Сьюзен Джонсон - Любовница на неделю

Маркиза пожала плечами:

— Поживем — увидим. Вчера он весьма настойчиво за ней ухаживал — до тех пор, пока она не дала ему полную отставку.

— Неужели она настолько умна?

— В их отношениях явно просматривается некий разлад. Но как я подозреваю, совсем недавно они были вполне… теплыми.

— Она ведь не может похвастаться своим происхождением?

— Нет. Но она унаследовала огромное состояние.

— Значит, она может позволить себе такие игры.

— Или, возможно, она сродни ему — такая же гордячка.

— В любом случае я с любопытством, буду следить за дальнейшим развитием их отношений.

— Не знаю, не знаю. — Леди Хертфорд покачала головой. — Хотя было бы забавно, если бы он в конце концов нашел леди, которая устояла бы перед его чарами. Пожалуй, время для этого пришло. Женщины еще никогда ему не отказывали.

— А Изабелла вполне может предпочесть ему одного из своих многочисленных поклонников. Кто знает, насколько она практична.

— Практичная женщина никогда не стала бы тратить время на Дермотта. — Барбара рывком раскрыла веер. — И ведь он вряд ли изменится.

— Распутники редко исправляются, — заметила герцогиня со знанием дела.

— Редко? — фыркнула Барбара. — Ну что вы! Скажите уж прямо, Кларисса, — они никогда не исправляются.

— Мама! — закричала Каролина Лесли, пухлые щеки ее дрожали от возмущения. — Какой ужас! Ее имя чуть ли не в каждом абзаце светской хроники! Я этого не выдержу.

Сидевшая с дочерьми за завтраком Абигайль Лесли с неприязнью поджала губы, на скулах ее выступили красные пятна.

— Изабелла ухитрилась хорошо себя подать, — мрачно пробормотала она.

— А чего стоит один принц Уэльский, мама! — запричитала Амелия. — Какой кошмар! Эта сучка откуда-то знает принца Уэльского!

— Попридержи язык, моя дорогая. Это не к лицу порядочной юной леди.

— Как же, порядочной! — взвилась Амелия. — Нас приглашают только на балы, которые устраивают или старые грибы, или выскочки-нувориши. Там никогда не бывает ни одного виконта, или барона, или хотя бы рыцаря! А эта сучка, — с яростью повторила она, с вызовом глядя на мать, — не только приглашена на бал, который дает любовница принца Уэльского, но и становится там королевой! Папа должен что-то с этим сделать, мама! Обязательно должен! — И она потянулась за куском сливового торта — уже четвертым за сегодня.

— Ты прекрасно знаешь, что граф Батерст предупредил твоего папу о последствиях. Неужели ты хочешь, чтобы его убили на дуэли?

Дочери молча посмотрели на мать — судьба отца была им явно безразлична. Наконец Каролина неохотно произнесла:

— Пожалуй, нет.

— А почему, собственно, Батерст вообще вмешивается в нашу жизнь? — дерзко спросила Амелия. — Почему папа не может посоветовать ему заниматься своими делами?

— Неужели он действительно застрелит папу? — с надеждой спросила Каролина.

— Не думаю, что твой папа собирается это выяснять! — отрезала Абигайль.

— Мы никогда не найдем себе мужей! — заплакала Амелия. — А в следующий сезон мы уже будем старыми девами. Это несправедливо, мама!

— А что, если неосторожная Изабелла упадет с лестницы? Тогда сезон для нее и закончится. — Несколько лет назад Каролина спустила с лестницы свою гувернантку, и несчастная леди в страхе за свою жизнь немедленно покинула их дом.

— Я не желаю, чтобы ты даже думала о подобных вещах! — предупредила ее мать. — Если ты будешь так неразумно себя вести, тебя никуда больше не пригласят. — Для того, чтобы убедить гувернантку держать язык за зубами, понадобилась немалая сумма, и Абигайль вовсе не хотела, чтобы в случае какого-то инцидента с Изабеллой по городу вновь поползли неприятные слухи.

— Мы вряд ли вообще сможем с ней встретиться, — измерив язвительным взглядом сестру, пробормотала Амелия. — Даже если будем чаще ходить на приемы.

— Хватит! — рявкнула Абигайль. — Я запрещаю вам говорить о всякой ерунде.

— Но мы можем ее отравить, — не унялась Каролина, зная, что угрозы матери редко исполняются. — Именно так случилось с героиней «Леди Блэр».

— Если ты помнишь, главный герой тогда ее спас, — заметила сестра. — А у глупой Изабеллы, если верить газетам, полно поклонников, так что ее тоже могут спасти.

— Не могу понять, где только вы набрались подобной чепухи! Никто никого не отравит. Вы поняли? — Абигайль пристально посмотрела на дочерей.

— И мы будем покрываться плесенью на всяких ничтожных балах, а Изабелла будет танцевать с принцем. Потом, возможно, выйдет замуж за герцога! — Каролина с горя запихнула в рот целую оладью.

— И нам придется до конца жизни существовать под одной крышей с мамой и папой, — драматически вздохнула Амелия, подцепив вилкой здоровенный кусок ветчины.

После завтрака, подчиняясь материнскому инстинкту, подкрепленному насмешками подруг, которые уверяли, что она не сможет сбыть с рук дочерей, даже если заплатит за каждую по десять тысяч, Абигайль отправилась в кабинет к мужу.

— Ты, дорогой, еще не видел сегодняшнюю светскую хронику, — с порога заявила она супругу.

— Господи, да на кой мне сдалась светская хроника? — оторвавшись от письменного стола, недоуменно спросил Герберт.

— Чтобы посмотреть, не пишут ли там о твоих дочерях.

— И смотреть нечего. — Он реалистично оценивал их перспективы, понимая, что сможет добыть дочерям мужей только в том случае, если даст за ними щедрое приданое.

— Ну вот, — усаживаясь напротив него, многозначительно произнесла Абигайль, — а если бы посмотрел, то увидел бы, что мисс Изабелла Лесли взлетела очень высоко.

— То есть? — заинтересовался Герберт.

— Вчера вечером на балу ей покровительствовала сама леди Хертфорд. Фактически это означает, как ты понимаешь, что ее покровителем стал принц Уэльский. Наши дочери вне себя от ярости и горя.

— Не смотри на меня так. Все равно я не могу принести им приглашение от леди Хертфорд, как не изловчусь достать с неба луну. — «Изабелла и в самом деле удачно приземлилась, — подумал он. — Интерес к ней Батерста теперь понятен, хотя и его тесные отношения с принцем Уэльским достаточно хорошо известны».

— Ты должен что-нибудь сделать, Герберт. — Худые плечи Абигайль тряслись от возмущения. — А вспомни-ка, что значила для тебя поддержка моего отца, когда ты еще бегал за первыми клиентами?

— Я помню, — проворчал он, — поскольку ты уже двадцать лет мне об этом напоминаешь, как только приходишь в плохое настроение. Но ты же не видела, как Батерст угрожал мне! Он говорил совершенно серьезно.

— Люди такого сорта редко появляются на балах дебютанток. Девочки же хотят познакомиться с настоящими аристократами, а не с сыновьями торговцев.