Валери Кинг - Опасное пари

Лорд Равенворт погонял лошадей, все сильней и сильней натягивая вожжи. Каждый раз коренник, бежавший в упряжке первым, поворачивал голову и, прядая ушами, укоризненно смотрел на хозяина. Бедное животное не могло понять, что случилось с его повелителем — обычно таким внимательным и добрым — и что за нужда так быстро гнать по пустынным улицам в этот ночной час. Но как бы ни косил гнедой своим лиловым глазом, Равенворт не обращал внимания на его молчаливый упрек. Виконт вообще не замечал сейчас ничего вокруг — разве что радовался тому, что ночь темна и случайный встречный не сможет рассмотреть его застывшее от гнева лицо.

Впервые в жизни он встретил женщину, которую ему хотелось ударить! И этой женщиной оказалась мисс Дирборн. Никогда еще женщина так не оскорбляла его — даже в те годы, когда он был юнцом, с первым пушком, пробивающимся над верхней губой.

«Эй! Вы закончили?»

Мелодичный женский голос не переставая звучал у него в ушах, до бесконечности повторяя эту фразу.

Но это еще не все, было кое-что и похуже. Сегодня вечером Равенворт испытал то, что можно назвать крушением иллюзий. Ведь ему казалось, что эта девушка неравнодушна к нему. Это чувство превратилось в уверенность, когда Элли прижалась к его груди, когда он услышал негромкий стон наслаждения, сорвавшийся с ее губ. А потом…

А потом это удивленное и вместе с тем отстраненное лицо! Этот пустой взгляд! Взгляд Элли поразил, оскорбил Равенворта до глубины души. А он-то вознесся в мечтах к облакам, переживая этот Волшебный Поцелуй! Даже подумал, как приятно было бы жениться на таком небесном создании… Боже, какой же он идиот! Ведь эта девица принялась его задирать, как только появилась в Лондоне. А все-таки попытаться украсть его табакерку — любопытный способ отомстить…

Ну, что же, Азартный Игрок, вы бросаете мне вызов? Отлично! Считайте, что он принят. Начинается Большая Игра, и помоги вам бог!

Когда на следующее утро Джордж вошел в гостиную леди Вудкотт, Элли была там одна. Ее тетушка после завтрака удалилась к себе, в обитую алым шелком спальню, чтобы в тиши предаться крайне важному занятию — разобрать карточки с приглашениями на вечера, балы и гулянья. Фанни не было дома — лорд Барроу пригласил ее прогуляться по скверу.

Элли расположилась на полосатом красном диване — нога еще немного побаливала после вчерашнего — и рассеянно крутила в руках механическую детскую игрушку — заводного зайца. Удрученная, обессиленная мучительными воспоминаниями о вчерашнем разговоре с Равенвортом, она смотрела сейчас на Джорджа с некоторым облегчением.

— Рада видеть тебя, Джордж! — искренне сказала Элли и указала на место рядом с собой.

«По крайней мере, он поможет мне отвлечься», — подумала она.

Джордж, как всегда, был одет весьма изящно — прекрасно сшитый коричневый сюртук, кремовые брюки и сияющие сапоги. Он опустился на диван рядом с Элли, а затем неожиданно подпрыгнул, так что застонали пружины, и Элли подлетела в воздух. Она не рассердилась, только шутливо хлопнула Джорджа по руке.

— Перестань сейчас же! Если тетушка увидит, что ты делаешь с ее любимым диваном, она тебя в порошок сотрет!

— Да я и без того знаю, как любит меня леди Вудкотт, — заметил Джордж и поправил сбившийся галстук.

— Ладно, не будем о грустном. Скажи лучше, где ты пропадал.

— Ездил в Хэмпстед. Были там кое-какие дела, — ответил он с загадочным видом.

— Алмазное ожерелье привез? — поинтересовалась Элли и положила себе на колени зеленую вышитую подушку.

Джордж испытующе посмотрел на нее и сразу догадался, что у кузины есть для него новости.

— Нет, ожерелье не привез. Зачем? Ведь ты раздобыла всего одну табакерку, а мы договаривались о трех.

— Ошибаешься! У меня их уже две. — Элли с наслаждением наблюдала, как вытягивается его лицо. — Ты, похоже, удивлен? Значит, ты еще не слышал о моей последней победе?

Джордж смотрел на нее во все глаза:

— Но как… То есть, кто же дал тебе вторую? Не Равенворт же… И не Крессинг — это невозможно! Элли, не томи, скажи скорее, чья у тебя табакерка.

— Крессинга! — со вкусом произнесла Элли. — Что? Ты был уверен, что он устоит перед моими чарами? — Заметив, как покраснел от досады Джордж, как обозначилась у него на лбу глубокая складка, она — не в первый уже раз! — подумала о том, что кузен может играть нечестно. — Послушай, Джордж, а ты случайно ничего не говорил Крессингу о нашем пари?

— Нет, что ты! Клянусь! Как ты только могла подумать такое?!

Джордж вскочил на ноги, запустил в волосы пятерню и заметался по комнате. Задержавшись возле каминного зеркала, он уставился на свое отражение и с досадой воскликнул:

— Проклятье! Да гори оно все огнем!

Элли присмотрелась к нему и нахмурилась:

— В чем дело, Джордж? Ты выглядишь сейчас точно так же, как тетушка, когда она встречает на балу своих кредиторов… Господи, как же я раньше не догадалась?! Неужели Крессинг твой кредитор?

— Нет! То есть… В любом случае это не твое дело!

— Ну, здесь ты, пожалуй, не прав. — Элли поднялась на ноги, не спеша подошла к камину и остановилась позади Джорджа. — А ты никогда не замечал, что у нас с тобой одинаковые подбородки? Упрямые.

Она поймала в зеркале его растерянный взгляд и ободряюще улыбнулась.

— Ничего не понимаю, — вздохнул Джордж. — Все в голове перемешалось, просто не знаю, за что ухватиться… Объясни мне, ради бога, как тебе удалось раздобыть табакерку Крессинга!

Элли проскользнула к небольшому, вишневого дерева столику рядом с диваном и стала обламывать со стоящих на нем свечей застывшие потеки воска.

— Сказать по правде, — наконец заговорила она, — я выиграла ее в карты. Поставила против его табакерки свою пудреницу.

Джордж обернулся и обескураженно оглядел Элли. Ему бросилось в глаза, что на ней сегодня почти нет украшений — всего лишь одна нитка жемчуга, обвитая вокруг шеи и свисающая на грудь. И платье на кузине необычно скромное — атласное, цвета льда — такое же голубоватое и сверкающее. Все это Джордж отметил мгновенно и почти неосознанно.

— В карты выиграла? Тогда понятно. У нас у всех одна и та же страстишка. Крессинг, разумеется, не мог не откликнуться на такой вызов. Так же, как я. Или ты.

Нельзя сказать, что Элли понравилось, когда Джордж сравнил ее с Крессингом. Ей очень не хотелось бы впредь не только оказываться с ним за одним столом, но и вообще иметь какие-нибудь дела с его светлостью. Однако приходилось признать, что в словах Джорджа была немалая доля правды. Более того, несмотря на свою чудовищную репутацию, лорд Крессинг ни разу не был замечен в попытке украсть приглянувшуюся ему вещь. В отличие от Элли… Мысли ее немедленно вернулись к вчерашнему вечеру. Она в тысячный раз вспомнила его мельчайшие подробности, начиная с той самой минуты, когда так «удачно» зацепилась ногой вот за эту обитую бархатом скамеечку, чтоб ее черти разорвали.