Мэй Макголдрик - Неверный жених

– Может быть, лучше в Бенморе? – осторожно спросила Джейми. Замок Данвиган, древняя крепость рода Маклеодов, стоял на утесе над морем; он был прекрасен, и из окон его открывался вид на сверкающую морскую гладь, но это был замок Малкольма. Джейми бывала там только вместе с родными и никогда не оставалась с хозяином наедине. А теперь с этим замком для нее неразрывно связывались воспоминания о боли и горьком унижении. Что же до Бенмора – это было родовое гнездо Макферсонов: там Джейми выросла, там впервые встретилась с Малкольмом.

– Нет, дорогая, только не Бенмор! – покачал головой Малкольм, садясь рядом с ней. – У меня просто не хватит воображения!

– Но почему?

– Тишина, – загадочно прошептал он. – Можешь себе представить, чтобы в Бенморе было так тихо?

Джейми помотала головой, невольно улыбнувшись.

Малкольм был прав: во всем Кеннингхолле царила глубокая тишина, нарушаемая лишь шумом дождя за окном.

– Что ты! В Бенморе все время что-то происходит!

– А можно ли там найти хоть одну пустую комнату? И это было верно: по уютным покоям замка Бенмор с утра до глубокой ночи носились дети. Быть может, Джейми, открывая музыкальную комнату для детей, подсознательно стремилась воссоздать милую атмосферу, в которой прошли ее собственное детство и юность. Наверное, именно поэтому музыкальная комната стала ее любимым местом в Кеннингхолле.

Малкольм прав: сейчас здесь удивительно тихо и пусто… В первый раз Джейми поняла, что эта комната часто привлекает ее возможностью уединения. Только здесь она иногда остается одна, чтобы петь и играть для себя, мечтать, просто думать о чем-то своем. Джейми любила Бенмор, но Кеннингхолл дал ей нечто новое – научил оставаться наедине с собой.

– Нет, Малкольм, – прошептала она. – В Бенморе никогда не бывает так пусто.

– Итак, решено, – ответил Малкольм. – Закрой глаза. Мы с тобой в Данвигане.

Джейми зажмурилась – и перед глазами ее, как живые, предстали мощные башни величественного замка. В тот, последний раз она подплывала к заливу Данвиган на корабле. Нет, об этом вспоминать не стоит. В тот день она смотрела на замок со слезами счастья на глазах, видя в нем свое будущее жилище, – но честь стать хозяйкой Данвигана была предназначена не ей.

– На самом деле ты права, – заговорил вдруг Малкольм. – Данвиган – не лучшее место: во многих отношениях там хуже, чем здесь.

– Вовсе нет! – горячо возразила Джейми. – Остров Скай прекрасен – весь, от Куилленских пиков до оврагов Рабха-Ханиш. Малкольм, надо быть настоящим варваром, чтобы не ценить красоту этих мест!

– Должно быть, я и есть варвар, – с грустной усмешкой ответил Малкольм, – ибо не ценю красоту многодневных туманов и вечной промозглой сырости.

– В этом ты прав, – задумчиво прошептала Джейми. Ей казалось, что она чувствует, как бьет в лицо соленый ветер с моря.

– Я знал, что ты согласишься, – кивнул Малкольм. – А вспомни, кто населяет наши острова – грубые, дикие люди, речь их ужасна, понятия о вежливости весьма своеобразные, если не сказать хуже.

– Произношение у них и в самом деле ужасное, прямо как у тебя, – язвительно ответила Джейми. – Что же до вежливости, то, помнится, когда я гуляла по острову, каждый рыбак или пастух, встретившийся на пути, с улыбкой желал мне доброго дня и спрашивал о здоровье моих родителей. Ты лучше вспомни, как живут эти люди: с незапамятных времен они борются за жизнь и с враждебными стихиями, и с сильными врагами. Поистине удивительно, что при этом они сумели сохранить такую доброту и сердечность!

Малкольм молчал, не сводя с нее темных, как ночное небо, глаз.

– Но сам Данвиган на редкость мрачен и неуклюж. Разве не так?

– Данвиган. Замок на скале, – мечтательно прошептала Джейми, глядя ему в глаза.

– Беспорядочная груди камней, продуваемая всеми ветрами, – возразил Малкольм, тоже переходя на шепот.

– Верно, – ответила Джейми. – Замок, под сводами которого в ветреные дни слышится музыка небес.

– Просто эхо, – возразил Малкольм. – Эхо, тысячекратно повторяющееся в пустых залах, по которым бродит угрюмый одинокий лэрд. Джейми улыбнулась.

– Залы полны народу – сегодня праздник. Благородный хозяин замка славится своим гостеприимством: весь остров Скай сидит сегодня за праздничным столом.

– Гости не прибавляют замку красоты. Джейми покачала головой:

– Я вижу, как пылает огонь в очаге, и слышу звуки волынок.

– В Данвигане нет красоты, нет уюта, там нет жизни.

– Нет красоты?! – Джейми по-прежнему шептала, но на этот раз ее шепот был чуть ли не сильнее крика. Малкольм расхохотался от души, радуясь, что видит прежнюю Джейми, и она рассмеялась в ответ. – Ты и вправду варвар, Малкольм Маклеод, если забыл о полотнах Филиппа Анжу – величайшего художника Европы!

– Ты права: работы Анжу – а если говорить правду, то и работы твоей матери, – не знают себе равных. Каюсь в своей невольной ошибке и признаю, что они стоят дороже целого замка.

– Вот как, милорд? – лукаво улыбнулась Джейми. – По-моему, вы льстите моей матери, чтобы заслужить мою благосклонность!

Она поправила пышную юбку, случайно задев колено Малкольма. Все в Малкольме встрепенулось при этом легком прикосновении: огонь, пылающий в его чреслах, рвался наружу. Малкольм сжал кулаки, чтобы не поддаться своим безумным желаниям. Джейми улыбалась, глядя на него: в ее сияющих, смеющихся глазах Малкольм видел отблески своей страсти. О, как он хотел ее!

– Если ты умеришь свое критиканское рвенье и немного подумаешь, – продолжала Джейми, – то, может быть, вспомнишь и иные сокровища своего замка?

Малкольм нахмурился, словно припоминая, но думал он не о Данвигане и не о Шотландии, а только о женщине, сидящей рядом. О ее прекрасном, классически правильном лице, о нежной коже, о черных, как смоль, волосах, в беспорядке рассыпанных по хрупким плечам. Малкольм с трудом оторвал от нее взгляд. Нет, лучше думать о чем-нибудь другом. Он затеял этот разговор, чтобы развеять ее страх, показать, что ему можно доверять. Он надеялся вернуть их старую дружбу. А соблазнять ее не входит в его планы – по крайней мере сейчас.

– Земли Маклеодов, конечно, хороши, – заговорил он с напускным спокойствием, – но совсем нет красивых видов.

– Разве ты забыл вид на пик Хеллавел и плато Маклеодов из западных окон замка? – напомнила Джейми.

– Верно, – согласился Малкольм, хоть и готов был отдать все пейзажи мира за то воплощение красоты, что сидит сейчас рядом с ним. – Но это все-таки не сам замок. Что в нем хорошего? Пустой, голый двор.

– А теперь ты забыл новый искусственный водопад. По крайней мере, он был новым, когда я приезжала туда в последний раз, – улыбнулась Джейми. – А какая прекрасная тропа ведет к нему из замка!