Сьюзан Элизабет - Пробуждение страсти

— Ну, я очень рада этому, но все же…

— Да, а вот настоящей задачей будет убедить самого Макса. Он просто вбил себе в голову, что не достоин тебя.

— Это же просто нелепо…

Морайя подняла костлявую руку.

— Нечего и говорить, но он решил, что этот парень, как его, Холден, у которого есть дело в городе и прочее, сможет стать для тебя более подходящим мужем.

— Я же говорила ему, что мы с Питом только…

— Несмотря ни на что, у Макса никогда и в мыслях не было жениться на Камилле Сент-Клер. Он никогда и не думал об этом.

— Правда?

— Но он чувствует, что ты заслуживаешь самого лучшего, а самое лучшее — это не он сам. Здесь ты могла бы разыграть свою козырную карту.

— Козырную карту?

— Да, козыри на стол, никак иначе, — повторила Морайя. — Юная леди, вы слышали, что я вам сказала?

— Да, но я…

— Если Максу взбредет в голову снова удалиться в пустыню, что меня нисколько не удивило бы, ты могла бы сказать ему, что ждешь от него ребенка.

Саманта вскочила с постели.

— Что?

— Мой внук вполне подходит на роль соблазнителя, так что не пытайся отрицать этого, милая. Но он честный человек. И поступит так, как и должен будет поступить.

— Я никогда не заставлю Макса жениться на мне при помощи такого обмана! Это просто нелепо! У меня голова кругом идет — я никак не могу понять, чего же вы от меня хотите!

Морайя широко улыбнулась.

— Как все интересно, правда?

Макс бросил багаж на пол гостиничного номера. Отец шел за ним тоже с полными руками чемоданов, а затем в комнату величаво вплыли его мать и Камилла.

— Вам должно быть вполне удобно здесь, — сказал он.

— А где же собираешься остановиться ты? — поинтересовалась Камилла, выгнув бровь, что всегда так раздражало его.

— Я люблю жить в сараях.

Голубые глаза Камиллы расширились.

— Ты собираешься жить с НЕЙ!

— Максвелл, мне кажется, это едва ли…

— Именно так, мама. Едва ли. Я все еще не могу понять, какого черта вы все тут делаете. С каких это пор необходимо мчаться к человеку, если его просто легонько стукнули по голове? Я ведь и раньше бывал в переделках. Обычно вы оставались на месте и ждали дальнейших известий.

Камилла и его мать посмотрели друг на друга. Отец прокашлялся.

— Камилла очень расстроилась из-за этой молодой леди, что послала нам телеграмму, сынок. Она почувствовала, что в ее же собственных интересах будет приехать в Логан и самой ухаживать за тобой.

— Ухаживать за мной? Да ведь она не способна даже промыть царапину на колене, если ей того не захочется. Значит, Камилле шлея под хвост попала, и вы все послушно потянулись следом за ней?

— Максвелл, не могла же я позволить Камилле одной отправляться в такую даль?

Макс кивнул.

— Значит, при поддержке всех вас она решила, что у нее появился прекрасный шанс убедить меня жениться на ней, прежде, чем я успею снова оказаться на свободе? А что скажешь ты, отец? И бабушка с Брендон?

— Ты же знаешь свою сестру, сынок. Брендон не хотела, чтобы Камилла с твоей матерью приехали сюда и накинулись на тебя. Да и я тоже — ведь не мог же позволить им путешествовать совсем одним… Конечно, твоя бабушка захотела приехать — посмотреть на фейерверк, как она говорит.

— Ну, так никаких фейерверков не будет. И запомните раз и навсегда, венчания не будет — Господи, оно никогда не планировалось.

Его мать ахнула.

— Что? Но ведь мы уже столько лет думали об этом?

— Да, совершенно верно, вы действительно думали. Предполагая, что я соглашусь. Так я не согласен, мама, и никогда не соглашусь.

— Ты не можешь так поступить! — закричала Камилла. — Я столько времени тебя ждала, и теперь ты просто не можешь…

— Поосторожнее, Камилла! Если ты и ждала кого-нибудь, так ты делала это только из-за своего собственного упрямства. Я никогда не давал тебе повода думать, что собираюсь жениться на тебе — никогда!!!

Мать гневно посмотрела на него.

— Ты собираешься жениться на этой девице Джеймс, не так ли?

— Я еще не принял никакого решения.

— Да ведь она же просто бедная учительница в захудалом городишке без гроша в кармане, Максвелл! У нее же ничего нет за душой, — продолжала его мать.

Макс посмотрел на нее сверху вниз, сожалея, что она никогда не принимала его таким, каким он был: простым человеком, которому вовсе не нужны деньги или богатый дом.

— За душой у нее, мама, есть счастье, любовь и теплота. Это как раз то состояние, которое мне так нужно.

Глава двадцать девятая

Брендон просунула голову в комнату Саманты.

— Как дела? — спросила она бабушку.

Морайя фыркнула.

— Плохо. — Она сердито посмотрела на Саманту, которая ответила ей столь же яростным взглядом. — Эта девица все еще отказывается выйти из комнаты и пойти пообедать. Честно говоря, я этого понять не могу. Я-то думала, что она не такая размазня.

Брендон расхохоталась и вошла в комнату.

— Возможно, ты просто смутила ее своим ворчанием, бабушка. Правда, ты посмотри на эту женщину — она же просто в шоке. Наверное, было бы неплохо, если бы ты перестала так давить на нее.

Саманта благодарно улыбнулась Брендон.

— Спасибо.

— В конце концов, какое ей дело до того, что мы пытаемся вытеснить из нашего окружения эту надменную ведьму-кривляку? Какое ей дело до того, что Макс будет обречен провести всю свою жизнь с этой высокомерной злюкой и занудой?

Саманта в ужасе посмотрела на Брендон. Неужели они пытаются плести какой-то заговор с ее помощью?

— Я вовсе не собираюсь выходить, чтобы выставлять себя на посмешище и унижаться перед всей вашей семьей и, особенно, перед этой ведьмой Камиллой. С меня достаточно. Я наконец усвоила урок и знаю, чего стоят мужчины, а потому не хочу и дальше подвергать себя подобному обращению.

— Ба! Эта девушка права. — Не может быть, чтобы мальчик действительно любил ее, — сказала Морайя.

Брендон кивнула в ответ.

— Полагаю, она очередное увлечение моего брата. Надо было понять это с самого начала. — Она сочувствующе посмотрела на Саманту. — У него такое холодное сердце. Он вечно использует женщин, а потом просто бросает их.

— Этот мальчик никогда в своей жизни и пальцем о палец не ударил, чтобы подумать о ком-нибудь еще.

Саманта не выдержала.

— Это неправда, — запротестовала она. — Он много раз рисковал своей жизнью, защищая меня. Однажды я заблудилась в горах, и он долго разыскивал меня. Ночью он согревал меня, а днем следил, чтобы я как следует ела. А когда меня похитили, — в глазах у нее защипало от слез, — он сам сдался Заку Стрикленду.