Карен Хокинс - Лэрд, который меня любил

— По мне, так она была совершенно послушной, — сказал МакЛин спокойно. — Но медленной. Я надеюсь, вы за неё не переплатили.

Дервиштон скрипнул челюстями, а Кейтлин поспешила сказать:

— Лорд МакЛин, я очень огорчилась, когда услышала о ваших злоключениях.

Он приподнял брови в знак недоверия, но поклонился:

— Благодарю вас. Ничего страшного; порезался тут и там, ну и пара синяков. У меня бывали раны и похуже после борьбы с братьями.

Это её развеселило:

— Вы боретесь с братьями? Даже сейчас?

Его зелёные глаза заискрились весельем:

— Только чтобы напомнить им, кто из нас самый старший.

Ей бы очень хотелось увидеть это своими глазами.

— Мисс Огилви сказала, что на вас напали пчёлы. Понять не могу, как это возможно с наступлением осени. Кто — то, помнится, говорил мне, что они впадают в спячку.

Дервиштон пожал плечами:

— Осень была слишком тёплой. Полагаю, не все пчёлы покинули улей.

— Явно — не все, — сухо согласился МакЛин. — Мне ещё повезло, что они были вялыми, а то бы мне совсем не поздоровилось.

Дервиштон покачал головой:

— А кстати, зачем вам вообще понадобился этот пчелиный улей?

На мгновение глаза МакЛина встретились с глазами Кейтлин:

— Люблю достойный вызов.

— За всю свою жизнь я ни разу не залезал на дерево из праздного любопытства.

— Боялись стереть сапоги? — усмехнулся МакЛин.

Глаза Дервиштона сузились:

— Не мне тягаться с вами по уровню исполнительского мастерства. Жаль, мы не видели, как вы удирали от пчёл; презабавнейшее, наверное, было зрелище.

— Я в этом уверен, — спокойно произнёс МакЛин. — Но скачки домой на вашей лошади его затмили. — Он хлопнул Дервиштона по плечу с такой силой, что молодой человек чуть не задохнулся. — Боже правый, Дервиштон, вы издаёте такие звуки, будто у вас воспаление лёгких. Советую вам тренироваться лазать по деревьям — это очень закаляет.

Кейтлин подавила улыбку, когда Дервиштон попытался сделать вид, что всё в порядке, просто ветер чуть не сбил его с ног.

МакЛин повернулся, взял её руку и поцеловал пальцы тёплыми губами:

— Доброй ночи, мисс Хёрст. Увидимся завтра.

От этого обещания, высказанного глубоким голосом, Кейтлин затрепетала.

Дервиштон с подозрением наблюдал, как МакЛин поклонился и пошёл к выходу.

Когда он вышел за дверь, Кейтлин осознала, что он что — то вложил в её ладонь. Она немедленно сомкнула пальцы вокруг небольшого шероховатого предмета, уже зная, что это: кусок улья.

Улыбаясь, он засунула его в карман, отвлекая Дервиштона вопросом о его новой лошади. Завтра они с МакЛином начнут второй раунд, и на этот раз ничьей не будет.

Уж она об этом позаботится.

Глава 12

Ох, по старинке считается, что женщина меняет своё мнение, когда ей взбредёт в голову. Женщины могут передумать только тогда, когда им это нужно, и только.

МакКреди стоял навытяжку перед гардеробом.

— Милорд, что выберем сегодня? Утренний наряд, наряд для верховой езды или наряд для лазания по деревьям?

— Не лезь не в своё дело.

— Милорд, я никогда бы не посмел. У меня нет желания, чтобы вы разверзли небеса и забрызгали меня дождём.

Александр повёл бровью:

— Я мог бы тебя заменить. Найти себе помоложе, не такого остроумного парня, который будет начищать мои сапоги, гладить галстуки и всякое такое.

МакКреди обиделся:

— Именно всякое такое и есть самая тяжкая ноша.

Александр улыбнулся, чувствуя себя этим утром очень бодро. Чем больше времени проводил он с Кейтлин, тем чувствовал всё большую решимость победить девчонку в её собственной игре. Вчера вечером он испытал чувство глубокого удовлетворения, протянув Кейтлин этот проклятый кусок улья, несмотря на уплаченную цену.

МакКреди хмыкнул:

— Я узнал из достоверного источника, что мисс Хёрст привлекла себе в помощь и свою служанку, и миссис Прюитт, экономку.

— Я знаю. Они стояли на страже в коридоре, пока мисс Хёрст пыталась заполучить табакерку его светлости.

— Вы её ему вернули?

— Естественно, и с тех пор он об этом не заговаривал.

— Это отличные новости, милорд. Могу ли я надеяться, что все будущие задания, которые вы придумаете для мисс Хёрст, будут располагаться на солнечной стороне закона, просто для разнообразия?

— Следующим заданием для сеющей беспокойство мисс Хёрст будет задание на вежливость, а не на воровство.

— Отлично, милорд! И надеюсь, что ваше задание будет менее спортивным. Ваши бриджи были преданы огню. Я, конечно, чудесный работник, но даже я не смог заштопать такие рваные прорехи.

— К чёрту бриджи; мне повезло, что я не свернул себе шею.

— В будущих попытках, надеюсь, вы возьмёте в помощь кого — нибудь более… — МакКреди поджал губы, — скажем так, проворного?

— Я и сам вполне проворный, — огрызнулся Александр. Проклятье, почему все так и норовят намекнуть ему, что он стареет? — Я просто был в двух метрах над землёй. И всего лишь испугался, когда пчёлы вылетели из улья.

— Ну конечно, милорд. Это же какой сюрприз — обнаружить в улье пчёл. Так рассуждая, можно обнаружить в гнёздах птиц, в конюшнях — лошадей, в норах — лисиц…

Александр посмотрел на него без тени юмора.

Слуга вздохнул:

— Просто пообещайте, что в будущем, когда столкнётесь с объектом выше вашей головы, вы прибегнете к чей — нибудь помощи.

— Я не нуждаюсь ни в чьей помощи.

— Ваш главный противник, мисс Хёрст, похоже, не имеет ничего против посторонней помощи. Более того, почти все женщины из обслуживающего персонала присягнули на верность ей.

— Присягнули ей? Это что, война?

— Похоже на то. Миссис Прюитт и горничная с господского этажа уже завербованы, и притом методами, весьма нелестными для вашей репутации. Это в некотором роде восстание. Мы с мистером Хэем сделали всё, что могли, чтобы подавить мятеж, только нам ответили в недвусмысленных выражениях, что мы — «из вражеского стана».

Александр нахмурился:

— Я отказываюсь быть впутанным в дела прислуги.

— Это весьма неразумно, милорд, ибо они для вашего комфорта просто необходимы. — МакКреди направился к подносу, установленному у камина. — Обычно на завтрак в ваши комнаты поставляются варёные яйца, ветчина, тосты, свежие фрукты и кофе. — Он приподнял крышку с подноса. — Два горелых тоста, кусок жирной ветчины и чашка еле тёплого чая.

— Чёрт побери! Надо было утром спуститься к завтраку. Я бы так и сделал, если бы не желание принять ванну, чтобы снять болезненные ощущения в заднице.