Рут Оуэн - Дочь игрока

– Так и будет, когда Парис женится на моей сестре. Хотя сомнительно, что эта кокетка выберет в мужья именно его. – Граф пригладил волосы. – Да, я действительно люблю Касси, но как брат. Господи, я знаю ее с двенадцати лет. Наши отношения всегда были просто дружеские, не более того. Эми сделала совершенно неверные выводы.

Сабрина спросила сдавленным шепотом:

– Значит, ты не намерен жениться на ней?

– Разумеется, не намерен. – Протянув руку, он осторожно приподнял ее подбородок и с удивлением увидел блестящие в глазах слезы. – Почему ты плачешь? Я думал, ты будешь довольна, что я свободен.

– Я довольна. И я не плачу, – возразила Сабрина, но тут же смахнула со щеки слезу. – Я… мне в глаз попала соринка. Ничего страшного.

Нет, она плакала. И личико стало таким несчастным… Она страдала, но Эдуард не имел ни малейшего представления о причинах ее страданий. Он осторожно провел ладонью по ее щеке и смахнул пальцем слезинку, чувствуя себя совершенно беспомощным.

– Пруденс, дорогая, если ты попала в беду, позволь мне помочь…

Со стороны дома снова послышалась музыка.

Эдуард нахмурился.

– Пора возвращаться. Даже самые доброжелательные люди становятся жестокими, когда появляется повод для сплетен. Но наш разговор не закончен. Мы продолжим его утром.

– Утром… – повторила она машинально.

– Да. На рассвете отправимся на верховую прогулку. Полюбуемся восходом солнца над утесами. Обещай, что не забудешь.

– Забуду? – Она посмотрела на него с такой нежностью, о существовании которой в этом мире он даже не подозревал. – Я не забуду ни одной минуты нашей встречи, ни одного мгновения. Но прежде чем я уйду – поцелуй меня, пожалуйста.

– Это… было бы неблагоразумно, – пробормотал граф, заложив руки за спину.

– Я знаю, что неблагоразумно, – кивнула Сабрина, с робкой улыбкой на устах. – И все же прошу об этом. Пожалуйста, поцелуй меня еще раз. Поцелуй так, будто делаешь это в последний раз.

Эдуард всегда считал себя сильным человеком, целеустремленным и решительным, безжалостным, когда требовалось. Но против ее улыбки он не мог устоять. Граф не понял ее просьбы, как не понял и ее слез, но это не имело значения. В тот момент он был способен взобраться на небо и достать ей луну, если бы она попросила об этом.

Эдуард привлек ее к себе и крепко обнял, изумляясь, что такое хрупкое создание сумело разрушить крепкие стены, которыми он окружил свое сердце. Вероятно, причина – ее мужество. И несомненно, ее честность. Не говоря уж о ее стройной фигурке и чудесных губах. Благоразумие боролось в его душе с желанием, и желание победило. Он склонился к ее раскрытым губам.

– К черту гостей. Я хочу…

Пронзительный вопль разорвал тишину ночи. Сабрина ахнула и отстранилась. Глядя в сторону утесов, прошептала:

– Привидение…

– Хотел бы я, чтобы это действительно было привидение, – пробормотал граф. – Это сирена. На шахте обвал.

Сабрине казалось, что она стоит у врат ада.

Она замерла в дверях конторы управляющего и смотрела, как столб черного дыма поднимается к рассветному небу. Дым вырывался из подъемника подобно дыханию дьявола. Двигатель пыхтел, надрывался – поднимали крепежный лес, камни и раненых рудокопов из обвалившихся штолен. Пока что расчистили только два уровня, и хотя пострадавших было много, погибших еще не обнаружили. Пока.

– Воды, – прохрипели за спиной.

Рина тотчас же обернулась. Вместе с другими женщинами она делала все, что могла: они ухаживали за ранеными в наскоро устроенном лазарете, перевязывали пострадавших и успокаивали их.

Сабрина отошла от двери и налила воды в жестяную кружку. Потом с улыбкой опустилась на колени рядом с молодым человеком, который ее позвал. Она осторожно приподняла его голову, стараясь не задеть шины, которые доктор Уильямс наложил на сломанные руку и ногу.

– Не торопись, Том. Доктор сказал, чтобы ты пил маленькими глотками. Вот так, молодец.

Парень сделал последний глоток, потом поднял глаза на Рину:

– Ничего не слышно о моем старике?

Отец Тома находился на самом нижнем уровне, когда произошел обвал. Рина пригладила покрытые пылью волосы парня.

– Пока ничего. Но сейчас в подъемник грузят оборудование, и скоро начнется спуск. Я тебе скажу, как только что-нибудь узнаю. А теперь попытайся немного поспать.

Она хотела отойти, но парень схватил ее за руку.

– Благослови вас Господь, мисс, – выдохнул он, затем вытянулся на подстилке и погрузился в сон.

Сабрина поставила кружку на стол и вытерла ладони о подол простенького платья, в которое переоделась после бала. С болью в сердце она обвела взглядом комнату, заполненную пострадавшими. Несколько часов назад эти люди ужинали вместе со своими семьями или сидели с друзьями в местном пабе, перед тем как спуститься в шахту. Им все-таки повезло – они остались живы. Рина задумалась… Как все может измениться в жизни в одно лишь мгновение… Весь мир может разбиться вдребезги потому только, что осыпалось несколько камней. Или из-за поцелуя в полночь.

Она не видела Эдуарда с тех пор, как они покинули сад, но слышала о нем от других. Очевидно, он руководил спасательными работами. И конечно, рисковал жизнью, снова и снова спускаясь вместе со спасателями в шахту, чтобы вызволить тех, кто остался под завалом.

Рудокопы говорили о его смелости и находчивости. О нем даже сочинили стихи: «Черный Граф с золотым сердцем». Рина тоже восхищалась мужеством графа, и все же душу ее терзал страх… Каждую секунду ее сердце замирало – ведь Эдуарду грозила смертельная опасность. Услышав скрип подъемника, очередной раз спускавшегося в шахту, она прижала ладонь ко рту и стала молиться, чтобы крепления в туннелях не рухнули; чтобы продержались еще немного… Кто-то легонько коснулся ее плеча.

– Кузина, ты опять побледнела.

Сабрина обернулась и, увидев Эми, попыталась улыбнуться:

– Со мной все в порядке.

– В порядке? Да ты едва держишься на ногах. И доктор говорит то же самое, – добавила Эми, кивая в сторону Чарльза Уильямса, перевязывавшего одного из пострадавших. – Возвращайся в Рейвенсхолд и отдохни немного.

– Возможно, мне и необходим отдых. Но я нужна здесь, – ответила Рина, оглядывая лазарет. – Скажи, ты могла бы уйти сейчас, когда люди нуждаются в твоей помощи?

Эми нахмурилась – совсем как ее старший брат.

– Честное слово, никогда не встречала таких упрямых людей, как ты. Не считая доктора Уильямса… Может, по крайней мере, выйдешь на несколько минут и подышишь свежим воздухом?

Легче было уступить, чем спорить.

– Хорошо, но только на несколько минут, – согласилась Рина.