Джослин Келли - Любовь-целительница

– Она планирует прием гостей.

– На какой день?

– На послезавтра.

Чайна потерла ноющую голову.

– Но поездка в Йорк требует времени. Почему она не хочет подождать, чтобы прийти в себя после путешествия?

– Потому что она устраивает прием здесь.

– Здесь?! – ошеломленно воскликнула Чайна. – В нашем доме?

– Нет. Она решила устроить встречу друзей под открытым небом в Римском лагере.

Александр нахмурился:

– Она что, с ума сошла? Это место совершенно не подходит для сборищ такого рода. Могут произойти новые обрушения, и пострадают люди.

– По-видимому, она считает, что мы недостаточно пережили за последние дни, и ей нужны новые потрясения. И ей наплевать, что ее планы доставят нашим людям столько хлопот! Ну есть ли в этом хоть капля здравого смысла? Мои попытки отговорить ее кончились ничем.

Александр предложил поговорить с леди Виолой, но Чайна усомнилась, что та посчитается с его доводами. Другое дело – Тернбулл. С ним леди Виола должна считаться. Чайна надеялась, что сможет быть с ним предельно дипломатичной. Впрочем, она считала, что леди Виола прислушается к доводам Александра.

Выйдя из комнаты, она остановила одного из слуг и спросила, где находится сейчас лорд Тернбулл. Ей было указано в совершенно неожиданном направлении.

Когда Чайна вошла в библиотеку, она увидела вытянутые ноги лорда Тернбулла, развалившегося в любимом отцовском кресле. В одной руке он держал бокал с бренди, в другой – сигару. Над ним клубился густой ядовитый дым.

Чайна рассердилась. Здесь, среди книг, ее отец категорически запрещал курить.

– Лорд Тернбулл, если вы хотите курить вашу сигару, я прошу вас перейти на террасу. Мои книги слишком ценны, их нельзя подвергать воздействию дыма.

Он смял сигару раньше, чем вскочил на ноги.

– Прошу прощения. Я должен был сам сообразить. – Он улыбнулся ей и обошел кресло. – Я надеялся, что вы зайдете сюда и мы сможем поговорить с вами.

– Я рада, что вы чувствуете себя достаточно непринужденно и свободно ходите по моему дому, – холодно сказала она.

– Эта комната – для мужчин, не так ли? Я подумал, что тут можно немного расслабиться, пока моя невеста занята.

Чайна не стала объяснять, что она сама и ее сестры часто пользовались этой комнатой.

– Я также надеялась поговорить с вами. До меня дошли тревожные слухи, милорд, и я надеюсь, что вы сможете их рассеять.

В ответ он повел себя так, словно он здесь хозяин. Выбрал бокал и наполнил его вином из стоявшего на столе графина.

– Мадера, – объявил виконт, подавая бокал Чайне, – привезена с Португальских островов для того, чтобы доставить вам удовольствие. Через Йорк, должен добавить. – Он добавил бренди в свой бокал и поднял его. – Пусть она доставит вам такое же удовольствие, какое вы доставляете взору.

Чайна почувствовала, что зарделась. И не от его витиеватого комплимента. Она была раздосадована тем, что он сменил тему разговора. Чайна села и быстро сделала глоток вина. Поставив бокал, она поймала на себе его взор и заметила медленную улыбку на его лице. Ей нисколько не хотелось, чтобы лорд Тернбулл с ней флиртовал.

Чайна постаралась сохранить бесстрастное выражение лица.

– Этот слух…

– Это правда.

– В самом деле?

– Да, леди Виола надеется, что вы и ваша сестра посетите нашу свадьбу в октябре.

Он считает, что именно этот слух она хотела с ним обсудить? Она наблюдала за ним из-под опущенных ресниц. Он держался несколько напряженно. Ей почему-то вспомнился сквайр в Ластингеме.

– Это любезное предложение, – сказала она негромко. – Я передам его Шиан. – Поставив бокал на стоявший рядом столик, она положила перевязанную руку себе на колени. Рана до сих пор давала о себе знать. Чайне хотелось закончить разговор и перебинтовать рану. – Но, лорд Тернбулл, это вовсе не тот слух, который я хотела обсудить.

– Не тот? – Он сел и поднял свои отполированные до блеска ботинки на стульчик для ног.

– Вы предлагали щедрое вознаграждение за поимку разбойника?

– Да. Это вдохновляет, вы не находите? – Он сделал глоток бренди. – Негодяй не причинит вред кому-нибудь еще, он будет пойман и отправлен на виселицу. – Тернбулл напоминал самодовольного кота, поймавшего мышь.

– А вы не рассматривали возможные последствия?

Он наклонился к ней с улыбкой, которую следовало бы адресовать леди Виоле.

– У меня весьма богатое и живое воображение, моя дорогая мисс Недеркотт.

– К счастью для вас. – Она не позволит ему вывести ее из терпения. – Но я абсолютно уверена, что вам следует не мешкая встретиться со сквайром Хейвудом, поскольку именно ему придется иметь дело с последствиями вашего намерения. Я имею в виду вознаграждение.

Виконт на мгновение нахмурился, подпортив тем самым, можно сказать, безупречную красоту ухоженного лица. Затем он вернул на место улыбку, заявив:

– Я скажу моей возлюбленной леди Виоле, чтобы она послала и сквайру Хейвуду приглашение присоединиться к нам в старинном Римском лагере.

– Это не слишком удачная идея.

– Где еще могут пообщаться джентльмены, как не на компанейской вечеринке?

– Нет, вы должны поговорить с ним до того.

Он сделал глоток и задумался.

– Моя дорогая мисс Недеркотт, вам не следует спешить с выводами, пока нет результатов.

– Я уже их видела. Пожалуйста, аннулируйте предложение о вознаграждении.

– Как пожелаете. Я вижу, эта ситуация вас беспокоит, что никак не входило в мои намерения.

– Благодарю вас. – Она встала и показала жестом, что он может оставаться там, где и сейчас. – Наслаждайтесь свободным временем, милорд.

Он снова одарил ее слащавой улыбкой и, растягивая слова, сказал:

– Есть еще одно дело, о котором я хотел бы с вами переговорить. И дело это чрезвычайной важности.

– Да?

– Что Брэддок рассказал вам о нашем опыте во время войны?

– Очень мало.

– В самом деле? – Он сделал глоток бренди и встал. – Значит, он редко говорит о нашем времяпрепровождении на континенте?

– Да.

– Понятно. – Он единым глотком допил содержимое бокала. Ей он больше не предложил вина, хотя себе налил и понес его к своему креслу. – Как вы думаете, мог бы он оказать мне столь большую услугу, а именно – не рассказывать леди Виоле о том, как мы проводили время во время войны?

– Я не могу давать каких-либо обещаний за него.

– Пожалуйста, поговорите с ним и попросите его удовлетворить мою просьбу. – Он снова опустошил бокал. – Он может внять моей просьбе, если она исходит от вас, поскольку вам он обязан спасением собственной жизни.

– Понятно. – Она стала отсчитывать на пальцах. – Во-первых, я окажу вам услугу, попросив Александра. Затем он окажет мне услугу, оказав услугу вам. Я правильно говорю?