Сабрина Джеффрис - Шалун в ее постели

Когда миссис Лейк подошла к мужу и попросила его потанцевать с ней, стоявший рядом Оллсопп обронил:

— Мисс Лейк сегодня невероятно прелестна.

Взглянув на пивовара, Джаррет увидел, что тот во все глаза таращится на Аннабел. И в тот же миг Джаррет вновь ощутил укол ревности, казалось бы, совершенно неуместный. Разумеется, Джаррет прекрасно понимал, что не имел никаких прав на Аннабел, — однако ничего не мог с собой поделать. «Черт побери, — думал он, — ведь у Оллсоппа же есть жена! Поэтому он не должен так на нее таращиться. И никто не должен!»

С трудом овладев собой, Джаррет с деланным безразличием заметил:

— Странно, что она до сих пор не вышла замуж.

Оллсопп осушил стакан пунша и с усмешкой проговорил:

— Не вышла вовсе не потому, что никто не берет. Напротив, очень даже берут… Насколько мне известно, она отказала нескольким весьма достойным джентльменам.

«Вот как?! — мысленно воскликнул Джаррет. — Что ж, очевидно, не только я не соответствую непомерно высоким запросам этой женщины». Но это открытие нисколько его не успокоило, — напротив, вызвало новые вопросы. Действительно, почему столь чувственная женщина избегала брака?

— Наверное, ей приходится постоянно сидеть дома, чтобы присматривать за братом, — предположил Джаррет.

— Да, верно. Присматривать за ним — это точно не помешает, — с ухмылкой отозвался Оллсопп.

Что-то в ответе пивовара насторожило Джаррета. Внимательно посмотрев на собеседника, он спросил:

— Из-за его болезни, да?

Оллсопп рассмеялся.

— Совершенно верно, из-за болезни. Если теперь это так называется.

Джаррет на несколько секунд задумался, потом произнес:

— Нет, не думаю, что именно так… — Он затаил дыхание, ожидая, что собеседник продолжит, пояснит, что имел в виду. Спрашивать же напрямик, наверное, не следовало.

Оллсопп немного помолчал, потом откашлявшись, вновь заговорил:

— Видите ли, сэр, мы не так терпимы, к пьянству, как вы, лорды. Разумеется, нет ничего дурного в том, чтобы время от времени пропустить стаканчик, но когда человек забрасывает дела, потому что утонул в бутылке… на это, сэр, мы не можем закрывать глаза.

При этих словах пивовара Джаррет невольно вздрогнул. Так вот оно что?! Может, именно это Аннабел пыталась от него скрыть?!

Но с другой стороны, наверное, не стоило доверять словам конкурента… Ведь Оллсопп, возможно, догадался, зачем он, Джаррет, приехал сюда.

— А я и не предполагал, что проблема моего друга столь серьезна, — заметил Джаррет с невозмутимым видом. — Дамы говорили мне о его болезни, и я решил, что в этом-то и состоит причина его затруднений.

— Конечно, они не скажут вам правду. Им было бы стыдно об этом говорить. Они от всех это скрывают. — Оллсопп снова усмехнулся. — Как будто в таком маленьком городке, как наш, возможно что-либо скрыть. Ведь люди все видят и не молчат. Не молчат и слуги, сами понимаете. Скажите, разве он выглядит таким уж больным? Ну как, по-вашему? — Пивовар кивнул в сторону танцевальной площадки, где мистер Лейк лихо отплясывал рил. Слишком уж лихо для больного человека, всего несколько часов назад находившегося под влиянием настойки опия.

«Но ведь он же спал в середине дня, — подумал Джаррет. — Кто, если не больной, будет спать в такое время?»

Ответ был очевиден: тот, кто пил всю ночь напролет.

Да-да, теперь все ясно! Теперь понятно, почему так смущался юный Джордж, когда речь заходила о болезни его отца. И понятно, почему так встревожилась Аннабел, когда он сказал, что поедет в Бертон, чтобы взглянуть на пивоварню.

Ну и нервозность миссис Лейк — с этим тоже все ясно. Что ж, он, Джаррет, с самого начала подозревал, что от него что-то скрывают. И скрывали, оказывается, вовсе не смертельную болезнь мистера Лейка, а совсем другую «болезнь».

Проклятие, мог бы и сам догадаться! Ведь Бертон — не Лондон. Люди в провинции всегда очень сочувствуют больным и делают им послабления.

Но к пьяницам такого внимания не проявляют, особенно в кругах коммерсантов. Таких в провинции всегда считали слабыми и ненадежными партнерами, и таких все избегали — во всяком случае, старались не иметь с ними серьезных дел. Хотя семье мистера Лейка, наверное, сочувствовали.

Джаррет с каждым мгновением все больше мрачнел. Проклятие!.. Со смертельной болезнью Лейка он, возможно, еще мог бы смириться, но вот пьянство… Иметь компаньона-пьянчугу — это слишком рискованно. Ведь если Лейк из-за пьянства утратил доверие всех своих коллег, то как же он, Джаррет, сможет убедить магнатов Ост-Индской компании сделать заказ на его светлый эль?

Да-да, уж лучше бы Лейк находился при смерти. Тогда временное руководство компанией взяла бы на себя Аннабел. Джорди после смерти отца унаследовал бы пивоварню, — а уж с ним Аннабел договорилась бы. А вот пьяница… Пьяница крайне ненадежен и непредсказуем. И с ним никто не-захочет связываться.

Да и ему, Джаррету, подобное сотрудничество грозило катастрофой. А ведь семья Пламтри и без того испытывала затруднения…

Но почему же он оказался таким глупцом? Почему доверился Аннабел и пошел на неоправданный риск? Ведь с самого начала было ясно: она что-то скрывала, что-то утаивала. Черт побери, наверное, все из-за того, что ему очень уж захотелось переспать с ней, Более того, он и сейчас этого хотел. Да-да, именно в этом все дело. И он просто убедил себя в том, что ее план необычайно хорош.

Немного успокоившись, Джаррет спросил:

— А давно ли Лейк забросил дела своей компании?

— Год назад, наверное. Я слышал, что он запил, когда русские тарифы подкосили наш рынок. У Лейка были серьезные убытки, и он не смог справиться с разочарованием. Во всяком случае, именно так мне это представляется. И сейчас его компания хоть как-то держится на плаву лишь благодаря усилиями мисс Лейк и управляющего. Мисс Лейк готова на все, лишь бы спасти пивоварню своего отца! Но она женщина, поэтому…

— Поэтому не может управлять пивоварней, не так ли? — послышался у них за спиной негромкий женский голос.

Обернувшись, они увидели Аннабел. Смертельно бледная, она смотрела на Джаррета с явным чувством вины. И он тотчас же понял: все, что сказал ему Оллсопп, — чистейшая правда.

Выходит, эта женщина постоянно лгала ему. Лгала, хорошо понимая, что нанесет своей ложью ущерб его интересам. Она использовала против него его сочувствие к больному человеку. И даже ее поцелуи были фальшивыми!

«Мисс Лейк готова на все, лишь бы спасти пивоварню своего отца!» — так ведь, кажется, сказал Оллсопп. Да-да, она действительно была готова на все. А он Джаррет, пошел у нее на поводу. Безмозглый идиот — вот кто он такой! Ох, когда же он усвоит, что забота о ближних — вернейший путь к боли и утратам?