Сабрина Джеффрис - Коварный повеса

О Боже, его дядя… Он совсем забыл о нем. Проклятие! Если дядя узнает о его знакомстве с Мэдлин, он во что бы то ни стало постарается лишить его опекунства.

— Поэтому я и решила познакомиться с сэром Хамфри на вечеринке, — продолжала Мэдлин. — То есть я полагала, что смогу сама все устроить, не вовлекая в это дело вас.

— Но вы уже вовлекли меня, — проворчал Энтони. — Просто вы не сразу сообщили мне об этом.

— Я боялась, что если расскажу вам обо всем, то вы постараетесь настроить сэра Хамфри против меня, — пояснила Мэдлин. — Тогда я потеряла бы свой последний шанс… Попытка познакомиться с ним в обществе казалась более разумной, а ваши вечеринки…

— Да, вы правы, — кивнул Энтони. — В последнее время он только их и посещает.

Он еще больше помрачнел. Черт побери, все, что говорила эта женщина, было чистейшей правдой. Если бы она попросила представить ее сэру Хамфри, он бы действительно пожелал узнать, зачем ей это нужно. И скорее всего дело закончилось бы именно так, как она сказала. То есть сэр Хамфри отказался бы с ней встретиться.

— Я сделала то, что мне пришлось сделать, — прошептала Мэдлин. — Уверена, что вы сможете понять меня.

Энтони кивнул и стал расхаживать из угла в угол.

— Да, я понимаю вас, Мэдлин. Понимаю, почему вы боялись рассказать мне о сэре Хамфри. Ведь его жена не пускает к нему даже друзей. И все–таки… — Он запустил пятерню в волосы. — И все–таки я считаю, что вы могли бы попросить меня о помощи. Возможно, не в самом начале, но попозже, после того как я поцеловал вас. Разве вы не могли довериться мне после этого?

— Здесь дело не в доверии. — Она покачала головой. — Познакомив меня с сэром Хамфри, вы могли бы… еще больше осложнить ситуацию с племянницей.

— Мой дядя не всемогущ! — заявил Энтони в раздражении. — Он бы не узнал, что я вмешался в ваше дело. Действительно, как бы он узнал об этом?

Мэдлин пожала плечами:

— Возможно, как–нибудь… Никогда ведь не знаешь, что может случиться.

— Нет–нет. — Он решительно покачал головой. — Дядя ничего бы не знал. Считаю, что вам следовало попросить меня о помощи. Я мог бы сам поехать в ваш город и все уладить.

— Но я не могла рисковать. Вы могли бы… сделать все еще хуже.

— Не сделал бы. — Он подошел к ней. — И не сделаю. Позвольте мне попытаться. — Мэдлин молчала в нерешительности, и он заявил: — Поверьте, я все улажу. Позвольте мне поехать в ваш город и…

— Нет.

— Мэдлин, вы просто упрямитесь. — Он положил руку ей на плечо. — По крайней мере позвольте мне навести справки.

— Нет! — Она отстранила его руку и встала на пол. — Вы не должны вмешиваться… до такой степени.

Энтони пристально посмотрел ей в глаза:

— Мне кажется, вы о чем–то умалчиваете. Скажите, вы ведь не все мне рассказали?

Она обхватила плечи руками.

— Оставьте это дело, Энтони.

— Нет. — Он решительно покачал головой. — И вообще, я устал от ваших секретов. Вы должны все мне рассказать.

«А может, она выдумала историю об отце? — подумал он неожиданно. — Может, Стоунвилл все–таки прав? Но если так, то что же из этого следует? И что я вообще о ней знаю? Ведь она даже не сказала, из какого именно городка приехала».

— Пожалуйста, Мэдлин, — я хочу знать правду. Всю правду, понимаете?

Она резко повернулась к нему и с отчаянием проговорила:

— Тогда помогите мне встретиться с сэром Хамфри. Сделайте это, и я расскажу вам все.

— Хорошо, только не в этот раз. Расскажите мне всю историю сегодня — или я сейчас отвожу вас домой и умываю руки. — Это был блеф, но она же не могла об этом знать… Она не могла знать, какую власть над ним получила.

— Вы этого не сделаете, — ответила Мэдлин. — И не забывайте: вашу племянницу еще не приняли в школу.

Это заявление взбесило Энтони. Приблизившись к Мэдлин, он процедил сквозь зубы:

— Испортив жизнь Тессе, вы ничего не выиграете, мисс Прескотт. Имейте в виду: если вы скажете миссис Харрис, что я не подхожу на роль опекуна, я опозорю вас в школе, клянусь. Для этого будет достаточно одного слова о вашем отце. Я уж не говорю о вашем присутствии на этой вечеринке. Уверяю вас, вы останетесь без места.

— Но я не собиралась повредить вашей племяннице! — К глазам Мэдлин подступили слезы, и она отвернулась, чтобы скрыть их. — И если вы хотите, чтобы я доверяла вам, то вам не следует говорить такие ужасные вещи.

Энтони тотчас пожалел о своей вспышке. Мэдлин в его Присутствии всегда владела собой, и вот сейчас он довел ее до слез… Ох, ему давно надо понять, что она просто отчаявшаяся молодая женщина, на плечи которой обрушилось несчастье.

— Не плачьте, милая, пожалуйста, не плачьте, — пробормотал он в смущении. — Поверьте, я не хотел вас обидеть.

— Я… не плачу. — Она утерла слезы тыльной стороной ладони.

Он привлек ее к себе и прошептал на ухо:

— Не беспокойтесь, теперь все будет хорошо.

— Но вы не должны п–просить, чтобы я все вам рассказала. Я… не могу… не могу.

— Но я ведь должен узнать, что с вами произошло. — Он провел ладонью по ее спине. — Иначе я не смогу вам помочь, понимаете? — Он заглянул ей в глаза и добавил: — Пожалуйста, расскажите мне все. Апотом, узнав, что с вами произошло, я сделаю все возможное, чтобы помочь вам. Клянусь.

Глава 18

Дорогой Майкл,

вы говорите, что надо держать Мэдлин в узде, но она не лошадь, сэр, — она прекрасно может сама о себе позаботиться. Я уже довольно хорошо ее знаю. Возможно, она слишком увлечена наукой и чрезмерно любопытна порой, однако она совсем не глупа.

Ваш друг Шарлотта.

Мэдлин ужасно хотелось уступить — хотелось рассказать Энтони обо всем и всецело положиться на него. И она видела, что ему тоже этого хочется. Ведь он даже защищал ее от Стоунвилла, он пришел ей на помощь, и он искренне ей сочувствовал — она видела это в его глазах.

К тому же он ревновал ее, ревновал к сэру Хамфри — подумать только! Раньше ни один мужчина никогда ее не ревновал. Ах, как ей хотелось рассказать ему все, как хотелось ему открыться!

Но она не могла.

Узнав, что отца обвинили в попытке соблазнить женщину, воспользовавшись веселящим газом, Энтони наверняка бы задумался. Уж он–то знает, что такое вполне можно проделать. И ведь весь город поверил этим ужасным сплетням. Почему же Энтони должен верить именно ей?

Но даже если бы виконт захотел ей помочь, то что он мог сделать в одиночку, без сэра Хамфри?

Нет–нет, надо добиться, чтобы он познакомил ее со знаменитым химиком — только сэр Хамфри мог ей помочь.

— Что же вы молчите, милая? — Энтони прикоснулся губами к ее лбу. — Ведь вы же хотите рассказать мне все, я это чувствую. После всего, что между нами было, вы должны довериться мне.