Селеста Брэдли - Шпион

Джеймс фыркнул.

– Ты ведь джентльмен, Кол.

А может, действительно толика мужского удовлетворения поднимет Филиппа в собственных глазах? Сделает из него мужчину, как сказал Коллиз.

– Хорошо, мы возьмем его с собой.

– Мы? Вы тоже собираетесь составить нам компанию, отец Джеймс? – спросил Коллиз.

Джеймсе поднял руку, чтобы прекратить дальнейшее подшучивание.

– Лишь для того, чтобы молодой человек не оказался вовлеченным в какой-нибудь скандал. Зная тебя, не исключаю, что его обнаружат голым на дереве в Гайд-парке, распевающим похабные песенки.

Коллиз протестующе вскинул руку.

– Никто так и не доказав, что это был я.

Джеймс рассмеялся в ответ на напускное негодование друга и вновь откинулся на подушки. Да, Филиппу надо развеяться. Тогда, возможно, все вернется на круги своя, и он перестанет смотреть на Джеймса так, будто тот его каким-то образом подвел.

Это было бы чертовски неплохо.

Поскольку ее хозяин собирался вернуться поздно, а подопечный не был настроен заниматься, Филиппа объявила выходной и предложила Робби прогуляться по парку.

– Он даже не слушал, – пробормотал тот в ответ на ее предложение.

– Ладно, но мистер. Каннингтон ушел, а я не прочь съесть мороженого. Если не хочешь пойти со мной, это твое личное дело. Не так-то просто найти лотки с мороженым, когда лето кончилось. Кто знает, когда удастся полакомиться в следующий раз? Кстати, какое твое любимое?

Робби посмотрел на нее понимающим взглядом.

– Ты же знаешь, что мне нравится красное.

– Ну да, конечно. Кто знает, когда в следующий раз доведется отведать малинового мороженого?

– Чертова девчонка, – пробормотал он. – Не понимает, когда нужно оставить человека в покое.

– А я и не навязываюсь, – с притворной обидой фыркнула Филиппа.

Маленький человечек тяжело, совершенно по-взрослому вздохнул, что не могло не вызвать улыбки.

– Ну и иди одна. Оставь меня.

Филиппа, закусив губу, смотрела на макушку его темной головы. Опустившись на корточки, Филиппа приподняла его подбородок и заглянула в печальные голубые глаза мальчика.

– Нет, – произнесла она спокойно и решительно. Независимо от того, как сложатся ее отношения с Джеймсом, она больше не бросит Робби. Никогда. – Мы идем вместе или вообще не идем.

Робби, удивленный ее горячностью, кивнул, соглашаясь:

– Да уж! Видать, тебе страх как хочется мороженого!

Когда они выходили из классной комнаты, Филиппа засмеялась.

– Никогда не вставай между девчонкой и сладостями, Робби. Это должен помнить каждый мужчина.

Когда они подъехали к дому Апкерка в Чипсайде, Джеймс бросил Коллизу красный жилет. Молодой человек удивился?

– Ты раздел полицейского? Я слышал, они трясутся над своей формой больше, чем над золотом.

Джеймс натянул жилет, надев поверх темный сюртук грубого сукна, которыми клуб располагал как раз для таких случаев.

– Это хорошая маскировка. Как только люди видят красный жилет, то больше ни о чем не спрашивают. Таким образом, удается получить необходимые сведения. Поскольку людям не нужны неприятности с полицией, мы даже можем рассчитывать на некоторое содействие.

Коллиз облачился в красный жилет и, секунду поколебавшись, натянул узкий сюртук.

– Мальчишкой я всегда мечтал стать сыщиком.

Джеймс скривил губы.

– В самом деле? А я всегда хотел быть шпионом.

Удача улыбнулась им, когда они вошли в четвертый по счету дом, где сдавались меблированные комнаты. Покрытое тучами небо грозило разразиться дождем. Новоявленные полицейские вошли в захудалое здание, надеясь, что внутри будет уютно и тепло.

Но в доме даже стены пахли затхлой сыростью, и Джеймс понял, что так здесь бывает даже в солнечный день, поскольку старый дом окружен более высокими постройками. Если не считать многолетней копоти на стенах и толстого слоя птичьего помета на крыше, то крохотный газон с увядшими, беспорядочно торчащими сорняками был единственным украшением каменного строения.

Внутри ощущался стойкий запах гниющего дерева и вареной капусты, равно как и более неприятные ароматы. Хозяйка, миссис Фаркорт, худая женщина с неприятным, похожим на лезвие мясницкого топора узким лицом, подтвердила, что рыжеволосая молодая женщина действительно некоторое время проживала в этом доме.

– Она жила здесь около двух месяцев. Поначалу платила исправно, но потом все больше и больше задерживала плату за комнату. Говорила, что ищет работу, но не думаю, что ей это удалось. А что, она у вас что-то стащила?

Они с Коллизом переглянулись.

– А у вас есть основания подозревать эту мисс в воровстве?

Женщина фыркнула.

– Еще бы! Она похитила военное пособие у молодой вдовы, украла сорок фунтов прямо из сундука у этой бедняжки!

– Мы не могли бы поговорить с этой вдовой? Миссис Фаркорт покачала головой.

– Она повесилась, сошла с ума, вот что с ней случилось. Сначала потеряла мужа, потом деньги и в конце концов лишилась рассудка. А эта наглая рыжая ведьма посмела ее обокрасть! Бесси следовало отдать мне свои деньги на хранение.

Ее маленькие глазки-буравчики так и бегали. Джеймс не доверил бы ей и ломаного гроша, не говоря уже о сорока фунтах.

– Значит, эта женщина здесь больше не живет?

– Я ее выставила! Она пришла ко мне, чтобы расплатиться этими крадеными деньгами. Тут-то я и поняла, что это она их украла!

– Под каким именем она жила?

Внезапно миссис Фаркорт умолкла, поджав и без того тонкие губы. На лице появилось выражение алчной хитрости.

– Она ведь вам очень нужна, верно? – Женщина выразительно потерла пальцами о ладонь другой руки. Коллиз только закатил глаза от столь откровенного намека. Джеймс слегка наступил другу на ногу и улыбнулся женщине.

– Я могу вас определенно заверить, что ваши хлопоты будут оценены по достоинству.

– Ее звали Уоттс. – Женщина замялась отчаянно пытаясь вспомнить имя жилички, на лице ее проступало смятенное удивление. – Может быть, Пенелопа?

– Это вы меня, спрашиваете?

– Уоттс, да. Пенелопа Уоттс. Именно так я и сказала тому парню.

Джеймс насторожился.

– Какому парню?

Она пожала плечами.

– Тому, который сегодня опять приходил сюда.

– Как его имя?

– А он не назвал себя.

– Вы можете описать этого человека?

Слегка опешив от требовательности, прозвучавшей в голосе Джеймса, женщина судорожно сглотнула.

– Обычный малый, и все тут. Прихрамывал слегка.

Бесполезно. Джеймс поборол свое раздражение.

– Итак, вы утверждаете, что некая Пенелопа Уоттс – причем в этом имени вы не уверены – девушка с рыжими волосами похитила сорок фунтов у своей соседки и затем полностью расплатилась с вами. После этого вы вышвырнули ее из дома?