Лиза Клейпас - Объятия незнакомца

– Кажется, я понял, – сказал Макс, обнимая ее за плечи. – А теперь послушай меня, дорогая. Ты имеешь право перевернуть в доме все вверх дном, если захочешь этого. Ноэлайн будет делать все, что ты скажешь ей, если даже в чем-то не согласна с тобой. Что касается Ирэн, думаю, она оценит возможность наслаждаться досугом, как это делают другие женщины в ее возрасте. Кроме того, я не сомневаюсь в твоих способностях преодолеть ее упрямство. Тебе надо только соглашаться с тем, что она говорит, а делать все по-своему. Это единственный способ договориться с ней.

– Но мне не хотелось бы огорчать ее…

– О, не думаю, что ты сможешь огорчить ее больше, чем ей пришлось перенести в жизни, моя милая. Чего стоят только ее внуки.

Лизетта кивнула:

– Хорошо, Макс.

Его пальцы поглаживали ее ключицу, и он улыбнулся, прежде чем поцеловать ее в лоб.

– Спокойной ночи.

Она ждала, что Макс отпустит ее, но он колебался, держа жену за плечи. Улыбка исчезла с его лица. Золотистые глаза напряженно смотрели на нее, и она не могла отвести свой взгляд. Сердце Лизетты тревожно забилось. Она старалась выглядеть спокойной, однако не могла сдержать внезапную дрожь в коленях.

Сейчас это случится, сейчас он настоит на правах мужа, и она не сможет противиться ему. К своему изумлению, Лизетта почувствовала, что сама хочет поскорее покончить с бесконечным ожиданием. Казалось, мгновение длится несколько часов, пока она размышляла…

Макс опустил руки, резко повернулся и пошел прочь. Глядя на удаляющуюся фигуру, Лизетта облегченно вздохнула и неожиданно почувствовала разочарование. Ей захотелось вернуть его, но она не могла этого сделать.

– Завтра приезжает Бэр, – сообщил Клейборн, вытирая платком потное лицо. – Проклятая жара! Мне сказали, что катер, на котором он прибудет, – подарок Уилкинсона. Нашего Уилкинсона! – Он посмотрел в окно, как будто там мог увидеть губернатора территории Верхней Луизианы.

Макс устроился поудобнее в кресле. На лице его мелькнула улыбка.

– Нашего? – повторил он. – Возможно, это ваш Уилкинсон, сэр, но я не решился бы назвать его своим.

– Черт возьми, как вы можете шутить! Неужели не понимаете, что может произойти? Бэр и Уилкинсон вместе представляют собой могущественную пару!

– Понимаю. Но если планы Бэра, как нам известно, распространяются на территории Луизианы и Техаса…

– А также Мексики! – раздраженно напомнил Клейборн.

– И Мексики, – продолжал Макс, – ему потребуется значительный капитал из разных источников. Капитал, который он не способен получить ни с помощью Уилкинсона, ни без него. Креолы, сэр, говорят… il va croquer d'une dent.

– Что это значит?

– Он будет жевать только одним зубом.

Клейборн не улыбнулся.

– Есть вероятность, что Бэр добудет необходимые деньги в Британии. Прошлым августом он имел встречу с Энтони Мерри, послом Великобритании.

– Англичане не станут финансировать его.

– Могут. В настоящее время отношения Соединенных Штатов и Британии едва ли назовешь дружескими.

– Однако англичане сейчас воюют с Францией, а это значит, что они не в состоянии финансировать кого бы то ни было. К тому же Бэр много болтает о своих планах и вряд ли в конечном счете добьется успеха.

– Пожалуй. – Клейборн немного помолчал. – Вполне вероятно. Его успех во многом зависит от соблюдения строжайшей секретности, и меня удивили слухи о его публичном выступлении. На Бэра не похоже, чтобы он безрассудно бросался словами. Самонадеянный мошенник! – Клейборн нахмурился. – Если англичане не станут финансировать Бэра, он обратится к Испании.

– С чего вы взяли?

– Я и многие другие подозреваем с некоторых пор, что Уилкинсон находится на содержании у испанцев.

– И есть доказательства?

– Нет, но подозрения небезосновательны.

– Разумеется, – медленно произнес Макс, – его католическое величество хотело бы вернуть Луизиану под испанскую протекцию. В таком случае для Испании логично стать покровителем Бэра. – Внезапно он опустил брови, как это бывало в момент напряженных раздумий.

– Уилкинсон близок к испанскому уполномоченному в Новом Орлеане маркизу Ирухо, – заметил Клейборн. – Вероятно, Бор проведет несколько дней с Ирухо во время своего визита в Новый Орлеан. Но никто из моих людей не сможет добыть нужную информацию. В настоящее время отношения между испанцами и американцами слишком враждебны. Спор о том, кто имеет права на Флориду, может в конечном счете перерасти в войну!

– Я знаком с Ирухо, – сказал Макс. – Посмотрим, что можно будет узнать от него.

Клейборн снова вытер лицо платком.

– Он наверняка знает что-нибудь. Испанцы – непревзойденные интриганы. Уверен, они осведомлены о каждом шаге Бэра. Надеюсь, Волеран, вы сможете заставить Ирухо рассказать хотя бы немногое из того, что ему известно. Ради всех нас.

– Я тоже надеюсь, – сухо сказал Макс.

– О Господи, как все перепуталось. Что за люди манипулируют народами и целыми странами! Откуда Бэр черпает столько неуемной воли, силы и честолюбия? – Макс молчал, и Клейборн продолжал разговор с самим собой:

– Тесное знакомство с Бэром говорит о том, что он не стал бы участвовать в гнусных планах, если бы несколько лет назад у него не умерла жена. У нее оказался рак, к несчастью, в тяжелейшей форме, и она умирала очень долго.

Макс начал барабанить пальцами по подлокотнику кресла.

– Я едва могу поверить, что это могло повлиять на его политические амбиции, сэр.

– О да, Бэр очень любил ее. Когда ее не стало… – Губернатор задумчиво посмотрел вдаль, вспомнив о своей жене, которая тоже недавно скончалась. – Потеря женщины, жены, может все перевернуть в человеке… вам-то это хорошо известно.

Клейборн осекся, встретившись с бесстрастным взглядом Макса.

Наступила тишина, пока Макс не заговорил.

– Жены бывают разными, – решительно сказал он. – Моя первая не такая уж большая потеря.

Клейборн едва не вздрогнул от холодного равнодушия этого человека. Зачем признаваться в своей неприязни к женщине, которую он преднамеренно убил? Клейборн отчетливо помнил, о чем предупреждали его помощники: Максимилиан Волеран обладает острым умом и порой бывает даже привлекательным, но при этом остается совершенно безжалостным.

– А… как вы относитесь ко второму браку? – не удержался от вопроса Клейборн. Макс слегка пожал плечами:

– Более или менее по сравнению с тем, что я ожидал.

– Я слышал, новая мадам Волеран очень красива.

Макс удивленно приподнял бровь. Беседы между ними редко касались личных тем. Поскольку их цели и политические взгляды были схожи, у них существовали дружеские отношения, однако молодые люди никогда не говорили о семье, детях и личных чувствах, хорошо понимая, что они не стали бы товарищами, если бы не политическая необходимость.