Селеста Брэдли - Повеса в моих объятиях

— Не то чтобы. Не аристократ. Просто богатый.

— Богатый, говоришь, — прошептал Гаффин как будто сам себе. — И зачем такой богатый, неаристократичный малый связался с женщиной вроде Шанталь? Жениться, что ли, хотел? Привести ее в свое общество и превратить в леди?

Со всех сторон послышались смешки. Гаффин поднял палец. Тут же наступила тишина.

Колин спокойно посмотрел на Гаффина.

— Вполне точное определение тому, что я собирался сделать.

У Пруденс екнуло в груди. Он что, все еще собирается жениться на Шанталь? Даже сейчас? Даже после всего, что услышал? Даже после того, как ни у кого не осталось сомнений в том, что Шанталь за человек? Даже теперь, когда не осталось ни малейшего светлого пятнышка на ее репутации, чтобы в него можно было еще верить?

— Эй! — крикнул Манке, бородач, вскочив со своего места.

Пруденс споткнулась и с ужасом поняла, что пролила эль на плечи и грудь мужчины. Все в комнате разом уставились на нее. К тому же ее чепчик съехал набок, когда она наткнулась на Манкса. Ее рыжие волосы выскользнули из булавок и привлекли внимание собравшихся не хуже сигнального огня.

Вздрогнув, она опустила голову, попытавшись спрятать лицо.

— Простите, сэр! Я принесу вам полотенце! — Ее попытки ускользнуть из кухни были пресечены единственным словом Гаффина:

— Ты!

Пруденс застыла на месте. Удары сердца заглушил протестующий голос Колина:

— Гаффин, мы прервались на середине сделки!

Вдруг Пруденс почувствовала на плече чью-то тяжелую руку, ее развернули. Гаффин оглядел ее с высоты своего роста, его хищный взгляд пронзил ее насквозь, заставив дрожать, словно кролика в капкане.

— Ты, — снова повторил он.

Сердце Пруденс бешено колотилось, когда его взгляд скользил по ней сверху вниз и обратно. Она почти слышала, как работает его мозг, в то время как он пытается вспомнить, где же ее видел.

— Ты. Я тебя знаю.

Глава 27

Гаффин крепко схватил Пруденс. Плечи болели от хватки его сильных пальцев. Он пристально посмотрел ей в лицо, как будто хотел выведать какой-то секрет, который можно было узнать, лишь изучая ее.

— Я тебя знаю, — медленно сказал он. — Откуда я тебя знаю?

Пруденс опустила глаза, пытаясь спрятать лицо за волосами.

— Не могу знать, сэр.

Он слегка тряхнул ее и встретился с ней взглядом. Гаффин прищурил глаза.

— Ты! — Он улыбнулся, отвратительная улыбка исказила его привлекательно лицо. — Ты портниха при театре. Та, на которую всегда жаловалась Шанталь, та неряха, которая даже шить толком не умела.

Поняв, что игра окончена, Пруденс засунула волосы под чепчик и взглянула на Гаффина.

— А ты тот самый парень, на которого она всегда жаловалась, что у него не стоит мачта.

Гаффин вновь тряхнул ее за плечи, на этот раз еще сильнее.

Колин зарычал:

— Зачем же так?

Пруденс поняла, что самое время применить грубую силу. Она пнула Гаффина со всей силы по голени, затем по коленке, еще и еще.

— Ох! — Гаффин отбросил ее, сморщившись от боли. Колин горько рассмеялся.

— Никогда не понимал женщин на острых каблуках, приятель.

Гаффин взвыл от боли и ринулся к упавшей Пруденс, и схватил ее за руку и рывком поднял на ноги. — Я проучу тебя, стерва! — Он занес руку и наотмашь ударил ее по лицу.

Пруденс без звука упала на пол, словно тряпичная кукла. Она лежала на полу в полубессознательном состоянии, было даже лучше, учитывая ситуацию.

— Ты мерзавец! — Колин взревел, отбросил своих охранников и кинулся на Гаффина.

Понадобилось четыре головореза, чтобы усмирить его.

— Заткните его! — приказал Гаффин. — Мне надо тут кое с кем разобраться. — Гаффин приблизился к Пруденс и посмотрел ей в лицо. — А ты не плакса.

У нее кружилась голова и на лице полыхал огонь, но она была в ярости настолько, что не могла плакать. Сейчас ей впору было зарычать.

— Не смею мечтать о том, чтобы дать тебе сатисфакцию.

— О-о-о! Для гулящей девки ты слишком высокомерна. — Гаффин усмехнулся. — Ну прямо как Шанталь, та тоже была потаскухой. — Он осмотрел Пруденс с ног до головы, зрачки его глаз расширились. — Ты, конечно, не так мила, но зато вполне вышла фигуркой. Может, проверим, как оно при выключенном свете, а? — Он насмешливо фыркнул. — Только не отвечай мне, как Шанталь. Неужели ты думаешь, что мужчина вроде него женится на тебе после всего? Ты небось уже видишь, как живешь в доме джентльмена, плодишь ему щенков, приказываешь его слугам, тратишь его деньги, так ведь?

Он схватил ее и заставил посмотреть в ту сторону, где лежал Колин, которого скрутили четверо мужчин.

— Неужели ты думаешь, что это и его мечта тоже? Его… и твоя? Ведь все это время он мечтал о Шанталь!

Он запрокинул голову и расхохотался. Горькая правда его слов больно кольнула Пруденс, задела ее тайные мысли, в которых она боялась признаться даже себе. Как только он поцеловал ее там, в ночи, у театральной повозки, в ней затеплился маленький огонек надежды. Просто желание, даже не мечта, и вот теперь у нее украли даже это желание.

Она ждала, что Гаффин заметит это, станет насмехаться над ней. Но, к ее удивлению, он освободил ее, швырнув, словно тряпку. Потом подошел к груде бандитов, столпившихся возле Колина.

— Вы чего здесь делаете? — закричал он и, схватив руку одного из мужчин, увидел комок, похожий на липкую коричневую землю. — Вы что, напичкали его опиумом?

У Пруденс перехватило дыхание. Опиум опасен! Если его слишком много, он может даже убить! В театре ходили слухи об актере, который умер от того, что принял слишком много наркотика!

Люди Гаффина запротестовали:

— А что? Ты же сам просил заткнуть его. Вот он и замкнулся, что не так?

— Я сказал заткнуть его, а не убить! Нам не поздоровится, если мы убьем этого денди, ты, идиот! Кроме того, я еще не узнал у него, где Шанталь!

Остальные бандиты недовольно заворчали. Манке презрительно сплюнул.

— Ты думаешь, о чем угодно, только не о деле. Золото надо поделить на семь частей. А до твоей бабы нам дела нет.

Гаффин медленно двинулся в сторону мужчины.

— Ты испытываешь мое терпение, Манке? Я принимаю, твой вызов, прямо сейчас. Как ты относишься к ножам?

Пруденс услышала стон Оливии:

— О-о-о, мой пол!

Тем временем Колин остался на какое-то время без внимания, и Пруденс заметила это. Он попытался встать, схватился рукой за ребра и медленно поднялся.

— Выплюнь все, что у тебя осталось во рту, — отчаянно прошептала Пруденс. — Выплюнь как можно скорее!

Он попытался прочистить рот и горло, еще и еще.