Джо Беверли - Возвращение повесы

– Нет, я ужасно любопытная. Должно быть, леди Годива была замечательная женщина.

– Ее все обожали. Она всегда боролась с несправедливостью, и так же поступал ее сын Гевард.

– Случайно, не Гевард Бодрый?

– Совершенно верно.

– Он тоже твой предок?

Саймон лукаво улыбнулся:

– Со временем у каждого человека становится множество предков.

– Но у большинства они не те, о которых пишут в книгах по истории.

– Он не прямой предок, если тебя это может утешить. Его сестра передала кровь леди Годивы через семью Баддерсли моей матери и, следовательно, мне.

– Но бунтарский дух привел Геварда к смерти, – заметила Дженси.

– У нас в семье существует другая версия. Якобы он смирился с захватчиками-норманнами и поселился в красивом поместье недалеко от нынешнего Брайдсуэлла. Он любил посидеть с королем Вильгельмом у камина и поговорить о былых сражениях.

– Вот как? Неужели это правда?

Саймон снова рассмеялся.

– Есть множество разных версий – так почему бы не поверить в более приятную? Я тоже взялся бороться с несправедливостью, но я, – он протянул к ней руку, – я уже получил за это награду.

Дженси тоже засмеялась, но рассказ про леди Годиву и Геварда очень взволновал ее и огорчил.

Это у него в крови.

«Передала кровь леди Годивы…»

Саймон не сомневался: кровь женщины, умершей восемьсот лет назад, могла передаться ему и его близким. Что он подумает, если когда-нибудь узнает, что она, Дженси, – из семьи бродяг и воров? Так что же делать? Сказать ему правду или нет?

Тут в комнату зашел Хэл; он сообщил, что нашел подходящее судно, которое завтра отправляется с грузом в Кингстон.

– Капитан согласился за особую плату причалить к берегу, если поднимется шторм, – добавил Хэл.

– Вот и хорошо, – кивнула Дженси.

– Полагаю, что нет никакой необходимости причаливать, – проворчал Саймон. – Я уже в полном порядке.

– Ничего подобного, – возразила Дженси. – Плейтер сказал, что тебе необходим покой.

– Он ничего не понимает, этот Плейтер. И ты тоже.

Дженси подбоченилась:

– Помолчите, сэр. Я лучше знаю, что вам сейчас нужно и как за вами ухаживать.

– В самом деле? – Саймон ухмыльнулся.

– Да, знаю, можешь не сомневаться, – ответила Дженси, направляясь к двери.

Покинув комнату мужа, она снова занялась упаковкой вещей.

Как только жена вышла, Саймон сказал:

– Помогите мне встать.

Хэл и Оглторп с сомнением посмотрели на него, но спорить не стали.

Спустив ноги с кровати, Саймон побледнел и застонал от боли, пронзившей ребра.

– Лучше ложись, – сказал Хэл. – Не стоит сейчас подниматься.

Саймон решительно покачал головой:

– Нет-нет, теперь все в порядке. Пододвиньте скамеечку под ноги.

Когда ноги коснулись скамейки, стало немного легче. Осторожно выпрямившись, он убрал ноги со скамейки и, поднявшись, проворчал:

– Чувствую себя иссохшим старцем. Но все не так уж плохо…

Тут голова у него закружилась, ноги подкосились, и он ухватился за мужчин, чтобы не упасть.

– Черт, Дженси была права. Мне еще рано вставать.

– Совершенно верно, – подтвердил Хэл. – Ложись же.

– Нет-нет… Чтобы вернулись силы, нужно двигаться. – С помощью Хэла и Оглторпа Саймон осторожно ступил на ковер, затем проковылял до камина и обратно. Каждое движение вызывало острейшую боль, но он терпел. Добравшись до кровати, со вздохом пробормотал: – Я думал, что сумею дойти до корабля.

– Это слишком рискованно, Саймон, – возразил Хэл. – Но мы можем приспособить для тебя кресло. Не возражаешь?

– Пусть будет кресло. Все-таки лучше, чем на носилках. Спасибо, Хэл. Наверное, Джейн из-за меня ужасно устала.

– Да, сейчас ей нелегко. Но на корабле она отдохнет.

– Только она очень из-за чего-то тревожится. И мне кажется, она что-то скрывает.

– Конечно, она переживает. Ведь у нее горе – умер дядя. Да и тебя чуть не убили. К тому же ты едва не лишился руки, и только она тебя спасла. И еще – поджог. Так что она просто не может не переживать.

Саймон кивнул и откинулся на подушку.

– Да, ты прав. Дженси можно понять, и, конечно же, у нее есть все основания для беспокойства.

После обеда Саймон попросил всех служанок подняться наверх, чтобы они с женой могли с ними проститься. Горничные и Том оставались у Гилбрайта, нового хозяина, а миссис Ганн оставили приличную пожизненную ренту, и она решила перебраться к дочери.

– Повезло вашей дочке, – сказал Саймон с улыбкой. Кухарка кивнула:

– Да, конечно. Берегите себя, сэр, и жену свою берегите. Ей пришлось изрядно с вами повозиться.

– Конечно, буду беречь.

Саймон раздал всем слугам подарки, а Солу Прити отправил особенно ценный подарок – в благодарность за опарышей. Потом все ушли, и супруги остались вдвоем.

– Как странно все выглядит, – сказала Дженси. – Мебель на месте, но нет мелочей, которые делают дом домом. Он как будто выжидает.

– У Гилбрайта жена и трое детей. Вскоре здесь будет так оживленно, как никогда не было со времени постройки дома. По-моему, Исайе бы это понравилось. Подойди ко мне.

Она посмотрела на него с некоторой опаской:

– Зачем?

– У меня кое-что для тебя есть. – Он вытянул сжатую в кулак руку.

– А что это?

– Какая ты недоверчивая… Ты боишься?

Дженси улыбнулась и покачала головой:

– Нет, конечно. – Она подошла к мужу и разжала его пальцы. – Ах, какая прелесть!

– Примерь.

Дженси вынула из ушей свои простенькие сережки и вдела жемчужные серьги, которые Саймон купил уже давно. Затем подошла к зеркалу и, просияв, воскликнула:

– Замечательно!

– А дома я добавлю к ним жемчужное ожерелье, – сказал Саймон.

Дженси хотела возразить, но не посмела. К тому же ей действительно очень понравился подарок.

– В нашу постель будешь надевать только их, дорогая.

Она повернулась к мужу:

– Ах, ты неисправим…

– Совершенно верно, неисправим. Может, хочешь помучить меня? – спросил он неожиданно.

– Что?..

– Знаешь историю про Тантала? Он был прикован цепью посреди озера, умирал от жажды, и вода каждый день поднималась, но не выше подбородка, так что бедняга не мог напиться.

– Ты так себя чувствуешь?

– Да, приблизительно.

Джейн нахмурилась:

– Хочешь, чтобы я тебя помучила?

– Да, пожалуйста. Сними чулки.

Она засмеялась и покраснела. Взглянув на дверь, спросила:

– А вдруг кто-нибудь зайдет?

– Они постучат, – ответил Саймон. – Не беспокойся.

Немного помедлив, Дженси поставила ногу в туфельке на кресло и стала медленно поднимать юбки. Затем принялась развязывать подвязку.

Саймон же подумал о том, что непременно купит жене шелковые подвязки с ленточками, возможно – даже с жемчугами. И конечно же, ей следовало купить тончайшие кружевные чулочки…