Джо Беверли - Возвращение повесы

Саймон же подумал о том, что непременно купит жене шелковые подвязки с ленточками, возможно – даже с жемчугами. И конечно же, ей следовало купить тончайшие кружевные чулочки…

Она покосилась на него и улыбнулась. Потом стала медленно спускать чулок, но при этом опускала и юбки.

– О, жестокая… – Саймон ухмыльнулся.

Дженси поставила на кресло другую ногу и снова приподняла юбки.

В этот момент кто-то постучал в дверь.

– Убирайтесь! – крикнул Саймон. Послышались шаги – кто-то удалялся от двери.

– Они поймут. – Щеки Дженси пылали. – Я хочу сказать, они догадаются…

– Возможно, – усмехнулся Саймон. – Но тебя это не должно беспокоить.

Она поставила ногу на пол и оправила юбку.

– У нас на это вся жизнь, если только сейчас ты будешь осторожен.

– Испортили удовольствие. Ты не собираешься снимать другой чулок?

– Нет. Потому что у тебя появляются… идеи.

– Моя дражайшая возлюбленная, у меня появляются идеи, когда от твоего движения колышется воздух.

Если бы глаза могли целоваться, она бы поцеловала его взглядом.

Он расплылся в улыбке и, взяв ее за руку, сказал:

– Я забыл, как ты молода. Сейчас тебе следует думать только о танцах и восторгах флирта.

– Глупости.

– Нет, не глупости. Обещаю тебе танцы и восторги флирта. А я буду грустно стоять в сторонке.

Она потрогала сережку, наклонилась к нему и поцеловала в губы. Он прижался щекой к ее щеке и пробормотал:

– Знаешь, лучше давай впустим их. А потом ты пойдешь к себе. Завтра рано вставать.

Глава 18

Дженси даже представить не могла, как тяжело ей будет навсегда покидать Тревитт-Хаус. Она то и дело вздрагивала, и это едва ли можно было объяснить ранним часом и пронизывающим ветром.

Было ужасно грустно порывать последнюю связь с Исайей. Грустно и страшно, ведь этот дом был для нее неким подобием крепости, а теперь она покидала ее навсегда. К тому же она очень беспокоилась за Саймона, сидевшего в кресле с шестами для переноски; ей казалось, что он представляет собой отличную мишень. Город еще не проснулся, но и пустынные улицы таили угрозу.

Они в последний раз попрощались со слугами и вышли из дома. Впереди шел Хэл, за ним – Тредвел и Оглторп, которые несли кресло Саймона. Замыкали шествие два внука миссис Ганн – они несли багаж.

– Смотрите, идет Великий Падишах! – кричал Саймон редким прохожим и махал рукой в сторону пристани. – Кланяйтесь и раболепствуйте.

– Прекрати! – шипела на него Дженси.

Она уговаривала его взять с собой оружие, говорила, что все мужчины должны иметь при себе заряженные пистолеты, но он решил, что она свихнулась.

– Кто захочет на меня напасть, когда я уезжаю? Ведь все хотят, чтобы я побыстрее уехал.

Он оказался прав. До пристани они добрались без приключений.

Увидев корабль, Дженси почувствовала тошноту. Корабль был очень маленький, и на нем, конечно же, начнется ужасная качка.

– Прекрасное судно этот «Хорек»! – воскликнул Саймон. – Рабы, несите меня на борт!

Дженси посмотрела на Хэла:

– Вы наняли судно под названием «Хорек»?

– Не беспокойтесь, – майор улыбнулся, – хорьки – очень умные и ловкие зверьки.

Дженси промолчала. Ее смущало вовсе не название – просто она ужасно боялась качки. После своего первого плавания она возненавидела море и корабли.

Слуги понесли кресло Саймона по узкому шаткому трапу. Когда его благополучно затащили на борт, наступила очередь Дженси. Напомнив себе, что это судно – их единственное спасение, она стала медленно подниматься. У самого борта она покачнулась, но какой-то матрос с пожелтевшими зубами вовремя подхватил ее.

– Как ты думаешь, эти люди надежны? – шепотом спросила Дженси, приблизившись к мужу.

– Не думаю, что нам следует опасаться матросов. Они не имеют к Макартуру ни малейшего отношения.

Дженси обхватила плечи руками.

– Терпеть немоту море и корабли. Они все время качаются, даже на озере.

– Ничего удивительного, миледи, – с усмешкой сказал Нортон, стоявший рядом. – Корабли всегда качаются. Но не беспокойтесь, наш – очень надежный. Сделан из отличного дуба.

– Что, действительно из дуба?

– Скорее всего так, – кивнул Саймон. – Всем известно, что в Канаде превосходная древесина.

– Ненавижу качку, – пробормотала Дженси. – Что, если меня будет тошнить?

Саймон сжал руку жены.

– Ты думаешь о кузине? С тобой такого не случится, клянусь.

– Скажи, а Кнуд тоже был твоим предком? – спросила она с улыбкой. – Ты можешь повелевать волнами? Ах, вот бы Бог сделал так, чтобы люди ходили по воде!

– Дорогая, нам это не потребуется. Поверь, мы здесь в полной безопасности.

Дженси тихонько вздохнула:

– Да, конечно. Я постараюсь успокоиться.

Она осмотрелась и невольно поморщилась. Палуба – грязная, заставленная ящиками, мешками и клетками с домашней птицей и поросятами. «Возможно, именно поэтому здесь такой отвратительный запах», – подумала Дженси. Оставалось лишь надеяться, что судно действительно крепкое и нигде не протекает.

Тут к ним подошел мужчина в потрепанной соломенной шляпе и с длинной глиняной трубкой в зубах.

– Ангус Лаури, капитан, – представился он (Лаури говорил с сильным шотландским акцентом). – Приветствую вас на борту «Хорька». Сэр, миледи, не беспокойтесь, судно крепкое и надежное. Мы доставим вас в Кингстон через неделю.

– Что слышно о погоде? – поинтересовался Саймон.

– Погода… замечательная, – ответил капитан, попыхивая трубкой. – В этом году река немного торопится, но вы не волнуйтесь, она будет открыта еще несколько недель.

Лаури отвернулся, прокричал какие-то команды, и матросы тотчас же бросились их выполнять.

Внуки миссис Ганн, стоявшие у пристани, махали руками, и Джейн помахала им в ответ. Решив, что не следует думать о качке, она повернулась к мужу:

– Милый, как ты?

– В полном порядке. Я же говорил, что мне уже гораздо лучше.

– А как ребра?

Он сделал глубокий вдох и с улыбкой ответил:

– Если бы ребро сломалось, я бы сейчас совсем не мог дышать. Помогите мне встать.

Она хотела возразить, но все же позвала на помощь Оглторпа. Слуга помог Саймону встать, и тот, опершись о поручни, пробормотал:

– Так-то лучше…

Дженси выразительно посмотрела на Хэла, но майор молча пожал плечами. Присоединившись к мужу, она вдруг почувствовала, как палуба вздрогнула, – казалось, корабль радовался отплытию. Полоса воды между судном и берегом становилась все шире, и Дженси чувствовала, что палуба под ногами вздрагивает все сильнее.

– Я соскучился по морю, – сказал Саймон. – Посмотри, как красиво.