Лори Макбейн - Золотые слезы

— Такой глупости я от тебя не ожидал, моя дорогая, — набросился Брендан на сестру, стоило им выйти на залитый солнцем задний двор. — Француз совсем не так прост, как тебе кажется. Ты можешь сколько душе угодно дурачить калифорнийцев, но мужчину с таким пронзительным, тяжелым взглядом тебе не окрутить. Странно, что он задает так много вопросов и сует свой длинный нос в чужие дела.

— Ты совсем не доверяешь мне, Брендан, — укоризненно обратилась к нему Mapa. — Не такая уж я дурочка. Похоже, он сильно испугал тебя. Мне это кажется странным, — насмешливо добавила она.

— Можешь смеяться сколько угодно, моя дорогая, — нахмурился Брендан. — Но считаю своим долгом предупредить: мне приходилось встречаться с разными людьми за игровым столом. Таких, как этот француз, я хорошо знаю. У них в жилах ледяная вода, а не кровь. Нормальный человек в иной ситуации может и до нервного припадка дойти, а этим хоть бы что. Самодовольные ублюдки, привыкшие брать от жизни все, не считаясь с другими! Он авантюрист, Mapa. Пойми, Шанталь совсем не похож на манерных, надушенных, хорошо воспитанных и играющих по правилам лондонских джентльменов, с которыми ты привыкла иметь дело. С такими ты никогда не сталкивалась.

— Ты хочешь сказать, Брендан, что в единоборстве с ним я проиграю и меня не спасет даже мой острый язык? — с улыбкой спросила Mapa.

— Я думаю, он съест тебя с потрохами прежде, чем ты успеешь открыть рот, — ответил Брендан. — По сравнению с этим умудренным жизнью мужчиной моя сестра просто неразумная школьница.

― А себя ты считаешь достойным противником для него, не так ли? — усмехнулась она.

— Вовсе нет, — честно признался Брендан. — Но я знаю, как держаться с такими, как он. Эти люди требуют особого подхода, моя радость, драка с открытым забралом не для них. Поэтому я буду старательно избегать прямого конфликта с ним и уйду в тень. Пусть считает меня дурачком. Это лучший способ оказаться вне его влияния. Я прошу тебя принять во внимание мой совет и быть с ним поосторожнее. — Брендан увидел, что Mapa погрузилась в задумчивость и не слушает его, поэтому громко расхохотался. — И чего я надрываюсь, если тебе неинтересно мое мнение? Mapa, вся беда в том, что ты слишком самонадеянна, не хочешь замечать своих недостатков и, кроме того, не допускаешь мысли, что кто-то еще может обладать теми же качествами, которые ты в себе так ценишь. Интересно будет посмотреть, моя радость, как в один прекрасный день твоя гордыня расплющится под чьей-нибудь пятой.

— Советую не биться по этому поводу об заклад, а то и последнюю рубашку потеряешь, — парировала Mapa.

— Хорошо, посмотрим. Попомнишь еще брата.

Mapa беспечно пожала плечом и оставила Брендана посреди двора. Разговор с ним взволновал ее и забылся не сразу, а лишь тогда, когда она прочитала Пэдди книжку и малыш благополучно заснул.

Оставив его, Mapa шла по коридору, щурясь на солнце, проникавшее в решетчатые окна. День снова обещал быть нестерпимо жарким. Проходя мимо кактуса, девушка зацепилась юбкой за колючку и нагнулась, чтобы освободиться от плена. В этот момент из открытой двери комнаты, расположенной как раз напротив нее, донесся какой-то звук. Mapa заглянула в дверь и нерешительно вошла.

Очевидно, она попала в кабинет дона Андреса. Вдоль стен тянулись ряды книжных полок, в центре комнаты стоял прямоугольный стол, заваленный бумагами. Вероятно, именно здесь хозяин ранчо занимался делами, поскольку в кабинете оказался Джереми Дэвис. Он стоял у карты, висящей на стене, и внимательно разглядывал ее, время от времени сверяясь с какой-то бумагой, которую держал в руке. Дверь кабинета была прямо за спиной у Джереми, поэтому он не заметил Мару. Стоило девушке сделать шаг, как секретарь резко обернулся и с недоумением воззрился на нее. Маре показалось, что в глазах его проскользнула растерянность, словно он совершил какой-то неблаговидный поступок.

— Донья Амайя, чем могу служить? — вежливо осведомился он и поспешно спрятал листок, который держал в руке, среди бумаг на столе.

— Благодарю вас. Я просто услышала, что здесь кто-то есть, и решила заглянуть. Надеюсь, что не помешала. Вы были чем-то заняты, а я вторглась без приглашения. Извините.

— Не стоит извиняться, донья Амайя, — великодушно ответил Джереми. — Я просто сверял с картой маршрут, по которому пастухи погонят скот на пастбища в следующий раз. Дон Андрес уже распорядился, и теперь осталось только предупредить пастухов.

Наглость, с которой этот человек говорил с ней о скоте хозяина, потрясла Мару, но она не подала виду, притворившись вежливой, но незаинтересованной слушательницей. Наверное, Джереми хочет проверить, известно ли ей что-нибудь об их сговоре с Раулем.

Джереми принялся перекладывать на столе вещи с места на место, словно хотел навести порядок. Mapa пристально наблюдала за ним, пытаясь разгадать, что таится в его предательской душе. Она собралась уже уходить, когда в дверях показался дон Андрес.

— Какая удача, что вы здесь, донья Амайя! Я как раз хотел поговорить с вами, — приветливо разулыбался он, но, заметив американца, нахмурился. — Джереми? Разве у нас на сегодня намечены какие-то дела? — обратился он к секретарю, который пришел в явное замешательство и выглядел весьма растерянно перед лицом строгого хозяина.

— Я оставил здесь кое-какие бумаги. Мне неловко беспокоить вас, дон Андрес, но надо кое-что подписать.

— Зайдите позже, Джереми, я их посмотрю, — ответил дон Андрес и обратился к Маре: — Прошу вас, проходите и садитесь, донья Амайя.

Джереми Дэвис неловко кашлянул, привлекая к себе его внимание.

— Извините, дон Андрес, но я вынужден настаивать, чтобы вы подписали их сейчас. Это не займет много времени, ― просительно добавил он.

― Иногда вы можете быть ужасно надоедливым, Джереми, — обреченно вздохнул дон Андрес и направился к столу. Секретарь угодливо пододвинул ему кресло и ловко разложил на столе бумаги.

— Что здесь такое? — поинтересовался дон Андрес, обмакнув перо в чернила. Он хотел было сразу же поставить свою подпись, но перо замерло в воздухе, не достигнув цели.

— Несколько счетов, распоряжения, которые надо отослать незамедлительно, письма, продиктованные вами вчера. В общем, ничего существенного. Да, и доверенность на продажу того участка земли, — с непринужденной улыбкой ответил американец.

Дон Андрес оторвался от бумаги, которую подписывал, и вопросительно посмотрел на секретаря снизу вверх.

— Тогда почему же вы настаивали на том, чтобы я это подписал в такой неподходящий момент?

Секретарь помялся, но быстро нашел что ответить, хотя было очевидно, что вопрос хозяина застал его врасплох.