Джессика Мэннинг - Соперницы

– Блез, я возьму один, – взяв бокал, он его тут же осушил.

– Мне кажется, месье Тео, вы и со вторым вполне справитесь.

– Пожалуй, ты прав.

Филипп стоял на веранде, глядя, как Теофил Бошемэн, взяв у Блеза еще один стакан шампанского, отправился гулять по саду. Молодые креолки, ради которых он так разоделся сегодня, не обращали на него внимания, оглядывая с ног до головы гибкое молодое тело мулата и его красивое лицо. Филипп был взбешен. Он вообще недолюбливал этого раба, а сейчас, когда он был уже крепко пьян…

– Эй, ниггер! – налетел он на Блеза. – Какого черта ты здесь делаешь? Ты же должен обслуживать гостей в саду, а не на веранде.

– Но меня позвали, месье.

– Не смей отвечать мне, черномазый ублюдок, просто проваливай отсюда, пока я не приказал тебя выпороть.

Блез ретировался, и Филипп проводил его недобрым взглядом. Но его злоба прошла, как только он увидел Мишель Мартино на веранде. Девушка была одна, и ей явно было скучно.

– Добро пожаловать в Саль-д'Ор, Мишель, ты выглядишь… – взгляд его упал на грудь женщины в вырезе платья, – божественно.

Мишель ответила весьма холодно, но молодой донжуан решил, что это просто игра на публику.

– Не желаешь еще шампанского?

Глаза девушки прищурились презрительно.

– Нет, спасибо.

Но Филиппа уже понесло, он не мог остановиться.

– Пойдем прогуляемся по саду, я покажу тебе самые дальние уголки, нам никто там не помешает.

– О Боже, Филипп, я же сказала «нет», что тут непонятного?!

– Мишель, – решился Дювалон-младший на последнюю попытку, – я знаю, что ты хочешь меня так же сильно, как и я тебя.

Глаза девушки вспыхнули злым огоньком.

– Разве? – сказала она с издевкой, достаточно громко, чтобы слышали окружающие. – А я думала, что тебе нравятся женщины с более смуглой кожей.

Девушки за спиной Филиппа захихикали. Он бросил на них жалкий взгляд, а когда обернулся, Мишель уже не было.

Глава 12

Миниатюрная железная дорога пролегла от летней кухни к дому. Настоящий паровоз с вагонами, на которых громоздилась еда и напитки, шел прямо к черному входу, где подносы забирали и относили в бальный зал, а оттуда приносили пустые грязные тарелки, кастрюли, салатницы, бокалы и отправляли все обратно на кухню, где рабы мыли их и заново наполняли едой. Этот круговорот привлекал внимание маленьких рабов. Но сам по себе паровоз не занимал их воображение, гораздо больше детей интересовала еда.

Амбруаз, высоченный, но совершенно тощий и сутулый старый негр, шеф-повар Дювалона, выскочил из летней кухни с поварешкой.

– Я вам покажу, сорванцы, как еду воровать!

Дети бросились врассыпную, но не убежали далеко, а лишь спрятались в кустах.

Бормоча недовольно себе под нос, Амбруаз вернулся на кухню. Он начал подгонять своих помощников, которыми сегодня были Зенобия, тетушка Лолли и Лилиан. Дядюшку Проспера тоже просили прийти, но он отказался наотрез, заявив, что если Леон пошлет его, то старый негр отправится в бега.

Амбруаз слонялся по кухне, нервно вышагивая и раздавая распоряжения направо и налево, чем только вносил хаос в процесс приготовления.

– Да что ты мельтешишь перед глазами? – не выдержала тетушка Лолли.

– Ах, прости, сестра, если нагрубил, просто эти сорванцы воруют еду с поезда. Ведь если Дювалон застукает их, то спустит шкуру с мальцов, а меня сварит в масле.

– Разве герцог не кормит своих рабов? – наивно спросила Лилиан.

– Тебе повезло, сестра, ты живешь у черта на рогах, сама готовишь, сама и ешь, а здесь у нас рабам приходится воровать еду или ловить змей и лягушек по ночам, чтобы набить брюхо.

– Глупо, – встряла в разговор Зенобия. – Разве раб не будет работать лучше, если его нормально кормить?

– Если раб будет плохо работать, его либо забьют до полусмерти, либо…

– Ну а как же остатки, ведь семья большая, наверняка что-то остается.

– Нет, все скармливают псам. Герцог говорит, что не стоит портить раба объедками с домашнего стола.

– Не знаю, не знаю, – проговорила тетушка Лолли. – У нас в Виктуар все не так. Внуки Бошемэна любят меня как родную.

– Это ненадолго, сестра, – ответила ей Зенобия. – Они вырастут и избавятся от тебя, как только ты станешь им не нужна. И никто из них не вспомнит, как ты подтирала их задницы, вытирала сопли и прикрывала их бездумные шалости, чтобы им не досталось от папочки с мамочкой.

– Как мне повезло, что у меня есть Азби! – заявила Лилиан с чувством.

– Зато ему не повезло, – сказал Амбруаз, нахмурившись. – Он же наполовину белый. И за это его не будут признавать и те и эти. Ладно, пойду проверю поезд, а то как-то не хочется получать плетью по спине.

– А что, часто попадает? – сочувственно спросила Лолли.

– О, у герцога на этот счет целая наука, так вот. Десять ударов, если пригорело, пять, если подал холодным, пять, если пересолил, и так далее, можно до бесконечности.

– Да ты что, он порет тебя за такие малости? – удивилась Зенобия.

– Месье Филипп любитель бить негров. Для него это хобби. Помню, как-то года три назад он выяснил, что одна молодая негритянка беременна от него, так вот, он надрался в стельку, вытащил ее за волосы из барака и начал хлестать так, что все думали, на ней места живого не останется. Вот!..

Лилиан с ужасом посмотрела на Амбруаза, плечи его тряслись, а лицо покрыли капельки липкого холодного пота. Лилиан стало плохо, она думала, что сейчас ее вырвет.

– И что с ней стало? – спросила Зенобия.

– Девочка выжила, но у нее случился выкидыш, и она сошла с ума. Однажды она ушла на болота, и больше ее никто не видел.

Лилиан скрутил сильный спазм, и она упала со скамейки на пол. И тут она почувствовала, что наконец-то начались месячные. Она странно улыбалась. Тетушка Лолли помогла ей подняться.

– Что такое, милая? Ты не в себе, вся горишь.

– Я не беременна, о слава Богу, я не беременна!

– Иди-ка ты домой, дитя. Помощник из тебя сейчас никакой, – сказал Амбруаз.

– Нет, я не могу оставить Азби, я должна дождаться его.

– Хорошо, пойдем, я уложу тебя в чулане, полежишь, отдохнешь.

– А если кто-нибудь увидит?

– Ничего, ничего, это всего лишь пять ударов плетью, столько я выдюжу.

Герцог наклонился к жене.

– Где твоя дочь, Анриетта? Жильбер Гадобер ищет ее уже битый час, а она как сквозь землю провалились. И прекрати теребить свой крест. Найди Алису!

Анриетта нашла дочь в летнем саду, в самом его укромном уголке. Когда она подошла, гордость за дочь охватила ее. Господи, какая же она красавица! А в этом нежном светло-зеленом платье с желтыми вставками на рукавах и юбке просто богиня!

– Дорогуша, папа хочет тебя видеть. Я пришла предупредить тебя, что Жильбер Гадобер уже паром исходит от желания потанцевать с тобой.