Джоанна Борн - Мой милый шпион

– Только окончательно спятив, я могла бы обсуждать это с тобой, – заявила Джесс. – А теперь с твоего позволения я займусь делами. У меня их множество.

С этими словами она снова зашагала вдоль ящиков. Себастьян тотчас же последовал за ней. Им то и дело приходилось отступать в сторону, пропуская рабочих, занятых складированием и погрузкой. Наконец они добрались до дальнего конца склада, где начиналась лестница, ведущая на верхние этажи. Тут Джесс остановилась и, положив руку на деревянные перила, в задумчивости, словно говорила сама с собой, пробормотала:

– Если, конечно, он отпустит меня. Хотя – никаких гарантий…

Очевидно, она готовилась к очередной глупости из своего списка. Похоже, что на этот раз задумала нечто более опасное, чем прогулка по крышам. Да, Тревор прав. Ее следует посадить куда-нибудь под замок.

Себастьян осторожно тронул ее за плечо:

– Поверь, Джесс, тебе нужна моя помощь. Причем доверять мне не обязательно, чтобы пользоваться моими услугами.

– Вы слишком многословны, капитан. Не представляете, какое недоверие вызывает у меня ваше многословие. Уверена на все сто процентов, что и Синк необычайно красноречив.

Что ж, пришла пора сказать ей все. Она должна знать, что лежит между ними.

– Джесс, два года назад затонул мой корабль «Нептун дансер». Затонул со всей командой. Мои люди погибли, потому что Синк передал информацию о курсе его следования во Францию. Первый помощник капитана был моим старым другом.

Себастьян видел, как ее пронзила боль. У каждого коммерсанта и перевозчика были друзья, не вернувшиеся домой. Наверное, она вспоминала сгинувшие корабли Уитби и тех людей, что плавали на них. Может, она вспоминала и того парня, Неда, который не вернулся к ней.

– Мне жаль… – Она вздохнула. – Да, мне очень жаль.

– Вот поэтому я не Синк. И не могу им быть.

Ее глаза затуманились.

– В этом мире полно случайностей. Можно быть шпионом и случайно утопить собственный корабль. Но я точно знаю одно: мой отец невиновен.

– Тогда найди виновного. Найди Синка, и я уничтожу его.

– Я и стараюсь это сделать. – Тут до нее дошел смысл сказанного им ранее. – Неужели ты считаешь моего отца убийцей твоего друга и команды? И каждый раз, когда смотришь на меня, думаешь об этом? Удивляюсь, что после этого тебе не противно ко мне прикасаться.

– Когда я смотрю на тебя, то вижу только Джесс. Это ошибка природы, что ты – его кровь. Ты и твой отец – совсем разные люди. У тебя нет ничего общего с ним.

Ее брови сошлись на переносице. Золотистые глаза потемнели.

– Ошибаешься, я – дочь Джосайи Уитби, его плоть и кровь.

– Но, Джесс…

– Мой отец – самый достойный человек из всех, кого я только знала. Он скорее умер бы, чем изменил Англии.

Она ударила его по запястью, когда Себастьян попытался положить руку ей на плечо.

– Не смей! Не прикасайтесь ко мне, понятно?

– Совсем не прикасаться? – переспросил Себастьян.

– Но осмотрись же, капитан. Мы на складе. Нас все видят. А за окном – контора. Готова биться об заклад, что человек шесть – восемь уже за нами наблюдают.

Себастьян осмотрелся. Да, Джесс была права.

– Я могу работать здесь и управлять своим делом, потому что у меня доброе имя. Потому что я постоянно на виду, с утра и до ночи. Десяток человек могут поклясться, что я веду себя прилично. Я могу здесь отдавать приказы и распоряжения, потому что для этих людей я – «Уитби трейдинг». Они не думают обо мне как о женщине.

Оказывается, даже умные женщины бывают дурочками. Здесь не было ни одного рабочего или клерка, который не мечтал бы задрать ей юбки, завалить где-нибудь на тюки и овладеть ею. Потому что они – мужчины, а не каплуны. Но ее отец и Питни так хорошо охраняли ее, что она ни о чем не догадывалась.

Мудрая Джесс. Практичная, умная – и такая наивная… Но ничего. Очень скоро он соблазнит ее.

Джесс отвернулась и стала подниматься по лестнице. Сегодня – шафран. Себастьян уловил запах, когда она проходила мимо. Контрабанда с юга Франции. Оказываясь рядом с ней, он всякий раз перебирал в уме детали того, что знал о ней.

Он знал, как она вела свои дела, как подсчитывала стоимость простоя по контрактным товарам, сколько сахара добавляла в чай.

И знал, как она выглядит без одежды. Даже это знал.

Джесс поежилась и пробормотала:

– Хочу выпить чашку чаю. Идем ко мне в кабинет, и я угощу тебя черным чаем, который мы возим через Кяхту в Россию. Может, даже найду для тебя сладкую булочку. Пусть сегодняшнее утро ознаменуется моим добрым расположением к британским спецслужбам. Полагаю, на сегодня мы закончили говорить о Джесс Уитби.

«Сомневаюсь».

Он следовал за ней.

– Послушай, Джесс…

Она остановилась.

– Ты ведь можешь это сделать, правда? – Себастьян поравнялся с ней. – Когда у нас будет список похищенных секретных сведений, ты сможешь сопоставить их с кораблями, бороздящими воды Ла-Манша.

– Да, смогу. – Она утвердительно кивнула. – Я могла бы сделать это, получив тридцать дат и проверив все посудины, дрейфующие сейчас на Темзе. Двадцать дат – тоже устроит, если шпион глуп или использует только одно судно.

– Я уверен, что ты найдешь Синка.

– Должна найти.

Джесс отвернулась и продолжила подниматься по ступенькам.

– Я помогу тебе. Разреши мне помочь тебе. – Перемена в голосе Себастьяна заставила ее обернуться к нему – и угодить прямо в его объятия. Здесь, на повороте лестницы, их не могли видеть. – Считай это одним из моих аргументов, дорогая.

Он прижался губами к ее губам, и она не оказала сопротивления.

Наконец, высвободившись, она пробормотала:

– К сожалению, это меня не убеждает.

Себастьян провел ладонью по ее спине.

– Значит, я неправильно это делаю. Давай попробуем еще раз.

В его паху пульсировало напряжение. Боже, его желание обладать этой женщиной не имело границ. И не стоило себя обманывать. Какая бы она ни была, порочная или добродетельная, но он непременно ее добьется. И она вскоре это поймет.

– Себастьян, прекрати, – прошептала Джесс.

Но тем не менее она невольно тянулась к нему, потому что ничего не могла с собой поделать – он прекрасно это чувствовал. Легонько покусывая мочку ее уха, Себастьян придерживал ее за плечи, не позволяя ей ускользнуть.

Когда же Джесс в его руках затрепетала, он понял: она уже принадлежит ему. Как бы невзначай Себастьян осторожно провел ладонью по ее груди. Джесс по-прежнему не сопротивлялась, и он продолжил натиск, пока она не раздвинула ноги и не прижалась к нему.

Ах, красавица Джесс… Он вознесет ее в небо, чтобы она воспарила. Он будет дарить ей радость снова и снова.