Бобби Смит - Небеса

— Тебе нелегко будет притворяться.

— А мне никогда не было легко.

Их взгляды встретились. Уин еще раз поцеловал ее.

— Спокойной ночи, Алекс.

С этими словами он ушел, а она осталась одна в каюте. За несколько часов все в ее жизни перевернулось. Неожиданно она получила сладчайший дар — то, о чем она не смела и мечтать. Но вместе с этим поняла: она потеряет Уина, если он узнает об ее ужасной тайне.

Алекс решилась, было довериться Уину, но в ушах у нее звучали его слова о том, как он ненавидит братьев Энтони и всех, кто имеет с ними дело. И Алекс отказалась от своего намерения. Уин и Мэтт, конечно, смогли бы ей помочь избавиться от преследований Филиппа и Роберта, но они никогда не смогут помочь ее отцу. Чем больше она слышала о Филиппе и Роберте, тем безнравственнее они ей казались.

Она была уверена, что тем или иным способом они как-то связаны со своими людьми в лондонской тюрьме. Если она будет защищать здесь интересы Лоуренса, Мэтта и Уина и не отдаст братьям венец, в мгновение ока судьба ее отца будет решена. Она не может так рисковать. Она сделает все необходимое, чтобы спасти отца. Даже ценой разрыва отношений с любимым человеком.

Алекс пыталась отогнать мысли о младших Энтони прочь. Прижав к груди подушку, она вспоминала Уина, его любовь и нежность. Сколько ей еще осталось провести с ним ночей, прежде чем они найдут венец? Пусть это будет совсем скоро, но пока она собирается наслаждаться счастьем, которое Уин может ей дать, и постарается, в свою очередь, сделать его счастливым. Алекс пообещала себе, что ничего не будет от него больше скрывать. Но одну тайну все-таки сохранит. Жизнь отца стоит этого. Она жаждет поделиться с Уином своей тревогой, но не сделает этого. Только так она спасет отца.

Алекс закрыла глаза. Страх мучил ее с того момента, когда братья Энтони в первый раз появились на пороге ее дома в Бостоне. Засыпая, она лелеяла тайную надежду, что ей удастся скрыть от Уина свои отношения с Филиппом и Робертом. Она должна постараться.

Было темно и тихо, когда Уин вошел в каюту. К счастью, Мэтт спал. По крайней мере, так показалось Уину. Он не собирался обсуждать с Мэттом то, что случилось в каюте Алекс. Он хотел побыть наедине со своими воспоминаниями о сегодняшней ночи, хотел покоя и тишины. Раздевшись, Уин собирался, было лечь в кровать, как вдруг Мэтт сказал:

— Что-то ты так задержался?

— Приятно, что ты обо мне так заботишься.

— На самом деле я все это время лежал и думал, что ты можешь делать так долго в полном одиночестве на палубе… А потом мне пришло в голову, что ты был не один, а с моей женой.

— Алекс тебе не жена.

— Хорошо, что я не ревнив, — хихикнул он, — У меня такое чувство, что между вами что-то произошло и вы уже не просто друзья.

Уин понимал, что Мэтт шутит, но ситуация вовсе не казалась ему смешной.

— До сегодняшней ночи мы были просто друзьям.

— А сейчас?

— А сейчас — она для меня все.

— Она неотразима, — согласился Мэтт, тихо улыбаясь в темноте.

Он не привык завидовать чужому счастью, поэтому только порадовался случившемуся между Уином и Алекс. Мэтт давно заметил, что они симпатизируют друг другу.

— А как она восприняла весть о том, что мы больше не муж и жена?

— Обрадовалась.

— Весьма неприятная новость! А мне так нравилось быть на ней женатым. Она была чудной невестой.

— Надеюсь, когда-нибудь она станет моей невестой.

— Да? Но только на этот раз не проводи церемонию собственноручно, — засмеялся Мэтт, — иначе окончишь свои дни в одиночестве, как я.

— Воспользуюсь твоим советом.

— А что Алекс сказала, когда узнала, что ты не священник?

— Ну, если коротко, она была шокирована: ведь это совершенно изменило наши отношения. — Уин улыбнулся, вспоминая ее страстность, тепло ее тела.

Мэтт был рад, что они нашли свое счастье, но он не хотел поставить под угрозу их экспедицию.

— Но, я надеюсь, ты был осторожен? Никто не видел, как ты вышел из каюты Алекс?

— Нет. Я сперва убедился, что вокруг никого нет. Я должен защищать ее репутацию, а не разрушать.

— Не говорите уж о вашей репутации, любезный «отец» Уин. Понимаешь, ты должен изображать священника, пока мы не причалим в Новом Орлеане послезавтра.

— Я знаю.

Мэтт услышал досаду в его голосе и засмеялся:

— Спокойной ночи, «святой отец». Приятных сновидений.

— По-моему, тебе нравится мое глупое положение.

Продолжая посмеиваться, Мэтт завернулся в одеяло и заснул, оставив Уина наедине со своими мыслями.

На следующий день они поднялись позже обычного. Мэтт, внимательно наблюдая, как Уин надевает свой белый воротничок, не удержался от смеха.

— По-моему, этот день будет для тебя нестерпимее всех прежних дней путешествия. Как тебе кажется? — съехидничал Мэтт.

— Мне кажется, нам пора найти Алекс и завтракать, — ответил Уин, отказываясь от предложенного тона и накидывая черный плащ. Ему не терпелось снова увидеть Алекс.

Алекс была готова и ждала, когда Мэтт и Уин зайдут за ней. Она мало спала, поэтому неважно себя чувствовала. Но даже в таком состоянии ей пришлось прикладывать усилия, чтобы не выдавать своих чувств. Она любила Уина, но не должна была и виду показывать.

Она хотела посвятить ему всю жизнь. Но скоро ей придется предать его. Алекс знала, что оставшийся день борту парохода будет настоящим испытанием, но деялась, что ей хватит сил с честью выдержать его. Стук в дверь заставил ее сердце бешено заколотить. Глубоко вздохнув, Алекс открыла дверь и столкнулась лицом к лицу с Уином. То есть с отцом Уином.

— Доброе утро, святой отец, — сказала она.

— Доброе утро, — ответил Уин и, понизив голос, добавил: — Ты чудесно выглядишь сегодня.

— Спасибо. — Ее глаза светились счастьем. Она ласково улыбнулась Уину, едва замечая, что Мэтт стоит рядом. — Привет, Мэтт, — сказала она, не отводя взгляда от Уина.

— Да, ты действительно чудесно выглядишь, Алекс. Однако, по-моему, пора подумать о завтраке. Как вам эта идея, святой отец? — громко заявил Мэтт, стараясь отвлечь влюбленных друг от друга, чтобы они не зашли слишком далеко.

Слова Мэтта несколько отрезвили Уина. Мэтт прав: пора подумать о завтраке. Пожалуй, ему не повредила бы и холодная ванна.

Завтрак был подобен медленной и мучительной пытке. Уин сидел напротив Алекс, но не мог даже дотронуться до нее, поцеловать ее. Последующие несколько часов были так же невыносимы: находясь рядом с Уином, Алекс была вне досягаемости.

Уин уже мечтал о сладком послеобеденном отдыхе, к сожалению, это будет отдых наедине с Мэттом, а Мэтт, безусловно, не Алекс, хотя и прекрасный человек.

Нетерпение нарастало в нем все сильнее при виде безмятежно прогуливающихся влюбленных парочек. Для него же все эти вольности пока строго запрещены, и он не может сделать именно того, чего ему хочется больше всего.