Сьюзен Джонсон - Нежнее шелка

Пролистав несколько журналов, Тама посмотрела на Хью, спрашивая совета.

— Как вам вот это? — спросила она, указывая на дневное платье цвета розовых пионов, и он кивнул. — А это? — Бледно-желтое вечернее платье, на которое он также кивнул. — А это? — Она указала на костюм для верховой езды оливкового цвета.

— Это для верховой езды, — сказал он.

— А я буду ездить верхом?

Он помолчал, подыскивая какой-нибудь нейтральный ответ, который ясно бы показал, что в дальнейшем их жизненные пути расходятся. Но вдруг осознал, что ему хочется, чтобы она ездила верхом только с ним, а не с кем-то еще.

— Я в этом уверен, — любезно сказал он, вовремя себя пришпорив. Но, представив себе Тама в этом великолепном бархате в Булонском лесу, быстро перестроил свои планы. — Я стану сопровождать вас, когда вы будете ездить верхом, — предложил он.

— Как вы добры.

Наивная, она сказала это с такой искренностью, что он почувствовал угрызения совести. Хотя секундой позже он напомнил себе, что ни один из них не обнаруживал неопытность и неосведомленность.

— Буду очень рад, дорогая, — пробормотал он, пуская в ход свой обманчивый легкий шарм.

Она посмотрела на него из-под ресниц и разразилась серебряным смехом:

— Мы оба будем очень рады, я полагаю, Хью-сан. А мужчины носят бархат, когда ездят верхом?

— Я — нет.

— Вот как. А мне можно?

— Для женщины это великолепно.

— Для любой?

Он рассмеялся.

— Нет, только для одной. — И он сказал, посмотрев на Джеймса, причем улыбка все еще светилась в его глазах: — Нам также понадобятся сапоги для верховой езды. Из зеленой кожи.

— Прекрасно. Желает ли леди шляпку с пером или без?

— Шляпу? Нет, никаких шляп, — возразила Тама. — Как она будет держаться?

— Шляпу, Джеймс. — Хью повернулся к Тама. — Я вам покажу. Если хотите быть одетой по моде, шляпа необходима. Жена вашего брата Комея шляпы носит.

Глаза Джеймса Делароша на мгновение широко раскрылись, а потом сузились. Значит, это принцесса Отари. Ее брат, принц, прожил полгода в здешней колонии, прежде чем отплыть во Францию.

— В Европе дамам принято носить шляпки, — вежливо заметил Джеймс.

— Какой странный обычай. А что, если я не хочу?

Если принцесса так же богата, как ее брат, думал Джеймс, они могут себе позволить одеваться как угодно. Хотя принц Комей очень много покупал у него. И был влюблен в свою жену, что для Востока необычно. Как и для прочего мира, где правят бал деньги.

Тама листала журнал, все больше теряя интерес к моде.

— Выберите что-нибудь для меня сами, Хью-сан. Все выглядит таким узким, тесным и неуместным. — Она улыбнулась и стала подниматься.

— Если леди будет так любезна и позволит нашей служащей снять с нее мерку… — сказал Джеймс, поманив одну из девушек-приказчиц.

Когда та увела Тама, Хью отбросил от себя модный журнал.

— Решите вы насчет платьев, Джеймс. Я полагаюсь на ваш вкус. Дюжину платьев, если у вас хватит швей, чтобы сшить их за два дня. Иначе мы возьмем столько, сколько сумеете изготовить. Счет пошлите моему банкиру. Как обычно.

— Да, конечно. А вы знаете, кто она? — быстро пробормотал Джеймс, не зная, известно ли капитану, кто его пассажирка. Капитан имел склонность вести свои дела с необычайной беспечностью.

Хью взглянул на Джеймса Делароша с подозрением. Ведь они так недавно спаслись от Хироаки, к тому же он знал, что на Востоке можно купить всех и вся.

— Как вы узнали, кто она? — холодно спросил он.

— Ее брат много покупал у нас, когда жил здесь. Я узнал имя. Оно необычное… — брови его поднялись, — царственное. За голову обоих назначена цена, я слышал.

— Полагаю, как только мы уйдем, вы сразу забудете, что видели ее.

— Разумеется. Я просто хотел, чтобы вы знали, что слухи уже распространились. Мое дело таково, что я предпочитаю никогда не помнить ничего лишнего. Вы это знаете. Но разумнее было бы никуда с ней не показываться, пока не отчалите. Богатство Отари пробуждает в людях алчность.

— Вот почему ее семья все еще вне закона, хотя многие кланы уже получили прощение.

— Презренный металл соблазняет, капитан. Еще с библейских времен.

— Спасибо за предупреждение. Я думал, мы вне пределов досягаемости ее врагов.

— Не забывайте оглядываться через плечо. Я вам по-дружески советую.

— Есть кто-то, кого следует остерегаться в особенности?

Джеймс улыбнулся — капитан не относится к тем персонам, с кем можно шутить.

— Насколько мне известно, германский посланник ведет переговоры с новым японским правительством о постройке железной дороги. И сооружении порта.

— Муж Эльзы?

— Никто иной. Как вам известно, жена ему обходится дорого. И еще посланнику требуются дополнительные средства, чтобы… на расходы добавочного домашнего хозяйства.

— Хотите сказать, на любовницу?

— Ну конечно. Посланник получит определенную долю от предоставленных контрактов — сейчас идут переговоры о процентах между ним и министром иностранных дел Японии. Если он получит еще и награду за принцессу Отари… — Джеймс пожал плечами на свой галльский манер. — Вы понимаете, что я имею в виду, говоря, что вам не следует себя обнаруживать.

— Не говоря уже о том, что нет необходимости в визите Эльзы на корабль.

— И это тоже, — лукаво добавил Джеймс.

— Принцесса оплатила свой проезд на моем пароходе. — Голос Хью ровный и мягкий.

— Понятно. — Лицо у Джеймса доброжелательное. — Ничего другого я и не подразумевал. Вы бизнесмен. Я бизнесмен. Мы оба заняты бизнесом.

Хью проверил, нет ли кого-нибудь поблизости, и когда взгляд его снова устремился на Джеймса, в его глазах сквозила серьезность.

— Я с удовольствием заплачу за сведения, касающиеся принцессы, которые вы можете предоставить, занимаясь вашим… э-э… бизнесом. — Джеймс родился и вырос в Гонконге. Если он кого-то не знал, значит, этот человек того не стоил. — Назовите любую цену, — заявил он.

Щедрость этого предложения, видимо, измеряла степень, до которой эта женщина дорога капитану. Его репутация прижимистого негоцианта вошла в поговорку.

— Посмотрим, что я смогу выведать.

— Мне нужны имена.

И Джеймс понял зачем.

— Это могут оказаться высокопоставленные люди.

— Вот как? В этом мире либо ты убираешь, либо тебя, — жестко улыбнулся Хью. — А здешним нравам это соответствует более, чем где бы то ни было. Мне нужны только имена и номер вашего счета в банке. Вы ни в коем случае не будете в этом замешаны. Но если кто-то ищет принцессу, я хочу это знать.

— Я слышал, война была кровавая, — сказал Джеймс.

— Какая именно? Ее война? Или моя? Или еще чья-то?