Элизабет Деланси - Предначертано судьбой

Скоби мечтательно ухмыльнулся. — Я чувствую себя на небесах.

Действие морфина приводило к желаемому результату. — Нет, вы пока еще не на небесах, — сказал Джулия.

Она снова тщательно протерла руки спиртом и простерилизовала хирургические инструменты дезинфицирующим раствором. — Сейрабет, — обратилась она к девушке, — открой, пожалуйста, немного окно. Нам нужен свежий воздух.

Затем она взяла хлороформ и, обильно смочив им вату, поднесла его к носу и рту Скоби.

— Ну вот, мистер Скоби. Сейчас я вам. дам немного хлороформа. Дышите нормально, не очень глубоко.

Скоби что-то проворчал про себя. Джулия поднесла вату с хлороформом еще ближе, прощупывая одновременно его пульс.

— Ну вот, он уже засыпает. — Она подождала еще несколько минут и убрала вату с хлороформом.

Только после этого она приступила к операции, глубоко погружая хирургические инструменты в тело раненного пациента. Самая трудная задача заключалась в том, чтобы вынуть все осколки раздробленной пулей кости. Любой оставшийся в теле кусочек кости мог впоследствии привести к заражению со всеми вытекающими последствиями. Сейрабет послушно выполняла все ее приказания.

Когда все раны были очищены, Сейрабет плотно приложила к ним бинты, чтобы остановить кровотечение, оставляя Джулии только рваные края раны, с тем чтобы она могла наложить швы. Пульс Скоби все это время оставался стабильным, а дыхание — ровным. По всем признакам этот человек имел здоровье быка.

К тому моменту, когда Джулия наложила последний бинт, она почувствовала, что у нее начинают болеть глаза. Давало о себе знать длительное напряжение во время операции. Она поднесла Скоби вату с хлороформом, чтобы он продолжал спать, затем сняла хирургический фартук и с удовольствием расправила плечи, потирая руками ноющую спину.

— Сейрабет, ты просто чудо, — сказала она девушке. — Иди домой и немного отдохни.

Сейрабет устало оглядела комнату. — Лучше давайте уберем здесь.

— Нет, Сейрабет, — сказала Джулия. — Я не могу этого сделать прямо сейчас. Мне нужно немного посидеть и отдохнуть. — Джулия подошла к мягкому стулу и устало опустилась на него. — Если ты не хочешь сейчас идти в город, можешь поспать здесь. У меня наверху есть несколько теплых пледов.

— Благодарю вас, но я думаю, что мне следует вернуть лошадь, которую я одолжила у одного приятеля, пока он не собрался меня застрелить.

Она подошла к двери и на мгновение остановилась. — Не будьте слишком строги с Джибом, мадам.

Джулия устало закрыла глаза. — Спокойной ночи, Сейрабет.

ГЛАВА 14

Джулия неожиданно проснулась. Прищурив глаза, она внимательно огляделась вокруг, пытаясь определить, откуда исходит звук, который ее побеспокоил. Она посмотрела на часы: была почти половина третьего ночи. Скоби лежал на столе, и его дыхание было вполне нормальным. Прихватив с собой лампу, Джулия поспешила вверх по лестнице, чтобы проверить все ли было в порядке с Джимми Эймсом, который безмятежно спал, издавая хрюкающие звуки.

Она вернулась в операционную, надела чистый фартук и принялась за уборку. Она отложила в сторону хирургические инструменты, которые должны быть тщательно простерилизованны, опорожнила емкости, в которых находилась кипяченая вода, и собрала окровавленные губки, которые нужно было прокипятить и очистить от крови. Весь пол операционной был запачкан грязью и остатками жевательного табака. Завтра она должна все это протереть карболовой кислотой.

Застонал Скоби. Его следует перенести на кровать в соседнюю комнату, подумала Джулия. Придется попросить Мосси, чтобы он помог ей сделать это.

Затем она открыла дверь операционной комнаты и вышла наружу. Свет из окна освещал небольшую веранду, на которой смутно виднелась неясная фигура человека, сидящего на ступеньках.

— О! — воскликнула Джулия, запахнув свой халат от неожиданно охватившего ее страха.

Человек на ступеньках поднял голову. — Это я.

— Джиб! Вы напугали меня до смерти.

Заметно покачиваясь, он поднялся на ноги. Поначалу Джулия подумала, что он пьян. Затем он потер глаза, и она поняла, что он спал.

— Где Скоби? — спросил Джиб, проведя обеими руками по лицу и резко тряхнув головой, чтобы прогнать остатки сна.

— Он в операционной. Помогите перенести его в другую комнату.

Джиб последовал за Джулией в комнату, где лежал на столе Скоби. Он был накрыт одеялами, его плечи были обнажены и покрыты бинтами.

— Господи Всемогущий, — воскликнул Джиб, — да он же совсем голый!

— Он не голый, — шепотом сказала ему Джулия. — И, пожалуйста, потише. Он должен хорошо и долго спать.

Она пошла в небольшую кладовку и принесла оттуда носилки. — Поднимите его ноги, — приказала она. — Поосторожней, пожалуйста.

Скоби был худощавым человеком и поэтому не очень тяжелым. Они перенесли его в соседнюю комнату и положили на кушетку. Джулия принесла бутылки с горячей водой и положила их к его ногам. Затем она накрыла его одеялами и поставила рядом с кушеткой чашку с водой.

— Я останусь здесь на всю ночь, — сказал Джиб. — Я буду сидеть рядом с ним и позабочусь о том, чтобы этот сукин сын не стал громить тут все вокруг.

Боже мой, подумала Джулия. Скоби не в состоянии даже ползти, не говоря уже о том, чтобы устроить здесь погром. — Я дала ему хлороформ и морфин, и поэтому он все равно что мертв.

— Все равно я не оставлю вас здесь одну, — упрямо сказал Джиб. — В городе полно всяких придурков, которые стараются выпустить пар и в случае чего, они придут к вам в любое время ночи.

Подбородок Джиба выразил крайнюю форму упрямства. Джулия никогда не видела его таким решительным. Она вытолкала его из комнаты и прикрыла дверь. — Я оказываю помощь всем людям, Джиб, — сказала она мягко, но решительно. — Никто из них не собирается причинить мне зла.

— А что, если они пьяны в стельку, но при этом помнят, что вы хорошенькая женщина? И к тому же совсем одна?

Джулия резко повернулась к нему.

— Я оказываю медицинскую помощь. Сегодня ночью сюда привезли раненного человека, и я сделала все, что могла. И я буду продолжать это дело до тех пор, пока какой-нибудь квалифицированный специалист не займет мое место. А сейчас, вы можете остаться здесь или уйти прочь. Я слишком устала, чтобы предпочесть то или другое. Но я не желаю, чтобы вы вмешивались в мои медицинские дела.

Она подняла бутылки с хлороформом и морфином и поставила их в шкаф со стеклянной дверцей.

— А поскольку вы так озабочены моей безопасностью и моей репутацией, то возможно объясните мне, почему рассказывали Гарлану Хьюгзу всякие грязные истории обо мне.