Сьюзен Кинг - Пронзенное сердце

Мэйзри встала, чтобы подкинуть в огонь хворосту.

— Но вот уже больше года жителям долины живется легче. И это благодаря защите Зеленого Рыцаря.

— Защите? Но все же страшно боятся его!

— Да, конечно, это так. Черный Шип и Элрик, а теперь и еще несколько мужчин по очереди изображают это чудовище. Благодаря этому они могут появляться часто и в разных местах, пугая людей Уайтхоука. И , похоже, что сам граф верит в эту детскую сказку. Появления Лесного Рыцаря убедили и его, и его охрану, что долина заколдована, населена призраками и чудовищами.

— Трудно поверить, что таким образом удается держать их на расстоянии.

— Тот, кто сам творит зло, постоянно ожидает зла и от других, милая. Уайтхоук так запугал своих воинов, что они уже готовы поверить во что угодно.

Железной кочергой Мэйзри помешала пылающие угли.

— Сердце графа исполнено зла. Мне кажется, что теперь он уже боится за свою душу.

Подруга внимательно взглянула на Эмилин.

— Рассказывают, что много лет назад он убил даже собственную жену. Вы об этом знали, когда убежали от него?

— Слышала разговоры, — коротко ответила девушка.

— Да, кроме него самого, никто не скажет этого наверняка. Он наделал немало бед в своих землях, а теперь и у нас здесь. И многих убил — и во время битв с французами, и позже. Может быть, злодеяния тяготят его, и он боится расплаты. Наверное, считает, что этот демон хочет унести его душу в ад.

— Он совсем не ест мяса. Говорят, что это покаяние.

Мэйзри с любопытством взглянула на подругу:

— Сказать правду? Меня вовсе не удивляет, что граф ищет очищения и отпущения грехов.

— Но почему же тогда он не хочет добром отдать эти земли монастырям и этим обеспечить покой своей душе?

— Да просто потому, что он невероятно жаден.

Жадность побеждает в его сердце даже чувство вины. Слишком хорош и жирен кусочек, и слишком сильно искушение захватить его.

— Боже милостивый! Я просто обязана вырваться из рук этих Хоуквудов! — покачав головой, проговорила Эмилин. — Но невозможно окончательно от них избавиться, пока мои дети в Хоуксмуре!

Мэйзри нежно сжала руку подруги.

— Бог поможет вам в ваших праведных делах, миледи. Он позаботится о вас.

Эмилин грустно и потерянно рассмеялась.

— Не знаю, я сама или Бог, но это сделать необходимо.

Отпустив руку девушки, Мэйзри повернула голову.

— Смотри-ка! Элрик возвращается! — Быстро вскочив, она подбежала к двери и отперла ее.

Своей огромной фигурой Элрик занял весь дверной проем. Мэйзри с такой пылкой нежностью прильнула к нему, что Эмилин невольно отвела взгляд, чтобы оставить их вдвоем. Элрик долго держал жену в объятиях, прежде чем войти в комнату.

— Ты не пострадал? — с удивлением и радостью в голосе спросила Мэйзри.

— Я в порядке, женушка! Хотя я не сказал бы того же о Шавене и его отряде. — Он рассмеялся, но в смехе этом слышались странные нотки — нотки боли. Подошел к очагу и хотел присесть, но едва не упал при этом. Брови Мэйзри тревожно насупились.

«Бедняга, — подумала Эмилин, — он, должно быть, серьезно ранен». Один глаз заплыл, на щеке и губе засохла кровь, горло все расцарапано. Кожа его осталась зеленоватой от плохо вытертой мази.

— Ну-ка, признавайся, что с тобой! — потребовала Мэйзри. Элрик только ухмыльнулся в ответ на ее настойчивость. Лицо его, несомненно, выглядело очень усталым, но темные глаза были веселы и приветливы.

— Скоро все узнаешь. Приветствую вас, моя госпожа! — обратился он к Эмилин, вытягивая руки перед камином.

— Я рада видеть тебя свободным и веселым, Элрик, — ответила гостья. А Мэйзри отправилась в соседнюю комнату, чтобы принести лекарства для мужа. Заметив, что входная дверь осталась открытой, Эмилин встала, чтобы закрыть ее.

Дверь не поддавалась. Выглянув на улицу, девушка испугалась, увидев высокую мужскую фигуру в плаще и капюшоне.

Капюшон откинулся, и показалось лицо Черного Шипа.

— Можно мне войти, миледи? — тихо спросил он. Взгляд его остановился на лице девушки — он как будто касался ее глаз, губ, волос. Эмилин вспомнила вечер накануне, их страстные объятия и поцелуи, неожиданную холодность, с которой они расстались, и жарко покраснела. Она неподвижно стояла, не отрывая глаз от этого любимого лица — просто была не в состоянии двигаться.

Их руки соприкоснулись на ручке двери, и он накрыл своей ладонью ее пальцы. Это пожатие всколыхнуло все ее чувства.

— Эмилин, — тихонько потребовал он, — открой дверь.

— Эмилин, — повторил Черный Шип. Ему так нужно было поцеловать ее! Но девушка в волнении отвела взгляд и убрала руку, отступив на шаг, чтобы впустить гостя. Она плотно закрыла за ним дверь и заперла ее на засов.

Черный Шип вошел, снял плащ и повесил его на крючок у двери. Потом присел у огня рядом с Элриком. Эмилин уселась на низенькую скамью — почему-то это, такое простое ее движение заставило сердце мужчины забиться сильнее. Ощущая ее близость, он хотел повернуться, чтобы видеть ее, но заставил себя сидеть неподвижно.

И выражение лица Эмилин, и то, как она держала себя с ним, выдавали еще не прошедшую боль вчерашней разлуки. Черный Шип тяжело вздохнул и провел уже согревшейся рукой по лицу — как будто стирая усталость и волнение такого трудного дня. Да и вообще эти несколько недель, которые он провел рядом с девушкой, изрядно утомили его постоянной необходимостью самоконтроля. Одному Богу известно, как трудно было ему уйти сегодня ночью! Удержаться от соблазна обнимать и обнимать ее! Его страсть и желание начинали превращаться в настоящее безумие. Хотя он и пытался убедить себя, что обязан всего-навсего вернуть ей долг и отпустить с миром, но сейчас уже казалось невозможным отрицать, что она нужна — необходима — ему. Причем мечтает он не только овладеть ее нежным и в то же время таким энергичным телом. Ему нужен и ее острый и быстрый ум, и ее щедрое сердце.

Нынешней ночью он так и не смог заснуть, проворочался на сене в амбаре у Элрика — здесь он ночевал сейчас, пока Эмилин жила в его пещере. Вспоминая ее милое лицо и прекрасные доверчивые глаза, думая о сладком огне, которым пылало ее тело, он чувствовал, что не в состоянии расстаться с девушкой. Поэтому он придумал план — простой и дерзкий, но, в конце концов, такой же опасный, как и все его затеи. Если этот план сработает, то ему удастся и помочь той, которая стала ему так дорога, и остаться рядом с ней. Единственное, в чем он нуждался, — так это в согласии Эмилин.

— Добрый вечер. Черный Шип! — приветствовала его Мэйзри, входя в комнату. Она поставила на стол маленький глиняный кувшинчик, большой кувшин, деревянные кружки.