут доктор Кили. Я пришел убедиться, что вы здоровы и невредимы, моя дорогая. Вам нет нужды бояться меня.

Мысли с лихорадочной скоростью крутились в голове Софи. Что же делать? Надо что-то предпринять! Но что? Девушка прищурилась, стараясь рассмотреть в неясном свете фонаря лицо посетителя. Ничего примечательного. Невысокий, худой, черные волосы в беспорядке падают на лоб. Несмотря на то, что он всеми силами пытался внушить к себе доверие, его глаза выдавали какое-то напряжение, если не испуг. Землистый цвет лица, изможденный вид, бегающие глазки – по всем этим признакам Софи поняла, что он заядлый курильщик опиума.

Доктор придвинул к кровати стул, а Софи быстро отодвинулась, опасаясь доверять ему.

– Итак, моя дорогая, как вы себя чувствуете?

Неужели ему это и вправду интересно?

– Отвратительно! – воскликнула она. – Меня похитили! Пожалуйста, сэр, вытащите меня отсюда. У моей матери много денег. Она очень знаменита. Она сделает все, чтобы вызволить меня. Все, что угодно!

– Но ведь вы же сирота!

– Я солгала. Мою мать зовут Луиза Кэнфилд. Спросите у нее сами. – Софи показалось, что доктор смотрит на нее с симпатией, однако не верит ей. – Я ничего не придумала! Я говорю истинную правду!

– Скажите, вас здесь хорошо кормят? – спросил доктор так, словно не видел, как она испугана, и не слышал ее просьб. Он принялся копаться в своей черной сумке и как бы между прочим заметил: – А вы знаете, что этот известный детектив – лорд Загадка – ищет вас? Я читал об этом в газетах.

– В самом деле? – Софи даже чуть придвинулась к мужчине. – Неужели это правда? В таком случае он непременно найдет меня, ведь так? Он же способен раскрыть любое самое запутанное дело.

Доктор кашлянул и невесело улыбнулся. Он достал из сумки блестящий инструмент, о назначении которого Софи не догадывалась.

– Ох-хо-хо, милая девочка, он вас не найдет. Вы находитесь в таком месте, о котором совершенно никому не известно.

– А где я? Ну скажите же мне!

– Мисс Парнхем, сейчас вам будет немного… неприятно.

– Вот! Я написала матери записку. Отдайте ее, пожалуйста, Луизе Кэнфилд! Очень вас прошу! – не слушая его, молила Софи.

– Но, мисс Парнхем…

– Сжальтесь надо мной, сэр! Здесь не написано, где я, поскольку я и сама этого не знаю. Но мама поймет, что я жива. Она, должно быть, с ума сходит от беспокойства. Ну пожалуйста!

На лице доктора отразилось сомнение. У Софи было ощущение, что он готов оказать ей содействие – или же это просто профессиональная привычка?

– Умоляю вас, сэр!

– Давайте-ка мы с вами заключим сделку, моя дорогая. Я возьму ваше письмо и очень серьезно подумаю, стоит ли мне отдавать его вашей матери. А вы должны сделать для меня кое-что взамен.

– Что именно? Я на все готова!

– Вы ляжете на спину, и будете лежать тихо-тихо. Возможно, вам будет немного больно, но долго это не продлится. Вы должны лежать спокойно и не отталкивать меня, иначе я могу вас серьезно покалечить.

Доктор поднял устрашающий предмет, похожий на какой-то зажим с когтями.

– Что это? – похолодев от ужаса, спросила Софи.

– Это хирургический инструмент, называется он «зеркало».

– И что вы собираетесь с ним делать?

– Я хочу осмотреть вас, мисс Парнхем, чтобы удостовериться в том, что вы здоровы и непорочны.

Непорочна! Кровь застыла у Софи в жилах. Неужели он намерен сделать то, чего она так опасалась? Стыд и страх охватили ее. Неужели она позволит, чтобы с ней сотворили такую ужасную вещь?

Словно бы почувствовав ее состояние, доктор успокаивающим голосом произнес:

– Пожалуйста, не сопротивляйтесь. Много времени это не займет.

Софи поняла, что заключает сделку с дьяволом, к тому же она вовсе не была уверена, что он свои обязательства выполнит. Но что ей оставалось? Она сделала так, как он просил, и уставилась в потолок, кусая губы. Руки ее судорожно комкали простыни, пока она ждала оскорбительных действий со стороны врача.

– А теперь раздвиньте ноги, мисс Парнхем. Вот так, пошире. Да-да, умница.

Софи закрыла глаза, мечтая о том, чтобы все это оказалось лишь дурным сном. Но то была реальность – и такая ужасная, что не привидится и в страшном сне.

Глава 14

– Лидия! – взволнованно окликнул ее Хью. Дворецкий сообщил ей о его приходе, но Лидия, похоже, не услышала его.

Она стояла среди цветов в небольшом саду, который был разбит позади дома. Густой цветочный аромат витал в воздухе. Было слышно, как за стеной, окружавшей сад, плещется Темза и гудят проплывающие мимо баржи. Но эти звуки едва ли привлекли внимание Хью.

Он видел, слышал, ощущал только одну Лидию. Лишь она занимала его мысли и будоражила чувства. Как же она красива в этом элегантном черном платье! Как превосходно держится! Просто удивительно, сколько силы в этой женщине. На ее губах застыла легкая вежливая улыбка, свидетельствующая об умении владеть собой. Она была самой прекрасной из всех женщин, каких ему доводилось видеть, и единственной, кого он когда-либо по-настоящему любил.

– Лидия! – позвал Хью чуть громче.

Должно быть, на этот раз ветер донес его слова до нее. Она вздрогнула и подняла голову. Ее лицо осветилось радостью.

– Здравствуй, Хью, – сказала она, заставив себя не броситься к нему.

Он подошел к Лидии – настолько близко, насколько дозволяли приличия.

– Я сожалею о твоей утрате, – сказал Хью и, взяв обе ее руки, прижал их к своей груди. Как же приятно было прикасаться к ее коже. Хью чуть было не рассмеялся, вспомнив ее уверенное и крепкое рукопожатие, когда она предстала перед ним в роли Полуночного Ангела. Но улыбка вмиг слетела с его лица, едва он почувствовал, как между ними разгорается огонь желания. Еще никогда ни одну женщину он не желал так страстно. И никогда, ни с одним человеком он не ощущал такой духовной близости. Им не нужны были слова, чтобы выразить все, что они думают и чувствуют.