Фабио - Викинг

– Хорошая девочка! – почти мурлыкнул Виктор. – Бьюсь об заклад – Торстейн Больше не «грозный» и не «ужасный».

– Увы, – холодно кивнул Вольфгард, – теперь он слабый, ничтожный человек, годный только на то, чтобы плести корзины да сбивать масло с женщинами.

Виктор уловил торжествующий взгляд Рейны. Ах, ты маленькая дикарка! Эта валькирия достаточно играла долго с ним в «кошки-мышки», пора положить этому конец!

«С нами все будет по-другому, Рейна, – подумал он, глядя в глаза девушки и желая, чтобы она поняла, о чем он думает в эту минуту. – Ты будешь противиться мне, но я тебя приручу собственной нежностью. Надеюсь, что мне не придется прибегать к суровым мерам. Сражайся со мной, если хочешь, дерись, но ты будешь моей, и я завоюю твою любовь. Потому что нам самой судьбой уготовано быть вместе, тебе и мне».

Впрочем, как он и ожидал, Рейна никак не отреагировала на молчаливое обращение Виктора к ней. Она не высказала ни гнева, ни уважения к нему, совсем ничего.

За столом воцарилось молчание, а затем Вольфгард нетерпеливо махнул рукой:

– А теперь уходи и возвращайся в свой град, Виктор Храбрый! Иди, пока я или мои воины не передумали и не решили, что мы слишком великодушно поступаем, даруя тебе жизнь.

Виктор поблагодарил Вольфгарда за гостеприимство и поспешил откланяться. В сопровождении двух охранявших его воинов он прошел по вражеской деревне в полной уверенности, что ему удалось, наконец, отыскать способ положить конец вражде, да еще и заполучить девушку, о которой мечтал всю свою жизнь.

А в своем доме, у огня, сидел, потирая от удовольствия руки, Вольфгард, глядя на языки пламени и думая о том, каким глупым оказался его противник Виктор Храбрый, и какой он сам молодчага.

Этот парень только что совершил огромную глупость, заключив с ним это соглашение насчет его падчерицы. Самому Вольфгарду было совершенно ясно, что ни один мужчина не сможет укротить Рейну, эта задача оказалась не под силу даже ему самому. Но в борьбе с Виктором Вольфгард не сумел отказать себе в маленьком удовольствии превратить жизнь своего врага в сущий ад. Если он направит в нужное русло ненависть и жестокость своей падчерицы, то очень скоро Виктор вообще пожалеет, что вернулся из Валгаллы. Нет! Он не помешает Виктору похитить Рейну! Победа обернется для его врага поражением.

Где-то в глубине души Вольфгард почувствовал какое-то смутное беспокойство, тень сомнения. А что если Рейна вдруг решит стать союзницей Виктора, а сейчас просто дурачит своего отчима?

При мысли об этом, викинг чуть не сошел с ума от внезапно охватившей его ярости. Однако, его гнев улетучился так же быстро, как и появился. Да нет. Похитительница вряд ли предаст его, слишком уж она ненавидит Виктора.

Да и потом, если она надумает обесчестить своего отчима, ему об этом сразу станет известно от человека, который давно уже находится совсем рядом с Виктором Храбрым. Тогда он и подумает, что можно сделать, чтобы уничтожить маленькую ведьму. В любом случае победа будет на его стороне, а сам он успеет избавиться хоть ненадолго от Рейны.

ДВЕНАДЦАТЬ

Когда Виктор Храбрый взошел на свой дракар, Рейна следила за ним с вершины высокой базальтовой скалы. Она тайно следовала за Виктором и двумя викингами, которым Вольфгард приказал проводить гостя до причала. На этом пути девушке несколько раз с трудом удалось подавить желание выпустить стрелу в широкую спину вражеского конунга. Единственное, что удержало ее, так это убеждение, что такой поступок был бы достоин труса. Нет! Вместо этого она сразится с ним лицом к лицу и убьет его за то, что он посмел заявить о своем дерзком желании подчинить ее и даже укротить. Она готова поклясться, что Виктор умрет раньше, чем посмеет приблизиться к ней или прикоснуться к ее телу.

За этот час отношение Рейны к Виктору изменилось от острого любопытства, до жгучей ненависти. Может раньше вождь враждебного рода и интересовал ее, но сейчас все это в прошлом, так как он вознамерился сделать ее своей собственностью, вещью.

Минуло много лет с того времени, как Рейна дала себе слово, что ни один мужчина никогда не будет ею владеть и не сможет увезти за собой против ее воли. Но сейчас Виктор Храбрый вновь угрожает ее будущему, ее независимости. Он грозит поломать всю ее жизнь, и она… она не простит ему этого оскорбления!

Проклятье на голову Вольфгарда за то, что он согласился заключить с Виктором эту мерзкую сделку! Девушка опять слово за словом вспомнила разговор двух конунгов и вновь возмутилась. Как только посмел ее отчим предложить подобную цену за окончание войны!

Наконец там, на причале, оба охранника развернулись и пошли к себе в деревню, а дракар Виктора направился к выходу из фьорда. Рейна неохотно двинулась домой по узкой тропинке, еле заметной среди камней. Теперь уже девушку начали одолевать сомнения. Зная всю глубину ненависти своей к Виктору Храброму, она теперь не могла не злиться на себя за то, что столько раз упускала верную возможность лишить жизни своего врага. С другой стороны, ее не могла не восхищать храбрость конунга Виктора, отважившегося прийти в лагерь врага совсем безоружным. Сама Рейна, несмотря на всю свою смелость, ни за что не решилась бы открыто появиться во вражеском поселке без меча и боевого топора.

Действительно, Виктор или полный дурак, или самый бесстрашный мужчина изо всех, которых ей доводилось встречать.

Девушке пришлось признать, что восстав из мертвых, этот викинг превратился в совершенно другого, нового человека. Среди воинов Вольфгарда уже пошли разговоры о том, что боги наградили Виктора нечеловеческой силой, и многие при этом вспоминали, какой первый воин в дружине Вольфгарда во время ночного сражения искал спасения в бегстве после единоборства с конунгом. Сегодня Рейна и сама могла вблизи рассмотреть перемены, происшедшие во внешнем облике вражеского вождя. Виктор стал словно выше ростом, крепче и мускулистее, а черты лица перестали внушать страх, в них исчезла беспощадная властность, а появилась особенная, мужественная красота. Даже глаза его после возвращения из Валгаллы стали синее и теперь излучали какую-то манящую энергию. К своему ужасу, Рейна уже ловила себя на мысли о том, как было бы здорово прикоснуться ладонью к его густым и мягким, словно тополиный пух, волосам.

Девушка тихонько выругалась. Ладно, про Валгаллу – это, наверное, сказки. Она – христианка и не очень верит во всех этих грубых богов. Но ведь Виктор был мертв, она видела своими глазами, как его хоронили в горящей ладье. Зачем же Господь совершил такое чудо, для каких целей он воскресил этого язычника? Неужели только для того, чтобы послать ей испытание и проверить, выдержит ли она его? В таком случае, доброму Иисусу следует прекратить это испытание, ибо Рейна чувствовала, что у нее уже почти не осталось сил бороться с искушением, – ее все сильнее охватывали греховные помыслы и желания. В своем ожесточившемся сердце девушка давно уже не оставила места для таких женских чувств, как любовь, нежность и отбросила предательски притягательные мысли о замужестве и детях. Нет! Она должна уничтожать всех викингов – таков ее долг! Особенно теперь, когда Виктор Храбрый открыто заявил о своем желании сделать ее своей женой.